Камень, дерево, железо. Железо камень


Железо - металл Марса - Магические и целебные свойства металлов - Все материалы

Железо - металл Марса

Железо занимает второе место после алюминия по распространению в земной коре, и первое место по значимости для человека. Этот ковкий металл имеет серебристо-белый цвет, моментально реагирует на высокую температуру и высокую влажность – железо подвергается коррозии. В чистом кислороде железо самовозгорается. Железо обладает магнитными свойствами. В чистом виде металл очень пластичный. А сплавы – твердые или, наоборот, хрупкие.

В чистом виде железо как металл встречается очень редко. Чаще всего в природе встречаются железо-никелевые сплавы, железная руда в виде гематита и магнетита. Железо известно с древних времен, а именно с 4 века до нашей эры. Первыми, кто стал использовать этот металл, были древние египтяне и шумеры. Они изготавливали из этого металла украшения, предметы быта, оружие и тд. Железо относят к планете Марс (в мифологии Марс или Арэс – Бог Войны).

В современном производстве железо является одним из чаще всего используемых металлов. Железо широко применяют в электротехнике, медицине, промышленности, в компьютерных технологиях. В стоматологии железо также активно применяют: изготавливают коронки, мосты, напыления.

Большие залежи железной руды имеются в Бразилии, Аргентине, Венесуэле и других странах Латинской Америки, а также в Австралии, Индонезии. В России железо добывают на КМА (Курская Магнитная Аномалия).

Легенды о железе

  1. Арабские жители писали в своих заметках, что индийцы применяли особое оружие: при нагревании это оружие не изменяло цвет; стрела из этого металла проходила сквозь камни; нож, вонзенный в тело человека, не вызывал кровотечение. Уже позднее было найдено всему объяснение. индийцы изготавливали свое оружие из железа.
  2. По легенде железо попало на Землю в виде метеоритного дождя. Именно поэтому железо обладает очень выраженными магнитными свойствами.

Магические свойства железа

Железо активно применяется в магии. Этот металл не реагирует на внешние воздействия, он обладает охранными свойствами. Железо используется в защитных ритуалах. В древние времена Железом отпугивали призраков, демонов, привидений, вурдалаков. Поэтому люди обязательно при себе имели либо железное кольцо, либо амулет из железа.

Защищаясь от ведьм, колдунов, чернокнижников и другого негативного воздействия, люди втыкали в двери своих домов железные булавки, ножи, гвозди. Чтобы притянуть в дом богатство, удачу, благополучие, люди вешали на дверь железную подкову. Эта традиция сохранилась и до сегодняшнего времени.

От сглаза и порчи помогает железный порошок. Его нужно посыпать у порога дома, либо носить с собой в матерчатом мешочке алого цвета. Железо защищает жилище и самого человека от энергии потустороннего мира.

Черные маги, колдуны, ведьмы использовали железо не во благо. Например, они закапывали железные ржавые гвозди в огороды со специальными словами-заговорами. Таким образом, они портили землю. На такой почве ничего не росло. И людям приходилось уходить с освоенных мест.

Целебные свойства железа

Целебные свойства железа

Железо находится в человеческом организме. Его недостаток приводит к серьезным нарушениям в работе различных систем – сердечно - сосудистой, эндокринной, нервной, костной. При дефиците железа могут развиться такие заболевания, как анемия, рассеянный склероз, вегето-сосудистая дистония и прочие. Железо делает человека бодрым, энергичным, активным. Массаж с применением крема, в состав которого входит железо, активизирует работу печени, селезенки, желудочно-кишечного тракта, сердечной мышцы.

Железо содержится в яблоках, шпинате, печени, горохе, фасоли. Людям, страдающим анемией, необходимо употреблять в пищу эти продукты.

Связь железа с астрологическими знаками зодиака

Связь железа с астрологическими знаками зодиака

Железо – металл огня. Поэтому большую пользу оно принесет знакам зодиака, принадлежащим стихии огня (Стрелец, Лев и Овен). Представителям водной стихии (Скорпион, Рак и Рыбы) железо категорически запрещается носить.

Остальным знакам зодиакального круга железо не противопоказано. Этот металл любит свободных, решительных и смелых людей. Благоприятные свойства железа не распространяются на людей, неуверенных в себе, боязливых, нерешительных, трусливых.

zonatigra.ru

Железные камни - Все про камні, кристали та мінерали

Человек знаком с оксидами железа очень давно, ведь именно из них он получал железо для своих первых орудий. Отдельно следует отметить гематит, магнетит и аэтит, или орлиный камень.

Гематит разрабатывает­ся с незапамятных вре­мен и является одним из основных источников же­леза. Для него характе­рен черный с иризациями цвет, метал­лический блеск и большая плотность. Выделяется гематит преимущественно в виде зернистых масс, но может обра­зовывать и тонкие пластины. Последние отличаются кроваво-красным блеском, за который философ Древнего мира Теофраст прозвал этот минерал «застыв­шей кровью».

Хотя отдельные образцы гематита мо­гут быть очень красивы, сегодня он име­ет большей частью промышленное при­менение и не слишком высоко ценится в геммологии. В древности же, благода­ря его твердости, иризациям и цвету’, ге­матит нередко использовали в качестве ювелирного камня. Особой популярно­стью пользовались пластины и кабошо­ны из гематита.

