Онлайн чтение книги Второе правило волшебника, или Камень Слёз Stone of Tears Глава 3. Слезы камень


Каменные слёзы

Среди церковных чудес особенно удивительны мироточивые иконы и статуи святых. Однако иногда они плачут… настоящими человеческими слезами или даже кровью. Причем по необъяснимой причине чаще всего это происходит в Италии.

Одним из наиболее известных случаев появления в соборе крови святого считается чудо неапольской пиалы. Коричневые чешуйки на ее дне каждый год ровно на двадцать четыре часа превращаются в алую жидкость, которую католики считают кровью святого Януария, епископа Беневито, обезглавленного римлянами в 305 году. Точный состав жидкости учеными установлен не был — реликвию не дают на исследования. Но эти повторяющиеся случаи перехода «крови» из твердого состояния — в жидкое подтверждают не только ревностные служители церкви, но и врачи, которые также становились очевидцами чуда.

Другой феномен — плачущую статую Мадонны с младенцем — обнаружила 27 августа 1953 года в Сиракузах беременная женщина по имени Антониетта Янузо. Новость об этом чуде очень быстро распространилась по всей Сицилии и привела на острове к всплеску массовой религиозной истерии. Стоит отметить, что местные церковные власти поначалу с недоверием отнеслись к этому сообщению, но когда образцы текущей из глаз Мадонны жидкости были проанализированы, оказалось, что их не отличить от настоящих человеческих слез! Католическая церковь признала факт чуда и воздвигла в местном соборе раку, где статую некогда плачущей Мадонны паломники могут увидеть и сейчас.

Еще один похожий случай произошел все в той же Италии в январе 1971 года. Адвокат, живущий в городке Маропати, обнаружил, что с иконы Мадонны, висевшей у его изголовья, капает красная жидкость. Удивленный юрист заметил, что эта «кровь» вытекала из-под стеклянного покрытия образа — прямо из глаз Мадонны, а также из рук и ступней преклонивших пред ней колени изображенных на иконе еще двух святых.

Изумленный мужчина обратился в ближайшую церковь, а потом и к полицейским экспертам, которые взяли красное вещество на анализ. Исследование показало, что это на самом деле человеческая кровь, причем специалисты отвергли какое-либо мошенничество -ведь она продолжала течь из иконы даже тогда, когда ее заперли в сейфе полицейского управления.

Дольше всех плакала гипсовая 40-сантиметровая фигурка Богоматери, привезенная в 1994 году из усыпальницы в Боснии — в Италию. Она проливала кровавые слезы 14 дней — со 2 февраля по 17 марта 1995 года, причем многие очевидцы, среди которых был даже епископ, сочли эти слезы фактом оплакивания жертв балканской войны, которая бушевала, в том числе и в Боснии, как раз в это время.

Относительно недавний случай появления кровавых слез у статуи зарегистрирован в марте 2002 года на Сицилии. В городок Мессина устремились тысячи верующих, ибо здесь начала источать красные слезы статуя почтенного падре Пио, стоящая в центре города. Тот факт, что статуя падре плачет, заметил днем один из прохожих. Он позвал местного священника, который просто стер с лица изваяния красное вещество, заподозрив, очевидно, чью-то неуместную шутку. Однако, кровь на лице Пио проступила вновь.

Сообщения о чуде появились уже в вечерних новостях и в течение ближайшей ночи на площади у церкви Мадонны Помпейской в центре Мессины побывали более 2 тысяч человек! Эксперты взяли на анализ пробы жидкости, источаемой статуей, но результаты исследования обнародованы не были… Стоит отметить, что падре Пио — один из самых почитаемых в Италии деятелей церкви. Именно он считается первым священником, который продемонстрировал прихожанам свои стигматы — раны на ладонях и ступнях, от которых, по легенде, страдал на кресте Иисус. Скончался падре в 1968 году, а в 2001 году он был причислен Ватиканом к лику святых.

В Италии плачут статуи, а в России и Украине — мироточат и обновляются иконы. Причем, если в дореволюционной России такие православные чудеса можно было перечесть буквально по пальцам, то сегодня иконы «плачут» чуть ли не каждый день.

В советское время отношение к этому феномену было предельно скептическое. В 1925 году, например, в одном из обвинительных документов по факту «чуда» с иконой было сказано: «Об обновлении иконы Иверской Божией Матери, принадлежавшей гражданину Василию Григорьеву. Обновление иконы было обнаружено во время распития самогонки гражданином Антоновым, сидевшим за столом совместно с хозяином иконы Григорьевым и соседом Харламовым. Молва о чуде быстро распространялась по деревне, верующие несли святые подаяния… Икону осмотрели сельские власти, местные комсомольцы и священник. Икона действительно светлела, и это происходило на глазах присутствующих. При осмотре экспертной комиссией иконы, отобранной у Григорьева, установлено, что обновление ее произведено путем протирания стекла с наружной стороны и удаления, таким образом, грязи и копоти, затемняющих лик иконы». Комиссия сделала вывод, что к «чуду» обновления иконы была приложена рука самого гражданина Григорьева, за что тот вскоре был сослан на Соловки. Заявлять о чудесах на долгие годы стало опасно.

В 1999 году при отделе катехизации Московской патриархии была создана Комиссия по описанию сведений о чудесных знамениях, происходящих в Русской православной церкви. В ее состав вошли ученые из самых разных областей науки: физики Александр Московский и Сергей Сашинский, биолог Александр Агаджанян, геолог Павел Флоренский, а также филолог Татьяна Шутова. Члены группы исследуют мироточение, слезоточение, обновление и повторение изображения икон на стекле киота.

По словам ученых, сегодня в России известно по меньшей мере три дома, где происходит необъяснимое массовое мироточение икон. «Плачут» не только хозяйские иконы, но и те, что приносят с собой верующие, желающие приобщиться к чуду. Появилось даже но вое понятие — «привезти икону на мироточение».

Обычно ученые не наблюдают сам процесс — это таинство, происходящее вдали от человеческих глаз; к тому же в храмах исследования не одобряются. Но однажды, в одном доме под Брянском, члены комиссии смогли лично присутствовать при зарождении феномена. Ученые описали это так: «Хозяйка постелила на стол чистую скатерть, потом лист бумаги, сверху положила привезенные иконы. Край одного листа случайно выскользнул из-под доски. Батюшка отслужил молебен. И тут хозяева попросили гостей выйти из комнаты: мол, негоже присутствовать при чуде. Мы вернулись через час… Все иконы, разложенные на столе, были покрыта капельками.

Важный момент — маслом покрылся и лист бумаги, но лишь тот край, который выступал из-под образа, а часть листа, лежавшая под иконой, была чистой. Какой мы делаем вывод? — Вещество появилось не изнутри, а сверху. В этом случае произошло не источение, а маслопоявление на иконе», — говорит профессор Флоренский и добавляет: «На столе лежала шариковая ручка, и она тоже покрылась маслом. Если процесс свят, то при чем здесь посторонние предметы? Икона была с тремя мучениками, и масло оказалось лишь на ликах, контуре монастыря, но его не было на небе. В данном случае произошел процесс маслоосаждения».

Ученые проанализировали вещество из капелек и заявили, что по составу оно сродни подсолнечному или оливковому маслу, но к драгоценному миро эти масла не имеют никакого отношения. Исследователи накопили данные по плачущим и обновившимся иконам и выяснили, что большинство из них — это «молодые» образа, написанные в самом конце XIX или в XX столетии. Это подтверждают и реставраторы. Даже знаменитый мастер Адольф Николаевич Овчинников, который снимал грязь и копоть с величайших икон России, ни разу не обнаружил ни обновления, ни мироточения этих святынь. «Сейчас мы участники самого удивительного чуда», — говорят ученые. — «Знаете какого? В одночасье целый наш народ вернулся в церковь».

No related links found

tainy.net

Читать онлайн электронную книгу Второе правило волшебника, или Камень Слёз Stone of Tears - Глава 3 бесплатно и без регистрации!

Зедд шел, глядя на мертвых и умирающих. Невозможно было не наступать на кровь. Его сердце разрывалось при виде страданий. Только один скрийлинг. Что будет, если придут еще?

– Капитан, пошлите за целителями. Я не смогу помочь всем.

– Уже сделано, волшебник Зорандер.

Зедд кивнул и стал осматривать тех, кто еще был жив. Солдаты внутренней гвардии сновали между телами, устраивая поудобнее раненых, унося с дороги погибших, многие из которых были их товарищами. Зедд подходил к раненым и прикладывал пальцы к их вискам – почувствовать травму, почувствовать, какое лечение требуется сейчас и какое – в дальнейшем.

Он прикоснулся к молодому солдату, который хрипло дышал, булькая кровью. Зедд вздрогнул от того, что почувствовал. Он поднял глаза и увидел реберные кости, торчащие из дыры в латах величиной с кулак. У волшебника тошнота подступила к горлу. Тримак опустился на колени рядом с юношей. Взгляд Зедда остановился на капитане, и тот кивком показал, что все понял. Молодому человеку жизни оставалось на несколько глотков воздуха.

– Идите, – тихо сказал капитан, – я побуду с мальчиком.

Зедд пошел дальше, а Тримак сжал руку юноши в своей и стал нашептывать ему утешительную ложь. В зал стремительно вошли три женщины в длинных коричневых юбках с нашитыми рядами карманами. Ни один мускул не дрогнул на их лицах.

Вытащив из карманов бинты и целебные снадобья, три женщины склонились над ранеными и начали накладывать швы и давать снадобья. Большинство ран было подвластно искусству женщин-целительниц, а в остальных случаях все равно бы никто не помог. Зедд попросил одну из трех, ту, с которой, казалось, никому не захочется спорить, пойти осмотреть Чейза. Зедд видел, как он сидит на скамье в дальнем конце зала, опустив голову, а Рэчел, примостившись на полу, обхватила руками его колено.

Зедд с двумя другими целительницами продвигались среди людей, помогая тем, кому могли помочь, проходя мимо тех, кому помочь не могли. Одна целительница позвала его. Она склонилась над женщиной средних лет, которая всячески пыталась отказаться от ее помощи.

– Пожалуйста, – говорила она слабым голосом, – помогите остальным. Я прекрасно себя чувствую. Мне нужен только отдых. Пожалуйста. Помогите остальным.

Зедд опустился рядом с ней на колени и почувствовал, что балахон намок от крови. Женщина одной рукой оттолкнула его руки. Другой рукой она собрала кишки, чтоб не вывалились из рваной раны в животе.

– Пожалуйста. Тут есть другие, кому можно помочь.

Зедд поднял бровь, глядя на ее мертвенно-бледное лицо. Тончайшей работы золотая цепочка в волосах поддерживала голубой камень на лбу. Камень настолько сочетался с ее глазами, что создавалось впечатление, будто у нее три глаза. Волшебнику показалось, что он узнал камень, и он задумался, действительно ли это тот самый камень или же всего лишь безделушка, купленная из прихоти. Он долго, очень долго не видел ни одного, носившего Камень, согласно призванию. Конечно, никто из этой молодежи не может знать, о чем на самом деле говорит Камень.

– Я волшебник Зеддикус З'ул Зорандер. А ты кто, дитя, чтобы указывать мне?

Она побледнела еще сильнее.

– Простите меня, волшебник… – И замолчала, как только Зедд положил ей пальцы на виски. От боли у него так резко пресеклось дыхание, что он отдернул пальцы и призвал на помощь все свое мужество, чтобы сдержать слезы.

Теперь он знал без всяких сомнений: эта женщина носила Камень по призванию. Камень, под цвет ее глаз, на лбу, будто глаз ума, был талисманом, провозглашавшим внутреннее видение.

Чья-то рука схватила его сзади за балахон и резко дернула.

– Волшебник, – донесся из-за спины кислый голос. – Сначала вы должны позаботиться обо мне!

Зедд повернулся и увидел лицо, совершенно под стать голосу.

– Я – леди Ордит Кондатит де Дакидвич, из дома Бургаласса. Эта девка – всего лишь моя горничная. Будь она попроворнее, я не страдала бы так! Из-за ее нерасторопности я едва не погибла! Вы должны сначала позаботиться обо мне! Я вот-вот умру!

Зедд, и не дотрагиваясь до нее, мог сказать, что она практически не пострадала.

– Простите, сударыня. – Приложив пальцы к ее вискам, он подумал: тяжелый ушиб ребер, совсем небольшой – колен, и очень маленький порез на кисти, требующий, самое большее, одного-двух стежков.

– Ну? – Она вцепилась в свой серебристый гофрированный воротник. – Волшебник, – проворчала она. – Тоже мне волшебник. Никудышный, если хочешь знать правду. А эти солдаты! Заснули, наверное, на своих постах! Магистр Рал еще услышит об этом! Ну? Что со мной?