Кроме того, гематит всегда наделялся магическими и терапевтическими свой­ствами. Считается, что он хорошо оста­навливает кровотечение и помогает ре­гулировать кровообращение.

Среди некоторых народов был рас­пространен обычай церемониального помазания усопших гематитовой пы­лью, олицетворявшей кровь Матери- Земли. Африканские, индейские и ки­тайские племена использовали гематит в качестве ритуальной краски.

Железные камниЖелезные камни

ЖЕЛЕЗНАЯ РОЗА

Случается, что пластинчатые образова­ния гематита располагаются особым об­разом, подобно лепесткам цветка, состав­ляя так называемые «железные розы». Некоторые из них поразительно красивы и могут стоить очень дорого. Самые круп­ные железные розы, достигающие 15 сан­тиметров в диаметре и более, добыва­ют в бразильском штате Минас-Жерайс, одном из основных мировых про изводителей железа. А самые красивые и ценные же лезные розы находят в Европе — в швей­царской долине Валь-ди-Бинн.

МАГНЕТИТ

Магнетит, бу­дучи природ­ным магнитом, известен челове­ку с древних времен.

Свое название магнетит по легенде получил по име­ни мифического греческого пастуха Магнеса, обувь которого с железными гвоздями и железный наконечник по­соха постоянно прилипали к окружаю­щим его камням. Однако более вероят­но, что это название происходит от ан­тичного города Магнезия на террито­рии современной Турции.

Магнетит кристаллизуется в виде со­вершенных октаэдров и ромбододекаэ­дров блестящего черного цвета и удиви­тельно красив в натуральном виде.

Железные камни

Этот минерал очень богат желе­зом (его содержание в магнетите достигает 72%) и широко используется в черной металлургии, особенно в про­изводстве специальных сталей. Из высо­кокачественного шведского магнетита напрямую получают очень твердую угле­родистую сталь. Не пропадает впустую и магнетитовый шлак, как правило, богатый ванадием и фосфором.

Магнетит всегда наделялся различ­ными целебными и магическими свой­ствами. Считалось, что этот мине­рал делает человека умнее, помогает сбыться желаниям и наделяет своего владельца большим даром убеждения и притягательностью для противопо­ложного пола.

Древние верили, что алмаз и магнит (в греческом языке эти слова имели об­щую этимологию) — непримиримые враги, и что алмаз мешает магниту при­тягивать железо. Радикальная разница в цвете (алмаз абсолютно прозрачен, а магнетит обладает непрозрачным чер­ным цветом) считалась признаком про­тивоположности этих двух минералов.

Железные камни

АЭТИТ, ИЛИ ОРЛИНЫЙ КАМЕНЬ

Этот минерал часто называют орлиным камнем (от греческого «аэтос» — орел). Наши предки верили, что орлы при­носят его из Индии и кладут в гнездо, чтобы он помог птенцам вылупиться из яиц. Считается, что аэтит помогает при родах.

Эта сферическая конкреция лимони­та не слишком востребована в совре­менном мире, но издревле наделялась целебными и магическими свойствами. В том числе способностью отгонять ядо­витых животных: еще одна из причин, по которой орлы относили этот камень в свое гнездо.

Наши далекие предки верили, что смесь измельченного аэтита с бульоном и горячим вином помогает вернуть ма­теринское молоко. Кроме того, счита­лось, что если привязать аэти г к дереву, он не даст опасть урожаю, если же поме­стить его под корень, он, напротив, спо­собствует быстрому созреванию плодов и упрощает их сбор.

Этот камень, подобно орлу, олице­творяет силу, смелость и героизм,укре­пляет дух и тело.

Согласно выпискам византийского писателя VI века Кассиа-на Басса, «орлиный камень бывает двух видов. Есть плотный и крепкий и есть пористый и пустой в середине. Плотный, если его надеть на мужчину, способствует деторождению; легкий же, надетый на женщину, способствует донашиванию плода» (Геопоники. XV. 1. 30).

Диоскорид писал, как с помощью аэтита ловили воров: камень измельчали, смешивали с освященным хлебом и давали съесть подозреваемым. Виновный, по его словам, не мог проглотить ни кусочка... Про невиновных история умалчивает.

Додатково про камінь

Кристал - це мікрокосм енергії, здатний дати дуже багат

Блакитний кварцит являє собою гірську породу, що склад

Прагнення до досконалості властиво людям із древніх

Назва руні означає град, «загибель», руйнування Це без

У наші дні називають цю рунь бога Одина рунню перемоги,

Муладхара, так називається коренева чакра на санскрит

kamnu.com.ua

Камень, дерево, железо | newsvo.ru — новости Вологодской области

Вмузейном сообществе стали актуальными "споры о концепции". Классическая форма показа выставок и комплектования коллекций многим кажется устаревшей, а новации нередко выглядят доморощенными. Интересен опыт единственного в России Музея старинного плотницкого инструмента – в городе Кириллове Вологодской области. Его коллекция является неоценимым подспорьем в работе реставраторов объектов деревянного зодчества. Впрочем, обычные экскурсанты сюда тоже допущены.