– Увы, сударыня. Боюсь, я ничем не смогу вам помочь.

– Что?! – Она схватила его за ворот балахона и резко рванула. – Смотри получше, не то я еще полюбуюсь, как магистр Рал насадит на пику твою голову! Посмотрим, чем тогда тебе поможет твоя никчемная магия!

– О, разумеется, сударыня. Я постараюсь сделать для вас все, что в моих силах.

Он резко рванул темно-бордовый атласный рукав, и ткань свесилась с руки леди Ордит, как знамя, затем положил руку на плечо женщины с голубым камнем. Она застонала, когда волшебник чуть заблокировал ее боль и придал ей силы. Ее неровное дыхание выровнялось. Он держал руку на ее плече, вливая в нее магию утешения и уюта.

Леди Ордит завизжала:

– Мое платье! Ты погубил его!

– Простите, сударыня, но мы не можем рисковать заражением раны. Я бы скорее потерял платье, нежели руку. Или вы придерживаетесь иного мнения?

– Ну… Да, я понимаю…

– Тут потребуется десять или пятнадцать стежков, – сказал Зедд, обращаясь к крепкого сложения целительнице, сидевшей на полу между двумя женщинами. Ее суровые серо-голубые глаза сверкнули легким удивлением и обратились на волшебника.

– Вам виднее, волшебник Зорандер, я не сомневаюсь, – ровным голосом проговорила целительница. Только пристальный взгляд выдавал, что она поняла его истинное намерение.

– Что?! Вы собираетесь позволить этой корове, этой повивальной бабке делать за вас вашу работу?

– Сударыня, я старый человек. У меня никогда не было способностей к шитью, и мои руки ужасно дрожат. Боюсь, я принесу больше вреда, чем пользы, но, если вы настаиваете, я приложу все старания…

– Нет, – фыркнула она. – Лучше уж эта корова.

– Очень хорошо. – Он посмотрел на целительницу. Ничто не исказило ее лица, только щеки покрылись красными пятнами. – Что касается других ее травм, боюсь, тут только одна надежда снять боль. В ваших карманах найдется немного корня мимозы?

Целительница в замешательстве подняла брови.

– Да, но…

– Отлично, – резко оборвал ее Зедд. – Думаю, двух кубиков будет достаточно.

Ее брови взметнулись вверх.

– Двух?

– Не смейте на мне экономить! – взвизгнула леди Ордит. – Если на всех не хватит, значит, менее знатным должно достаться меньше! Дайте мне полную дозу!

– Очень хорошо. – Зедд бросил взгляд на целительницу. – Назначаю ей полную дозу. Три кубика. И не целиком, а измельченные.

Целительница еще шире раскрыла глаза и, не веря своим ушам, переспросила:

– Измельченные?

Зедд сощурился и кивнул, подтверждая свои слова. Углы ее губ изогнулись в еле заметной улыбке.

Корень мимозы в малых дозах действительно снимает боль, но его необходимо глотать целиком, не разжевывая. Одного маленького кубика было бы вполне достаточно. Измельченный, да еще три кубика… х-м… Пожалуй, леди Ордит придется побегать в уборную.

Большую часть следующей недели добрая леди, видимо, проведет в своих покоях.

– Как тебя зовут, милая? – спросил он целительницу.

– Келли Халлик.

Зедд устало вздохнул.

– Келли, есть тут кто-нибудь еще, кому целительницы помочь не в состоянии?

– Нет, господин. Миддея и Аннели уже заканчивают с последними.

– Тогда, будь так добра, унеси леди Ордит куда-нибудь, где она не… где ей будет удобнее лежать, пока ты будешь лечить ее.

Келли быстро посмотрела на женщину, которую Зедд, утешая, держал за руку, на рану поперек ее живота и вновь на Зедда.

– Конечно, волшебник Зорандер. Вы выглядите очень усталым. Если вы потом зайдете ко мне, я восстановлю ваши силы стенадиновым отваром. – Уголки ее губ вновь изогнулись в легкой улыбке.

Зедд подмигнул Келли:

– Может, зайду.

В любое другое время он куда серьезнее отнесся бы к подобному предложению – Келли была женщиной статной, – но как раз сейчас ему было совсем не до того.

– Леди Ордит, как зовут вашу горничную?

– Джебра Бевинвье. И еще она – никчемная девка. Дерзкая и ленивая.

– Ну что ж, вы не будете более обременены ее никчемными услугами. Ей, судя по всему, потребуется немало времени на выздоровление, а вы вскоре собираетесь покинуть дворец.

– Покинуть? Что значит «покинуть»? – Леди Ордит вскинула голову. – У меня нет намерения уезжать отсюда.

– Сейчас во дворце опасно оставаться такой знатной даме, как вы. Боюсь, вам самой придется заботиться о собственной безопасности. Как вы верно заметили, солдаты спят на своих постах. Придется вам уехать.

– Ну, у меня просто не было намерения…

– Келли, – Зедд сурово посмотрел на целительницу, – будь добра, помоги леди Ордит перейти туда, где ты сможешь оказать ей помощь.

Келли оттащила леди Ордит, как тюк с бельем, на достаточное расстояние, чтобы у той не осталось ни малейшей возможности причинить волшебнику какие-либо неприятности. Зедд с теплой улыбкой повернулся к Джебре и откинул с ее лица короткие светлые волосы. Он уже практически остановил кровотечение, но это ее не спасет. То, что оказалось снаружи, необходимо вернуть туда, где ему следует находиться.

– Благодарю вас, господин. Мне теперь гораздо лучше, если бы вы помогли мне встать на ноги, я бы ушла с дороги.

– Лежи, дитя, – мягко сказал он. – Мы должны поговорить.

Зедд тяжелым взглядом обвел зрителей. Солдатам внутренней гвардии достаточно было поймать его взгляд, и они тут же разогнали собравшихся.

Губы Джебры задрожали, она с трудом сделала вдох и едва заметно кивнула.

– Я умираю, да?

– Не хочу тебя обманывать, дитя. Пока я не отдохну, твоя рана – на грани моих возможностей. У тебя нет времени ждать, пока я отдохну. Если я ничего не предприму, ты умрешь. Если я попытаюсь что-то сделать, я могу ускорить конец.

– Сколько мне осталось?