Музей плотницкого инструмента существует при Реставрационном центре – архитектура, производство, обучение, генеральный директор которого Александр Попов говорит, что музей вырос из личной коллекции. В маленький город Кириллов я поехала по его приглашению. Давно хотелось увидеть не результат, а процесс; не уже отреставрированный, доступный всем для обозрения памятник, а работу над ним. К сожалению, так поступают далеко не все российские реставраторы, но Попов старается – и умеет! – сохранять то, что, казалось бы, сохранить невозможно. За воротами центра оказался большой деревянный дом в лесах. Его привезли из Вологды, чтобы потом вернуть на место. Владелец дома говорит: входную дверь надо выбросить и сделать новую – очень уж она рассохлась, покорежилась и обветшала. Попов, архитектор-реставратор высшей категории, показывая почти уже спасенную дверь с выровненными досками, где на месте утрат вставлены лишь маленькие кусочки и отдельные филенки, и теперь не может вспоминать об этом спокойно: "Как же, выбросить! Выбросить – это проще всего".

Чтобы попасть в Музей плотницкого инструмента, надо пройти мимо ангаров с производственными цехами, административных помещений и кузницы – Реставрационный центр оказался неожиданно внушительным по площади и основательно оснащенным. На стенах выставочного зала больше всего топоров. В былые века это был основной инструмент, при помощи которого и избы рубились, и храмы ставились. Пилы в экспозиции тоже есть, только главный акцент не на них. 

 

Топор-оберег. Возможно, его носили на шнурке, а, может быть, он был пришит к одежде

Пилы – позднее обретение. Их ввел Петр Первый, однажды озаботившийся тем, что мужики изводят леса, вытесывая из каждого бревна всего по одной доске. И все же, топор продолжал главенствовать. Вообще к нему на Руси было особое отношение, свидетельство тому – крошечный оберег XII века в виде топорика. А вот потерять топор в лесу считалось дурным знаком.

Самый же древний топор музейной коллекции, по словам Александра Попова, – каменный:

– Это неолит, IV тысячелетие до нашей эры.

– Неужели подлинник, не муляж?

– Это настоящий! Не знаю, кто бы сейчас сумел камень так затачивать. Первые неолитические инструменты мне подарил знакомый из Белозерска. Здесь же Русский Север, вокруг древние города. Но не с их жителей начиналось заселение территории. В этих же местах размещались неолитические стоянки, на одной из них он нашел и подарил нам первые два предмета. Дальше – больше. Я начал собирать коллекцию. Что-то в антикварных магазинах покупал, что-то попадало другими путями.

 

Каменный топор в Музее инструмента.

Я думал, зачем мне каменные орудия труда, я в них ничего не понимаю. Хоть бы с металлом разобраться, это имеет непосредственное отношение к моей работе. Но однажды в каталоге Британского национального музея обратил внимание на фотографию перехода через болото, раскопанного археологами. Сверху вниз колья вбиты, и на них лежит доска. Читаю – IV тысячелетие до н. э., Европа. Тут до меня доходит – хорошо, предположим, колья срубить таким топором, конечно, можно – как-то его заточить. Камнем забить в болото тоже можно. Но доска-то ведь тесана! Значит, люди уже в период неолита этим инструментом ухитрялись вытесывать. И вот тогда я начал задумываться про этот каменный инструмент и оценил его. Но, в основном, все-таки в сфере моих интересов – железо.

Когда я был молодым человеком и учился в МАРХИ, нам рассказывали о том, что инструменты и технологии каменного века со временем менялись, а железный плотницкий инструмент – консервативный. Каким был в Средневековье, таким и дошел до XX века, в основном, крестьянство им занималось. Я с этим знанием вышел из института. Но очень быстро я понял, что это не так, когда первую церковь свою большую реставрировал – в селе Верхняя Уфтюга Архангельской области. Это XVIII век, церковь Дмитрия Солунского. Стоит она в местах, про которые в старинных документах написано, что были они "разбойничьи и раскольничьи", то есть там жили староверы. Они долго хранили приемы и традиции предков, поэтому, хотя была уже вторая половина XVIII века, они еще пользовались инструментами и технологиями более раннего времени. Я осмотрел балки в этой деревянной церкви. По следам топора понял, как стоял плотник, как он работал. Я попробовал – у меня ничего не получается! Значит, инструмент был другим и технологии другие. Тогда подумал: у

 

Разнообразие форм древних топоров

местных старичков поспрашиваю, они мне расскажут. Я к чему все это говорю? К тому, насколько мы истории ремесла не знали, а ведь это происходило в начале 1980-х годов. Я стал этих мужичков искать. И очень быстро понял, что если и были такие мастера, то они еще в XVIII веке умерли, а нынешние знают меньше моего. Тогда решил обратиться к археологии. Два местечка было в Сибири – Зашиверск и Мангазея. Это исчезнувшие города XVII века. Они существовали славно, но недолго, жители их покинули. В XX веке там велись раскопки, и нашли много утвари, в частности инструменты. И вот первые инструменты XVII века я увидел в материалах мангазейских раскопок.

– И они были другие, не такие, как современные?

– Да, они были другие. Узнав об этом, я решил, что надо изготовить точные копии. По простоте душевной отправился к деревенскому кузнецу Вене Лапину. Показал ему рисунок. Сделаешь такой? Можно, говорит, сделать. Сделал. Мне не понравилось, я говорю, слушай, а можно я сам буду ковать? О, конечно! Вот тебе ключи, куй здесь до утра, только уходить будешь, рубильник выруби. Я сделал инструмент, попробовал, у меня тоже ничего не получилось. Короче говоря, так я учился работать по технологии средневековой.

– Так он у вас, в конце концов, получился?

– Получился. Но после того как получился, прошло еще года 3-4, прежде чем получаться стало так, как должно быть при обработке этим инструментом. Инструмент есть, а как им работать? Вот этого, про технологии, я не знал. Потом оказалось, что это технологии средневековые. И они характерны были для всей Европы. Я работал на памятниках, начиная с XV века и до XX века. На каждом был свой инструмент, своя технология, свои хитрости. Кстати, теперь в нашем музее вместе с историческими топорами мы показываем их копии, которыми мы работали. Есть здесь и мой личный, которым я церковь Ризоположения XV века делал. Это знаменитый деревянный памятник  из села Бородавы, перевезенный в музей-заповедник "Кирилло-Белозерский монастырь".

 

Топор XV века

– Признаюсь, я бы не то что копию от подлинника не отличила, но и любой другой средневековый топор из вашей коллекции могла бы принять за современный. И есть совсем непонятные железяки. На этикетках написано: черта, скобель…  Все-таки это очень специальная сфера.  

– Поэтому, когда сюда приезжают экскурсанты, сотрудники музея всегда читают им лекции. У нас полная коллекция, по всем векам. А когда я провожу занятия со своими учениками или со студентами МАРХИ, которые стали с недавних пор приезжать в наш реставрационный центр на практику, я им всем даю инструмент в руки попробовать. Чтобы понять, его надо в руках подержать. Больше того, можно показать, как работали тем или иным инструментом.  Эти знания я накапливал постепенно. 

Например, вот необычный топор, а вот бревно со следами работы таким топором. Долгое время я не видел следов этого инструмента и не знал, как им работать. Хотя сам инструмент у меня в музее уже был, я внимательно его разглядывал: фаска у него только с одной стороны. Дальше плоская поверхность, а длинное топорище выгнуто в сторону. Понятно было только, что это для работы с левой руки. Но для чего конкретно он был предназначен? И только несколько лет назад, в Кракове, я увидел такой топор у них в музее и там же – старинную фотографию с плотником, который работает этим инструментом. Он тешет балки. В Кракове в колокольне дубовые стойки как раз тесаны этим самым топором. Кстати говоря, на норвежских  гравюрах более ранних, средневековых, есть люди, которые таким инструментом работают. Стоят ровно в такой позе и работают ровно так же, как вот этот самый поляк.

– Вы сказали –  с левой руки. Значит, такой топор предназначался для левши?

– Вовсе нет. Вообще-то плотник должен работать как с правой, так и с левой руки. Тут все зависит от дерева. Их стволы бывают закручены вправо и влево, и еще деревья бывают прямослойные. В зависимости от того, в какую сторону закручено дерево, можно тесать либо с правой, либо с левой. Если ствол, допустим, закручен в эту сторону, я с этой стороны уже тесать не могу, потому что древесина будет задираться. При правильной же работе топор оставляет гладкий плотный след.

– То, куда закручено дерево, зависит от породы или  каких-то иных причин?

– Это как у людей – у одних глаза коричневые, а у других голубые. Причем большинство деревьев либо прямослойные, либо они закручены вправо. А процентов, наверное, 15-20 – это левые. Так что средневековый мастер мог тесать и с правой, и с левой руки. Поэтому делались соответствующие топоры.  Благодаря такой технологии постройки были долговечными.

– Согласно требованиям современной науки, прежде чем начать собственно реставрационные работы, памятник деревянного зодчества нужно разобрать по дощечке и по бревнышку, с тем, чтобы можно было лечить каждый отдельный элемент. Дает ли этот этап работы вам дополнительные сведения?

– Разумеется, ведь кроме различий, присущих разным эпохам, были и региональные различия. То есть в одном месте работали таким инструментом и по таким технологиям, а в другом были свои особенности. Скажем, церковь Ризоположения – средневековая постройка, и там на одной маленькой церкви шесть различных кровель. Шесть! О чем это свидетельствует? Скажем, идет какая-то постройка, приходит из соседней деревни мужичок, чтобы участвовать в строительстве этого храма. В бригаду его берут, а у него свои секреты. А у соседнего мастера – свои секреты, и они ими не делятся. Одну крышу, маленькую, сосед делает по-своему, второй и третий делает по-своему...