– Если я ничего не сделаю – возможно, час. Может быть, ночь. Я могу облегчить боль настолько, чтобы по крайней мере сделать ее терпимой.

Она закрыла глаза, и из-под век просочились слезы.

– Никогда не думала, что я дорожу жизнью.

– Из-за Камня Провидца, который ты носишь?

Ее глаза широко распахнулись.

– Вы знаете? Вы узнали Камень? Вы знаете, кто я?

– Знаю. Много времени прошло с тех пор, когда люди узнавали Провидцев по Камню, но я старик. Я видел таких, как ты. Ты из-за этого не хочешь, чтобы я тебе помог? Ты боишься того, что может сделать со мной прикосновение?

Она едва заметно кивнула.

– Но я вдруг поняла, что мне дорога жизнь.

Зедд похлопал ее по плечу.

– Вот это-то мне и надо было знать, дитя. Не беспокойся обо мне. Я – волшебник первого ранга, а не какой-то там новичок.

– Первого ранга? – прошептала Джебра, еще шире раскрыв глаза. – Я не знала, что такие остались. Пожалуйста, господин, не рискуйте из-за меня.

Зедд улыбнулся:

– Никакого риска, всего лишь немного боли. Кстати, меня зовут Зедд.

Она на мгновение задумалась, а потом сжала ему руку.

– Зедд… если у меня есть выбор… я предпочту попытаться выжить.

Он чуть улыбнулся и погладил ее холодный, влажный лоб.

– Тогда я обещаю тебе сделать все-все, что только в моих силах. – Она кивнула, ухватившись за его руку, ухватившись за свой единственный шанс. – Есть ли что-то, что ты можешь сделать, Джебра, чтобы заблокировать свою боль провидения?

Она закусила нижнюю губу и покачала головой, с трудом сдерживая слезы.

– Мне очень жаль, – еле слышно прошептала она. – Наверное, вам не удастся…

– Молчи, дитя, – успокоил он ее.

Зедд глубоко вздохнул и накрыл ладонью ее руку, удерживавшую кишки. Другую руку он нежно опустил ей на глаза. Внешний мир перестал существовать для него. Он должен пробиться внутрь, к ее сознанию. Это может убить ее. И его – тоже.

Он сосредоточился и опустил барьеры своего сознания. Удар боли выбил воздух из легких. Зедд не рискнул тратить силы на то, чтобы отдышаться. Он стиснул зубы и справился с этим, напрягая мышцы до тех пор, пока они не стали твердыми, как камень. А он ведь еще даже не коснулся боли от раны. Он должен принять боль провидения, пройти сквозь нее, и лишь тогда ему удастся справиться.

Мучение затянуло его разум в реку тьмы. Водоворот прошлых видений Джебры закружил его. Он мог лишь догадываться, что они значат, но боль их реальности была слишком острая. Слезы полились из-под его крепко сомкнутых век, он весь задрожал, словно пытаясь вырваться из нахлынувшего потока страданий. Он знал, что не может позволить, чтобы этот водоворот затянул его, иначе он потеряется, растворится.

Эмоции ее видений ударили его, когда он помчался глубже в ее сознание. Темные мысли сразу за поверхностью восприятия вцепились в его волю, пытаясь утащить его в глубины безнадежной оставленности. Его собственные, полные боли воспоминания всплыли на поверхность сознания, чтобы соединиться со всей скорбью Джебры в одной безумной агонии. Лишь его опыт и решимость сохранили его разум, его свободу воли, не позволив затянуть их в бездонные воды горечи и печали.

Наконец он пробился к спокойному, белому свету в центре ее бытия. Зедд обнаружил в сравнительно слабой боли смертельную рану. Реальность не всегда соответствует воображению, но в воображении боль была реальной. Вокруг спокойного центра со всех сторон холодная темнота внешней ночи посягала на тускнеющее тепло и свет ее жизни в нетерпении навеки окутать своим покровом душу Джебры. Зедд сорвал этот покров, чтобы свет его дара согрел ее душу, влил в нее жизнь и жизненные силы. Тени отступили перед мощью его Магии Приращения.

Мощь этой магии, ее жизненная сила вернула все органы туда, где им предназначено быть Творцом. Зедд пока не решался тратить силы на то, чтобы уменьшить страдания. Спина Джебры выгнулась. Она завопила от боли. И он почувствовал ту же боль. И содрогнулся от опаляющей остроты этой боли.

Когда самое трудное, то, что выходило за пределы его понимания, осталось позади, он наконец направил магию, чтобы заблокировать ее боль. Джебра осела на пол со стоном облегчения, и он почувствовал это облегчение в своем теле.

Управляя потоком магии, Зедд завершил лечение. Он использовал свою силу, чтобы свести вместе края раны, срастив ткань с тканью, плоть с плотью, слой за слоем, до самой поверхности кожи, соединив все, как если бы это никогда не было разделено.

Теперь, когда все было закончено, оставалось только выйти из ее сознания. Это было столь же опасно, как и войти, а сил у него почти не осталось, он все отдал ей. До предела изнуренный и еще сильнее обеспокоенный, он отпустил себя в поток мучений.

Примерно через час он обнаружил, что стоит на коленях, сгорбившись и непроизвольно рыдая. Джебра сидела, обхватив его руками, прижимая его голову к своему плечу. Как только он осознал, что вернулся, он взял себя в руки и выпрямился.

Зедд окинул взглядом залу. Всех отогнали далеко, на достаточное расстояние, за пределы слышимости. Да и кто захочет находиться рядом с волшебником, когда у него такая магия, что люди так страшно кричат? Ведь все слышали, как кричала Джебра.

– Тут, – сказал он наконец, почти вернув чувство собственного достоинства, – это было не так плохо. Уверен, теперь все хорошо.

Джебра тихо засмеялась дрожащим смехом и крепко обняла его.

– Меня учили, что волшебник не может лечить Провидцев.

Зедд заставил себя поднять костлявый палец.

– Обычный волшебник не может, милая. Но я – Зеддикус З'ул Зорандер, волшебник первого ранга.

Джебра отерла слезу со щеки.

– У меня нет ничего ценного заплатить тебе. – Она расстегнула золотую цепочку, которая скользнула по ее волосам и упала вниз, в подставленную ладонь. – Пожалуй, кроме этого скромного приношения.

Зедд опустил взгляд на цепочку с голубым камнем.