 

Стена старинной бани в деревне Шидьеро Кирилловского района. Бревна подогнаны, швы законопачены. Не продует и не промокнет

Впервые я столкнулся с таким феноменом в Уфтюге, на церкви Дмитрия Солунского. Там были все окна разные (на таких старых постройках они, как правило, разные). А тут два окна так называемого "второго света" были абсолютно симметричные. Но когда я их разобрал, то был в шоке, потому что у одного были в конструкции косяков шипы, а у второго их не было, хотя на фасаде они были абсолютно одинаковые. И я долго ломал голову: как же так, одинаковые два окна, не разбери я их – я бы и не понял, что они имеют такие особенности. Оказывается, пришли два плотника, одного отец так учил, а другого дед так учил. Они работали параллельно, но один сделал с шипом, другой без шипа, и оба простояли 200 лет с лишним. Не разбери я этих окон, я бы этого никогда не увидел.

– Но это же совершенно средневековый подход, когда профессиональные навыки держали в секрете!

– И это все средневековый подход. Книги по ремеслам стали писать у нас только в XIX – начале XX веков, но про инструменты сведений там много не найдешь. Сошлюсь на книжку  полковника Дементьева "Плотничное искусство". Он пишет: "Топор нужен для того, чтобы перерубать дерево поперег". Он делает рисунок этого топора, но ни про какие технологии он не знает. Это как у Фонвизина – зачем учить географию, извозчики довезут. Скажу мужику – он срубит как надо, а я полковник, не моего ума это дело. Долго так и было. И больше того, в реставрацию это все так и пришло. Но как только мы из процесса реставрационных работ выбрасываем исторические ремесла, сопутствующие этому времени, мы получаем то, на что смотреть невозможно. Прежде чем начать что-то лудить, я должен изучить памятник  и реставрировать только так, как именно здесь было сделано. Потому что везде инструменты разные, технологии разные, приемы разные и архитектура разная.  

– Для чего больше предназначен ваш музей – для просвещения обычных посетителей или для того, чтобы быть наглядным учебным пособием?

– Он создавался как класс для студентов. Но однажды ко мне обратились сотрудники туристической фирмы: можно, мы к вам будем водить туристов? Обычно это бывает в летний сезон – приезжает автобус из Москвы, Вологды или еще откуда-то, они специально заказывают лекцию. Но в основном, конечно, я ориентируюсь на студентов и специалистов. Приезжают к нам не только из России, но из Норвегии, Америки и Швеции.

Учебная работа в Центре реставрации

– Много ли студентов в вашем центре?

– Немного. Сначала были группы по 10-15 человек, но очень быстро я понял, что это пустая трата времени и денег. Много случайных, многие отсеивались. А потом настали такие времена, что стали приезжать только те, кто мотивирован. Они приезжали из разных регионов страны, – из Сибири, из средней полосы России, из Москвы, Подмосковья, из Карелии, из Архангельской, Вологодской областей и из-за рубежа – для того чтобы получить какие-то навыки в деле реставрации, – говоритАлександр Попов.

newsvo.ru

Железо — wiki.web.ru

Минерал

Самородное железо (феррит) Fe относится к группе самородных элементов. Название происходит от латинского названия железа - "феррум".

Феррит содержит менее 2,9% Ni, до 0,3 % Co, до 0,4 % Cu, до 0,1 % Pt.

Сингония кубическая; в природе существует несколько модификаций железа - низкотемпературная имеет ОЦК ячейку (Im3m), высокотемпературная (при температурах > 1179K) ГЦК ячейку (Fm(-3)m). Образует мелкие зёрна, плёнки, дендриты, изредка в виде самородков. В больших количествах содержится в метеоритах. Цвет железа стально-серый, в полированных шлифах металлически-белый.Черта блестящая стально-серая. Блеск в свежем изломе типичный металлический. Твёрдость 4-5. Спайность по кубу {100}, излом крючковатый. Плотность 7-7,8. Характерный признак - сильномагнитный минерал.

В железных метеоритах при травлении или нагреве проявляются видманштеттеновы фигуры.

Происхождение: теллурическое (земное) железо редко встречается в базальтовыхлавах (Уифак, о. Диско, у западного берега Гренландии, вблизи г. Касселя Германия). В обоих пунктах с ним ассоциируют пирротин (Fe1-xS) и когенит (Fe3C), что объясняют как восстановление углеродом (втч и из вмещающих пород), так и распадом карбонильных комплексов типа Fe(CO)n. В микроскопических зернах оно не раз устанавливалось в измененных (серпентинизированных) ультраосновных породах также в парагенезисе с пирротином, иногда с магнетитом, за счет которых оно и возникает при восстановительных реакциях. Очень редко встречается в зоне окисления рудных месторождений, при образовании болотных руд. Зарегистрированы находки в осадочных породах, связываемые с восстановлением соединений железа водородом и углеводородами.

Почти чистое железо найдено в лунном грунте, что связывают как с падениями метеоритов, так и с магматическими процессами. Наконец, два класса метеоритов - железокаменные и железные содержат природные сплавы железа в качестве породообразующего компонента.

Семейство самородного железа (по Годовикову) Группа самородного железа

Группа самородного никеля См. также:

Химический элемент

Железо(англ. IRON) - Fe

Типичные примеси Молекулярный вес Происхождение названия IMA статус
Ni,C,Co,P,Cu,S
55.85
Probably Anglo-Saxon in origin.
действителен, описан впервые до 1959 (до IMA)

КЛАССИФИКАЦИЯ

Strunz (8-ое издание) Dana (7-ое издание) Hey's CIM Ref.
1/A.07-10
1.1.17.1
1.57

ФИЗИЧЕСКИЕ СВОЙСТВА

ОПТИЧЕСКИЕ СВОЙСТВА

Тип Цвет в отраженном свете
изотропный
белый

КРИСТАЛЛОГРАФИЧЕСКИЕ СВОЙСТВА

Перевод на другие языки

Ссылки

Список литературы

  • Зарицкий П.В., Довгополов С.Д., Самойлович Л.Г. Состав и генезис рудопроявления самородного железа г. Озёрной в бассейне р. Курейки. - Вестник Харьковского ун-та, 1986, №283 (Средняя Сибирь)
  • Мельцер М.А. и др. Самородное железо в золотонсных жилах Аллах-Юньского района и некоторые вопросы их генезиса. - Новые данные по геологии Якутии. Я., 1975, с. 74-78
  • Попов В.И. О находках самородного железа в Ср. Азии. - Зап. Узб. отд. ВМО, 1952, в. I
  • Сафонов Ю.Г., Генкин А.Д., Романов В.П. и др. Самородное золото, минералы платиновой группы и самородное железо в моренных отложе- ниях Центральной России (Ивановская область). - Геология рудных месторождений, 1997, т. 39, N 3, 289-299.
  • Фекличев В.Г., Герасименко В.Я., Спицын А.Н. Техногенное металлическое железо и фосфосилициды железа золоотвалов. - Зап. РМО, 1999, ч.128, вып. 1, с. 50-54
  • Palache, Charles, Harry Berman & Clifford Frondel (1944), The System of Mineralogy of James Dwight Dana and Edward Salisbury Dana Yale University 1837-1892, Seventh edition, Volume I: 114-116.

wiki.web.ru

Камень, дерево, железо

В музейном сообществе стали актуальными "споры о концепции". Классическая форма показа выставок и комплектования коллекций многим кажется устаревшей, а новации нередко выглядят доморощенными. Интересен опыт единственного в России Музея старинного плотницкого инструмента – в городе Кириллове Вологодской области. Его коллекция является неоценимым подспорьем в работе реставраторов объектов деревянного зодчества. Впрочем, обычные экскурсанты сюда тоже допущены.

Музей плотницкого инструмента существует при Реставрационном центре – архитектура, производство, обучение, генеральный директор которого Александр Попов говорит, что музей вырос из личной коллекции. В маленький город Кириллов я поехала по его приглашению. Давно хотелось увидеть не результат, а процесс; не уже отреставрированный, доступный всем для обозрения памятник, а работу над ним. К сожалению, так поступают далеко не все российские реставраторы, но Попов старается – и умеет! – сохранять то, что, казалось бы, сохранить невозможно. За воротами центра оказался большой деревянный дом в лесах. Его привезли из Вологды, чтобы потом вернуть на место. Владелец дома говорит: входную дверь надо выбросить и сделать новую – очень уж она рассохлась, покорежилась и обветшала. Попов, архитектор-реставратор высшей категории, показывая почти уже спасенную дверь с выровненными досками, где на месте утрат вставлены лишь маленькие кусочки и отдельные филенки, и теперь не может вспоминать об этом спокойно: "Как же, выбросить! Выбросить – это проще всего".

Чтобы попасть в Музей плотницкого инструмента, надо пройти мимо ангаров с производственными цехами, административных помещений и кузницы – Реставрационный центр оказался неожиданно внушительным по площади и основательно оснащенным. На стенах выставочного зала больше всего топоров. В былые века это был основной инструмент, при помощи которого и избы рубились, и храмы ставились. Пилы в экспозиции тоже есть, только главный акцент не на них. Пилы – позднее

Топор-оберег. Возможно, его носили на шнурке, а, может быть, он был пришит к одежде Топор-оберег. Возможно, его носили на шнурке, а, может быть, он был пришит к одежде

обретение. Их ввел Петр Первый, однажды озаботившийся тем, что мужики изводят леса, вытесывая из каждого бревна всего по одной доске. И все же, топор продолжал главенствовать. Вообще к нему на Руси было особое отношение, свидетельство тому – крошечный оберег XII века в виде топорика. А вот потерять топор в лесу считалось дурным знаком.

Самый же древний топор музейной коллекции, по словам Александра Попова, – каменный:

– Это неолит, IV тысячелетие до нашей эры.

– Неужели подлинник, не муляж?

– Это настоящий! Не знаю, кто бы сейчас сумел камень так затачивать. Первые неолитические инструменты мне подарил знакомый из Белозерска. Здесь же Русский Север, вокруг древние города. Но не с их жителей начиналось заселение территории. В этих же местах размещались неолитические стоянки, на одной из них он нашел и подарил нам первые два предмета. Дальше – больше. Я начал собирать коллекцию. Что-то в антикварных магазинах покупал, что-то попадало другими путями.

Каменный топор в Музее инструмента. Каменный топор в Музее инструмента.