– Ты очень добра, Джебра Бевинвье. Я тронут. – Зедд внезапно почувствовал боль вины. Ведь это он послал импульс в ее сознание. – Это прекрасная цепочка, и я приму ее со смиренной признательностью.

Он использовал тонкий направленный поток силы, чтобы отделить Камень от основания. Камень Зедд вернул обратно, ему нужна была только цепочка.

– Цепочка – достаточная плата. Сохрани Камень, он принадлежит тебе по праву.

Джебра сжала Камень в руке и, кивнув, поцеловала волшебника в щеку. Он принял поцелуй с улыбкой.

– А теперь, милая, тебе необходимо отдохнуть. Я использовал большую часть твоих сил, чтобы все исправить. Возможно, несколько дней в кровати – и ты станешь как новенькая.

– Боюсь, вы оставляете меня не только исцеленной, но и безработной. Я должна найти работу, чтобы прокормить себя. – Она посмотрела вниз, на окровавленный, разодранный подол зеленого платья. – И чтобы одеться.

– Почему ты носила Камень, будучи горничной леди Ордит?

– Немногие знают, что означает Камень. Леди Ордит не знала. Ее муж, герцог, знал. Он хотел, чтобы я служила ему, но жена никогда бы не позволила, чтобы ему служила женщина, поэтому пришлось устроить меня на место ее горничной. Я знаю, для Провидицы не самое ужасное укрыться где-нибудь, а в Бургалассе многие умирают голодной смертью. Моя семья знала о моей способности и закрыла для меня двери, опасаясь тех видений, которые у меня могли бы быть о них. Перед смертью моя бабушка вложила мне в руку свой Камень, сказав, что, если я буду носить ее Камень, это будет для нее честью.

Джебра прижала к щеке стиснутый в кулаке Камень.

– Благодарю вас, – прошептала она, – что не приняли у меня Камень. Что поняли.

Зедд ощутил еще один укол совести.

– А потом герцог взял тебя на службу и использовал в своих собственных целях?

– Да. Лет двенадцать назад, наверное. Поскольку я была горничной леди Ордит, я почти всегда присутствовала на любых вечерах и торжественных приемах. А потом герцог приходил ко мне, и я рассказывала, что увидела о его противниках. С моей помощью он укрепил свою власть и благосостояние. В сущности, никто почти ничего не знает о Камне Провидца. Он презирал людей, пренебрегавших древним знанием. Он насмехался над невежеством врагов, позволяя мне открыто носить Камень. А еще он вынуждал меня следить за леди Ордит. Это помешало ей преуспеть в попытках сделаться вдовой. Поэтому сейчас она довольствуется тем, что предпочитает отсутствовать в доме герцога при любой возможности. Ее не слишком огорчит, если она меня больше никогда не увидит. Герцог использовал свою власть, чтобы я могла сохранить свое место, когда леди Ордит пожелала бы обратного.

– И почему ей так не нравились твои услуги? – Зедд ухмыльнулся. – Или ты и правда ленивая и дерзкая, как она заявляет?

Джебра улыбнулась в ответ. Тоненькие морщинки в углах ее глаз стали отчетливее.

– Нет. Это из-за видений. Иногда, когда у меня видения… Ну, вы почувствовали что-то из тех страданий, когда лечили меня, хотя, я надеюсь, не так сильно, как чувствую это я. Но иногда из-за боли я какое-то время не могла ей служить.

Зедд потер подбородок.

– Ну, поскольку ты теперь без работы, ты будешь гостьей здесь, в Народном Дворце, до тех пор, пока не поправишься. У меня есть тут некоторое влияние. – Он вдруг сам удивился тому, что это правда, и вынул из кармана балахона кошелек. – Это на расходы и за работу, если мне удастся убедить тебя сменить работодателя.

Джебра взвесила кошелек в ладони.

– Если здесь медь, этого недостаточно ни для кого, кроме вас. – Она улыбнулась и наклонилась чуть поближе к нему, глядя весело и сердито одновременно. – А если серебро, это слишком много.

Зедд возмущенно глянул на Джебру.

– Это золото. – Испуганная, она заморгала. – Но не мое, а того, на кого ты будешь работать.

Она уставилась на кошелек с золотом, потом опять посмотрела на волшебника.

– Кто он?

– Ричард. Новый магистр Рал.

Джебра побледнела и решительно покачала головой. Понуро ссутулившись, она сунула кошелек Зедду.

– Нет. – Став еще бледнее, она вновь покачала головой. – Нет. Мне жаль. Я не хочу работать на него. Нет.

Зедд нахмурился.

– Он не злой. У него на самом деле очень доброе сердце.

– Я знаю.

– Ты знаешь, кто он?

Она опустила глаза и кивнула:

– Я знаю. Я видела его вчера. В первый день зимы.

– И у тебя было видение, когда ты увидела его?

Ее голос теперь был усталый и исполненный страха.

– Да.

– Джебра, расскажи мне, что ты видела. Во всех подробностях. Пожалуйста. Это очень важно.

Одно долгое мгновение она смотрела на него исподлобья, затем вновь опустила глаза, закусив нижнюю губу.

– Это случилось вчера, на утреннем посвящении. Когда зазвонил колокол, я пошла на площадь, и он стоял там, глядя в бассейн. Я обратила на него внимание, потому что у него был меч Искателя. И потому, что он высокий и статный. И он не опустился на колени, как все. Он стоял там, глядя на подходящих людей, и, когда я приблизилась, наши взгляды случайно встретились. Всего лишь на мгновение. От него шла такая сила, что у меня пресеклось дыхание. Провидцы способны чувствовать определенные виды силы, такие, как дар, исходящие от человека. – Она взглянула на Зедда. – Я видела прежде людей с даром. Я видела их ауру. У всех она всегда была как ваша – теплая, мягкая. Ваша аура прекрасна. Его – совсем особенная. У него есть то же, что и у вас, но кроме того – еще что-то.

– Ярость, – тихо сказал Зедд. – Он Искатель.