Я думал, зачем мне каменные орудия труда, я в них ничего не понимаю. Хоть бы с металлом разобраться, это имеет непосредственное отношение к моей работе. Но однажды в каталоге Британского национального музея обратил внимание на фотографию перехода через болото, раскопанного археологами. Сверху вниз колья вбиты, и на них лежит доска. Читаю – IV тысячелетие до н. э., Европа. Тут до меня доходит – хорошо, предположим, колья срубить таким топором, конечно, можно – как-то его заточить. Камнем забить в болото тоже можно. Но доска-то ведь тесана! Значит, люди уже в период неолита этим инструментом ухитрялись вытесывать. И вот тогда я начал задумываться про этот каменный инструмент и оценил его. Но, в основном, все-таки в сфере моих интересов – железо.

Когда я был молодым человеком и учился в МАРХИ, нам рассказывали о том, что инструменты и технологии каменного века со временем менялись, а железный плотницкий инструмент – консервативный. Каким был в Средневековье, таким и дошел до XX века, в основном, крестьянство им занималось. Я с этим знанием вышел из института. Но очень быстро я понял, что это не так, когда первую церковь свою большую реставрировал – в селе Верхняя Уфтюга Архангельской области. Это XVIII век, церковь Дмитрия Солунского. Стоит она в местах, про которые в старинных документах написано, что были они "разбойничьи и раскольничьи", то есть там жили староверы. Они долго хранили приемы и традиции предков, поэтому, хотя была уже вторая половина XVIII века, они еще пользовались инструментами и технологиями более раннего времени. Я осмотрел балки в этой деревянной церкви. По следам топора понял, как стоял плотник, как он работал. Я попробовал – у меня ничего не получается! Значит, инструмент был другим и технологии другие. Тогда подумал: у

Разнообразие форм древних топоров Разнообразие форм древних топоров

местных старичков поспрашиваю, они мне расскажут. Я к чему все это говорю? К тому, насколько мы истории ремесла не знали, а ведь это происходило в начале 1980-х годов. Я стал этих мужичков искать. И очень быстро понял, что если и были такие мастера, то они еще в XVIII веке умерли, а нынешние знают меньше моего. Тогда решил обратиться к археологии. Два местечка было в Сибири – Зашиверск и Мангазея. Это исчезнувшие города XVII века. Они существовали славно, но недолго, жители их покинули. В XX веке там велись раскопки, и нашли много утвари, в частности инструменты. И вот первые инструменты XVII века я увидел в материалах мангазейских раскопок.

– И они были другие, не такие, как современные?

– Да, они были другие. Узнав об этом, я решил, что надо изготовить точные копии. По простоте душевной отправился к деревенскому кузнецу Вене Лапину. Показал ему рисунок. Сделаешь такой? Можно, говорит, сделать. Сделал. Мне не понравилось, я говорю, слушай, а можно я сам буду ковать? О, конечно! Вот тебе ключи, куй здесь до утра, только уходить будешь, рубильник выруби. Я сделал инструмент, попробовал, у меня тоже ничего не получилось. Короче говоря, так я учился работать по технологии средневековой.

– Так он у вас, в конце концов, получился?

– Получился. Но после того как получился, прошло еще года 3-4, прежде чем получаться стало так, как должно быть при обработке этим инструментом. Инструмент есть, а как им работать? Вот этого, про технологии, я не знал. Потом оказалось, что это технологии

Топор XV века Топор XV века

средневековые. И они характерны были для всей Европы. Я работал на памятниках, начиная с XV века и до XX века. На каждом был свой инструмент, своя технология, свои хитрости. Кстати, теперь в нашем музее вместе с историческими топорами мы показываем их копии, которыми мы работали. Есть здесь и мой личный, которым я церковь Ризоположения XV века делал. Это знаменитый деревянный памятник из села Бородавы, перевезенный в музей-заповедник "Кирилло-Белозерский монастырь".

– Признаюсь, я бы не то что копию от подлинника не отличила, но и любой другой средневековый топор из вашей коллекции могла бы принять за современный. И есть совсем непонятные железяки. На этикетках написано: черта, скобель… Все-таки это очень специальная сфера.

– Поэтому, когда сюда приезжают экскурсанты, сотрудники музея всегда читают им лекции. У нас полная коллекция, по всем векам. А когда я провожу занятия со своими учениками или со студентами МАРХИ, которые стали с недавних пор приезжать в наш реставрационный центр на практику, я им всем даю инструмент в руки попробовать. Чтобы понять, его надо в руках подержать. Больше того, можно показать, как работали тем или иным инструментом. Эти знания я накапливал постепенно.

Чтобы понять топор, его надо в руках подержать

Например, вот необычный топор, а вот бревно со следами работы таким топором. Долгое время я не видел следов этого инструмента и не знал, как им работать. Хотя сам инструмент у меня в музее уже был, я внимательно его разглядывал: фаска у него только с одной стороны. Дальше плоская поверхность, а длинное топорище выгнуто в сторону. Понятно было только, что это для работы с левой руки. Но для чего конкретно он был предназначен? И только несколько лет назад, в Кракове, я увидел такой топор у них в музее и там же – старинную фотографию с плотником, который работает этим инструментом. Он тешет балки. В Кракове в колокольне дубовые стойки как раз тесаны этим самым топором. Кстати говоря, на норвежских гравюрах более ранних, средневековых, есть люди, которые таким инструментом работают. Стоят ровно в такой позе и работают ровно так же, как вот этот самый поляк.

– Вы сказали – с левой руки. Значит, такой топор предназначался для левши?

– Вовсе нет. Вообще-то плотник должен работать как с правой, так и с левой руки. Тут все зависит от дерева. Их стволы бывают закручены вправо и влево, и еще деревья бывают прямослойные. В зависимости от того, в какую сторону закручено дерево, можно тесать либо с правой, либо с левой. Если ствол, допустим, закручен в эту сторону, я с этой стороны уже тесать не могу, потому что древесина будет задираться. При правильной же работе топор оставляет гладкий плотный след.

– То, куда закручено дерево, зависит от породы или каких-то иных причин?

– Это как у людей – у одних глаза коричневые, а у других голубые. Причем большинство деревьев либо прямослойные, либо они закручены вправо. А процентов, наверное, 15-20 – это левые. Так что средневековый мастер мог тесать и с правой, и с левой руки. Поэтому делались соответствующие топоры. Благодаря такой технологии постройки были долговечными.

– Согласно требованиям современной науки, прежде чем начать собственно реставрационные работы, памятник деревянного зодчества нужно разобрать по дощечке и по бревнышку, с тем, чтобы можно было лечить каждый отдельный элемент. Дает ли этот этап работы вам дополнительные сведения?

– Разумеется, ведь кроме различий, присущих разным эпохам, были и региональные различия. То есть в одном месте работали таким инструментом и по таким технологиям, а в другом были свои особенности. Скажем, церковь Ризоположения – средневековая

Стена старинной бани в деревне Шидьеро Кирилловского района. Бревна подогнаны, швы законопачены. Не продует и не промокнет Стена старинной бани в деревне Шидьеро Кирилловского района. Бревна подогнаны, швы законопачены. Не продует и не промокнет

постройка, и там на одной маленькой церкви шесть различных кровель. Шесть! О чем это свидетельствует? Скажем, идет какая-то постройка, приходит из соседней деревни мужичок, чтобы участвовать в строительстве этого храма. В бригаду его берут, а у него свои секреты. А у соседнего мастера – свои секреты, и они ими не делятся. Одну крышу, маленькую, сосед делает по-своему, второй и третий делает по-своему...

Впервые я столкнулся с таким феноменом в Уфтюге, на церкви Дмитрия Солунского. Там были все окна разные (на таких старых постройках они, как правило, разные). А тут два окна так называемого "второго света" были абсолютно симметричные. Но когда я их разобрал, то был в шоке, потому что у одного были в конструкции косяков шипы, а у второго их не было, хотя на фасаде они были абсолютно одинаковые. И я долго ломал голову: как же так, одинаковые два окна, не разбери я их – я бы и не понял, что они имеют такие особенности. Оказывается, пришли два плотника, одного отец так учил, а другого дед так учил. Они работали параллельно, но один сделал с шипом, другой без шипа, и оба простояли 200 лет с лишним. Не разбери я этих окон, я бы этого никогда не увидел.

– Но это же совершенно средневековый подход, когда профессиональные навыки держали в секрете!

– И это все средневековый подход. Книги по ремеслам стали писать у нас только в XIX – начале XX веков, но про инструменты сведений там много не найдешь. Сошлюсь на книжку полковника Дементьева "Плотничное искусство". Он пишет: "Топор нужен для того, чтобы перерубать дерево поперег". Он делает рисунок этого топора, но ни про какие технологии он не знает. Это как у Фонвизина – зачем учить географию, извозчики довезут. Скажу мужику – он срубит как надо, а я полковник, не моего ума это дело. Долго так и было. И больше того, в реставрацию это все так и пришло. Но как только мы из процесса реставрационных работ выбрасываем исторические ремесла, сопутствующие этому времени, мы получаем то, на что смотреть невозможно. Прежде чем начать что-то лудить, я должен изучить памятник и реставрировать только так, как именно здесь было сделано. Потому что везде инструменты разные, технологии разные, приемы разные и архитектура разная.

– Для чего больше предназначен ваш музей – для просвещения обычных посетителей или для того, чтобы быть наглядным учебным пособием?

– Он создавался как класс для студентов. Но однажды ко мне обратились сотрудники туристической фирмы: можно, мы к вам будем водить туристов? Обычно это бывает в летний сезон – приезжает

Учебная работа в Центре реставрации Учебная работа в Центре реставрации

автобус из Москвы, Вологды или еще откуда-то, они специально заказывают лекцию. Но в основном, конечно, я ориентируюсь на студентов и специалистов. Приезжают к нам не только из России, но из Норвегии, Америки и Швеции.

– Много ли студентов в вашем центре?

– Немного. Сначала были группы по 10-15 человек, но очень быстро я понял, что это пустая трата времени и денег. Много случайных, многие отсеивались. А потом настали такие времена, что стали приезжать только те, кто мотивирован. Они приезжали из разных регионов страны, – из Сибири, из средней полосы России, из Москвы, Подмосковья, из Карелии, из Архангельской, Вологодской областей и из-за рубежа – для того чтобы получить какие-то навыки в деле реставрации, – говорит Александр Попов.

www.svoboda.org