Она кивнула:

– Возможно. Я не знаю. Я еще ни разу не видела ничего подобного. Но я могу сказать вам, какое у меня было ощущение. Ощущение было такое, словно меня швырнули в ледяную воду, прежде чем у меня появилась возможность вздохнуть. Иногда мне не даются видения о людях. Иногда – даются. Никогда нельзя сказать, когда придет видение. Иногда, когда человек расстроен, он излучает горе, и видения становятся более сильными. Его аура была как молния в грозу. Он испытывал страшную эмоциональную боль. Как животное, попавшее в капкан и пытающееся отгрызть собственную лапу. Он испытывал ужас от необходимости предать своих друзей, чтобы спасти их. Я не понимаю этого. В этом нет смысла. Там был образ женщины, прекрасной женщины с длинными волосами. Возможно, Исповедницы, хотя я не знаю, как такое могло быть. Аура вспыхнула так сильно при ее страданиях, что я ощутила жар на лице и испугалась, что кожа на самом деле обожжена. Если бы я не была на посвящении, я бы все равно упала на колени от мучительности этой ауры. Я уже почти бросилась к нему, чтобы его успокоить, когда подошли две морд-сит и заметили, что он стоит в полный рост, не опустившись на колени. Он не почувствовал страха, но собрался стать на колени, так или иначе покорившись ужасающему предательству, к которому его принуждали. Я поняла это, когда он преклонил колени. Я думала, все кончилось. Я была благодарна, что видела только ауру, а не истинные видения. Я не хотела никаких видений об этом человеке. – Она устремила взгляд мимо Зедда, казалось, потерявшись в этих воспоминаниях.

– Но это был еще не конец?

Она очнулась.

– Нет. Я думала, самое худшее позади, но то, что я уже увидела, было пустяками по сравнению с тем, что было дальше.

Джебра нервно потерла руки.

– Мы возносили хвалу отцу Ралу, и внезапно он вскочил на ноги. На лице у него играла улыбка. Он нашел решение, сложил фрагменты мозаики. И недостающий элемент встал на свое место. Лицо женщины и его любовь к ней наполнили ауру.

Она покачала головой.

– Мне жаль того, кто попытается просунуть между ними палец. Он потеряет палец, а может, и кисть, а может, и всю руку, прежде чем у них будет время подумать и оттолкнуть его.

– Ее зовут Кэлен, – сказал Зедд, чуть улыбнувшись. – И что потом?

Джебра скрестила руки на груди.

– Потом начались видения. Я увидела, как он убивает человека, но не смогла бы рассказать как. А потом я увидела человека, которого он собирался убить: Даркена Рала. А потом я увидела, что это его отец, но он этого не знает. Именно тогда я узнала, кто он: сын Даркена Рала, который скоро станет новым магистром Ралом. Аура вспыхивала страшными противоречиями.

Зедд успокаивающе положил руку ей на плечо.

– Даркен Рал хотел править миром с помощью страшной магии. Остановив его, Ричард спас от смерти тысячи людей. Хотя убийство – ужасно, но, сделав это, он спас куда больше жизней. Уверен, ты не из-за этого боишься Ричарда.

Она покачала головой:

– Нет. Это из-за того, что было потом. Две морд-сит встали, потому что он собрался уйти с посвящения. Одна подняла свой эйджил, угрожая ему. Я удивилась, увидев, что он носит на шее такой же, красный, совсем, как их. Он сжал свой эйджил в кулаке. Он сказал им, что, если они не уйдут с дороги, он убьет их. У меня перехватило дыхание, такая была вокруг него аура ярости. Он хотел, чтобы они попытались. Они почувствовали это и пропустили его. Когда он повернулся, чтобы уйти… это было, когда я увидела другое видение. – Она прижала руку к сердцу, из глаз потекли слезы. – Зедд… мои видения не всегда ясные. Иногда я не знаю, что они означают. Однажды я увидела одного крестьянина. Птицы клевали его желудок. Я не знала, что это значит. Оказалось, прилетела стая черных птиц и съела все посевы, которые он вырастил. Он был готов посеять снова и вспахал поле. Но он и его семья могли умереть от голода, если б он этого не сделал.

Она отерла слезы, бегущие по щекам.

– Иногда я не могу сказать, что означает видение и как все произойдет в действительности. Не все видения сбываются. – Она встряхнула волосами. – Но иногда все происходит в точности так, как я это видела. Я могу сказать, когда они истинны и произойдут несомненно.

Зедд похлопал ее по плечу.

– Я понял, Джебра. Видения – вид пророчества, и я знаю, каким смутным может быть пророчество. Какого рода видение у тебя было о Ричарде? Смутное или ясное?

Она пристально посмотрела ему прямо в глаза.

– Всех типов. Видения всех типов, которые у меня когда-либо бывали, от самого смутного до самого ясного, от возможного до предопределенного. Они нахлынули на меня. Такого раньше никогда не бывало. Чаще всего у меня была одна-единственная картинка, и я либо знала, что это значит и что это истинно, либо не понимала этого и не могла сказать, произойдет ли это на самом деле. Видения от этого человека обрушились водопадом. Они захлестнули меня. Но в каждом были боль, зло и опасность. Одни, не самые четкие и, я знаю, истинные, были самыми ужасными. В одном было что-то вокруг его шеи, я не могу сказать что, но это было что-то, что причинит ему страшную боль и заберет его от женщины… Кэлен, ты сказал, ее имя… заберет его от всех, кого он любит. Запрет его под замок.

– Ричард был в плену у морд-сит, она пытала его. Возможно, именно это ты и видела, – предположил Зедд, Джебра резко покачала головой:

– Я видела не то, что было, а то, что должно быть. И это – не боль, причиняемая морд-сит. Другая. Я уверена.

Зедд в задумчивости кивнул.

– Что еще?

– Я видела его в песочных часах. Он стоял на коленях в нижней половине, плача в страданиях, песок падал повсюду вокруг него, но не песчинки причиняли ему страдания. Надгробные камни всех, кого он любил, были в верхней половине, но он не мог пробиться к ним сквозь песок. Я видела нож у него в сердце, нож убийцы, сжатый в его собственных дрожащих руках. Прежде чем я смогла понять, что должно случиться, пришло другое видение – они не всегда следуют ходу событий. Он был в своем роскошном красном плаще, том, что с золотыми пуговицами и парчовой отделкой. Он лежал лицом вниз… с ножом в спине. Он был мертв, но в то же самое время не был. Его собственные руки перевернули его на спину, но прежде, чем я увидела его мертвое лицо, пришло другое видение. Самое страшное. Самое отчетливое. – Слезы с новой силой хлынули у нее из глаз, и она начала тихонько всхлипывать. Зедд сдавил ей плечо, требуя продолжения. – Я видела его горящее тело. – Она вытерла слезы и качнулась назад и вперед, слегка всхлипнув. – Он кричал. Я даже чувствовала запах горящей кожи. Затем, что бы там ни сжигало его – я не могу сказать, что это было, – когда оно ушло, он был без сознания, и на нем было клеймо. Клеймо, выжженное на груди.

Зедд пошевелил языком во рту, пытаясь смочить его слюной.

– Ты смогла разглядеть, что это было за клеймо?

– Нет, ни что за клеймо, ни на что оно похоже. Но я знала, что это, с такой же уверенностью, как я знаю, что это Солнце, когда вижу его. Это было клеймо смерти, клеймо властителя подземного мира. Владетель отметил его, чтобы он стал его собственностью.

Зедд постарался справиться с дыханием, унять дрожь в руках.

– Были ли еще видения?

– Да, но не такие отчетливые, и я не поняла их. Они мелькали так быстро, что я не могла ухватить образ, только боль. А потом он ушел. Морд-сит повернулись, глядя ему вслед, а я побежала в свою комнату и заперлась там. Я несколько часов пролежала в кровати не в силах остановить рыдания, израненная тем, что увидела. Леди Ордит стучалась в мою дверь, требовала меня, но я крикнула, что очень устала, и она в конце концов ушла в ярости. Я плакала до тех пор, пока все внутри меня не застыло. Я видела в этом человеке добро, и я пришла в ужас от зла, которое, я видела, похищает его. Хотя картинки были все разные, они были подобны. Во всех присутствовало одно одинаковое чувство – опасность. Опасность сгустилась вокруг этого человека так плотно, как вода вокруг рыбы. – К ней немного вернулось хладнокровие, пока Зедд сидел молча, глядя на нее. – Вот почему я не буду работать для него. Добрые духи оберегают меня, и я не хочу иметь ничего общего с опасностью, окружающей этого человека. С подземным миром.

– Может, тебе удалось бы помочь ему, помочь избежать опасности. Это то, на что я надеялся, несмотря ни на что, – тихо сказал Зедд.

Джебра вытерла слезы рукавом.

– Даже за все золото и могущество герцога я не пойду за магистром Ралом. Я не труслива, но я и не героиня из песни, и не дура. Я не желаю, чтобы мои кишки вывалились опять, и на этот раз вместе с моей душой.

Зедд в молчании смотрел, как она, сама того не сознавая, всхлипывает, далеко унесенная пугающими видениями. Джебра глубоко вздохнула и очнулась. Ее голубые глаза наконец посмотрели на него.

– Ричард мой внук, – просто сказал он.

Ее веки, вздрогнув, опустились.

– О добрые духи, простите меня. – Она прикрыла рот рукой, ее глаза открылись, брови сошлись на переносице. – Зедд… Мне очень жаль, что я рассказала тебе, что я видела. Прости меня. Если б я знала, я никогда бы тебе не рассказала. – Ее руки задрожали. – Прости меня. Ох, пожалуйста, прости меня.

– Правда есть правда. Я не из тех, кто захлопнул бы дверь перед тобой за то, что ты видела это. Джебра, я волшебник, я уже знаю об угрожающей ему опасности. Именно поэтому я прошу тебя о помощи. Завеса, отделяющая подземный мир, разорвана. Существо, которое ранило тебя, проскользнуло в мир живущих сквозь разрыв. Если завеса прорвется достаточно, Владетель освободится. Ричард сделал одну вещь, которая, согласно пророчествам, отмечает его как, возможно, единственного, кто способен восстановить завесу.

Он поднял кошелек с золотом и медленно положил ей на колени, ее глаза следили за его движением. Зедд отдернул пустую руку. Ее взгляд остановился на кошельке, как если бы это был страшный зверь, который может укусить.

– Это, должно быть, очень опасно? – спросила она наконец слабым голосом.

Зедд улыбнулся, когда она подняла глаза.

– Не опаснее, чем отправиться на послеобеденную прогулку по дворцу, защищенному крепостными стенами.

Невольно вздрогнув, она схватилась за живот там, где была рана. Ее глаза блуждали по огромному роскошному залу, словно в поисках пути к отступлению или в ожидании нападения. Не глядя на него, она сказала:

– Моя бабушка была Провидицей и моей единственной наставницей. Она сказала мне однажды, что видения могут испортить мне всю жизнь и нет ничего, что позволит мне остановить их. Она сказала, что, если когда-нибудь мне выпадет возможность использовать видения во благо, не упустить свой шанс, это сделает мое бремя чуть полегче. Это был день, когда она вложила Камень мне в руки.

Джебра подняла кошелек и положила его Зедду на колени.

– Я не сделаю этого за все золото Д'Хары. Но я сделаю это ради вас.

Зедд улыбнулся и потрепал ее по щеке.

– Спасибо, дитя. – Он положил золото ей на колени, монеты негромко зазвенели. – Это тебе понадобится. У тебя будут расходы. Что останется – твое. Я хочу, чтоб было так.

Она покорно кивнула.

– Что я должна делать?

– Ну, во-первых, нам обоим необходимо как следует выспаться. Тебе нужно несколько дней отдохнуть, чтобы восстановить силы. А потом вам предстоит совершить несколько поездок, леди Бевинвье. – Он улыбнулся, глядя, как она вскинула бровь. – Мы оба сейчас слишком устали. Завтра, когда я отдохну, я должен заняться очень важным делом. Перед отъездом я зайду к тебе, и мы поговорим об этом. Но, начиная с этой минуты, я попрошу тебя не носить Камень так, чтобы он был виден. Открыто провозглашать твои способности перед глазами тьмы? Это до добра не доведет.

– Значит, мой новый хозяин тоже будет пользоваться моими услугами втайне? Не самое почетное занятие.

– Те, кто может распознать тебя сейчас, не просто сражаются ради золота. Они служат Владетелю. Они хотят получить еще больше золота. Если они раскроют тебя, ты пожалеешь, что я спас тебя сегодня.

Она вздрогнула и лишь затем кивнула.

librebook.me

Прохождение игры "Камень слез" / Tearstone Walkthrough

Для всех, кто столкнулся с трудностями при прохождении игры "Камень слез" предлагаю ознакомиться с этой статьей.

Глава 1.

Следуйте за обучающей программой. Поднимите НОЖ и пилу (A). Используйте НОЖ слева и возьмите КРУГЛУЮ РЕЗИНКУ. Используйте пилу на ветку сверху и возьмите ветку (С). Поместите ветку и КРУГЛУЮ РЕЗИНКУ в Волшебный Миксер в нижнем правом углу. Нажмите на кнопку Mix, чтобы получить РОГАТКУ (D). Используйте рогатку на человека возле двери (E). Пройдите в следующую сцену через дверь (F).

Вы не можете сесть в автомобиль без ключа. Возьмите плоскогубцы (G) и ПРОВОД (H) и поместите их в Волшебный Миксер. Вы получите отмычку. Использование отмычку на двери (J). Возьмите КОРМ ДЛЯ КОШЕК и прочитайте письмо слева (K). Нажмите на кнопку "Назад", чтобы вернуться к последней сцене.

Используйте КОРМ ДЛЯ КОШЕК на блюдце (L). Кошка отойдёт, возьмите ОТВЕРТКУ (M). Используйте ОТВЕРТКУ на дверь и возьмите КЛЮЧ (N). Вернитесь в сцену с автомобилем.

Используйте КЛЮЧ на автомобиль, чтобы закончить главу.

Глава 2.

Нажмите на человека (A). Соберите предметы на земле. КЛЮЧ, КАМЕННЫЙ ШАР и ПАЛИТРА отмечены красным. Пройдите в следующую сцену, позади дома (B).

Соберите ИНСЕКТИЦИД и МОЛОТОК. Откройте дверь в грузовик (С). Используйте камень (D) на правую сторону весов. Возьмите БАТАРЕЙКУ из-под весов. Войдите в дом через окно (F).

Поговорите с женщиной в комнате (G). Возьмите ХЛЕБ (зелёный). Используйте ИНСЕКТИЦИД на насекомых (красный). Поговорите с женщиной снова и она даст Вам компас. Возьмите КОМПАС (H). Поговорите с женщиной еще раз прежде, чем Вы покинете сцену. Нажмите, чтобы вернуться.

Используйте КОМПАС, чтобы поехать в следующую сцену.

Возьмите КАМЕННЫЙ ШАР и ЛОМ. Поговорите с человеком, стоящим перед Вами (J). Нажмите на голову статуи на заднем плане (K).

Возьмите ВЕНТИЛЯТОР. Вернитесь к женщине в комнате.

Отдайте вентилятор женщине (L) и возьмите ЖЕЛЕЗНЫЙ ШАР сзади, где она стояла.

Вернитесь в первую сцену. Поместите БАТАРЕЙКУ на радио (M). Вы можете теперь войти в дом справа (N).

В доме возьмите ТЕРКУ для СЫРА и ХОЛСТ (зелёный). Нажмите на корзину, чтобы начать мини-игру (P). Поместите ХЛЕБ и ТЕРКУ в Волшебный Миксер, чтобы сделать КРОШКИ. Поместите ХОЛСТ и ПАЛИТРУ в Волшебный Миксер, чтобы создать ПОДДЕЛКУ (O).

Нажмите на любой из драгоценных камней, чтобы увидеть цвет и затем на другой, чтобы найти пару. Смотрите на скриншот расположения цветов.

Возвратитесь в дом женщины и поместите ПОДДЕЛКУ на картину (Q). Это начнёт следующую мини-игру.

Найдите 10 различий между двумя картинами. Смотрите скриншот для решения.

Возвратитесь к человеку на дороге. Нажмите на область справа ( R).

Используйте молоток на стену (S). Олень покинет сцену и Вы сможете взять ЖЕЛЕЗНЫЙ ШАР в углу. Используйте ЛОМ на украшение, чтобы повернуть его (T). Выйдите из этой области в предыдущую сцену.

Нажмите на цветочную корзину на дереве, чтобы начать мини-игру (U). Разместите все круги в правильные положения. Смотрите скриншот для решения. Поговорите с человеком снова (V). Возьмите ЛУПУ на дороге.

Вернитесь в первую сцену и используйте ЛУПУ на доску на заднем плане.

Возьмите ЖЕЛЕЗНЫЙ ШАР и дайте ХЛЕБНЫЕ КРОШКИ кузнечику. Кузнечик даст Вам ВОЛШЕБНУЮ БУТЫЛКУ.

Вернитесь на дорогу снова и заполните ВОЛШЕБНУЮ БУТЫЛКУ водой из цветочной корзины (Y). Нажмите на голову каменной статуи (Z).

Используйте ВОЛШЕБНУЮ воду на статую. Поместите железные шары из Вашего инвентаря в отверстия в правильном порядке. Смотрите на скриншот для решения.

Глава 3.

Возьмите НОЖ и КРАСНЫЙ КУБ (красный). Пройдите вдоль стены (A).

Возьмите КРАСНЫЙ КУБ около ствола дерева. Используйте НОЖ на МЕШОК и возьмите ХРУСТАЛЬНЫЙ ШАР (B). Пройдите по тропе мимо дерева в бассейн (С).

Возьмите ПЧЕЛУ и другой КРАСНЫЙ КУБ и затем вернитесь в первую сцену.

Снимите ФОНАРЬ слева. Нажмите на колонну справа, чтобы пройти к хижине гадалки (красный).

Возьмите КРАСНЫЙ КУБ внизу экрана. Войдите в хижину гадалки.

Поговорите с гадалкой и дайте ей ХРУСТАЛЬНЫЙ ШАР (D). Возьмите РЕЦЕПТ с её стола (E). Поговорите с гадалкой снова, чтобы узнать, что она ищет свою кошку. Выйдите из хижины.

Нажмите на область (красный), чтобы войти на станцию.

Найдите все предметы в области (красный). Один предмет отсутствует. Покиньте область, чтобы найти его.

Используйте ФОНАРЬ справа от хижины, чтобы войти в новую область.

Есть четыре выемки в области, с которой Вы ничего еще не можете сделать. Используйте ВОЛШЕБНУЮ БУТЫЛКУ на сухих цветах справа (G). Возьмите ЦВЕТЫ. Поместите ПЧЕЛУ и цветы в Волшебный Миксер, чтобы получить мёд (H).

Вернитесь на станцию и аоместите мёд в миску в середине экрана. Возьмите ВОЛШЕБНЫЙ ЭЛИКСИР.

Пройдите в бассейн мимо дерева. Используйте ВОЛШЕБНЫЙ ЭЛИКСИР на бассейн, чтобы войти в него.

Возьмите ракушку, РЫБУ и КРАСНЫЙ КУБ. Поместите ракушку и НОЖ в Волшебный Миксер, чтобы получить ЖЕМЧУГ. Нажмите на область (красный) (H).

Нажмите на одну часть загадки и затем другую, чтобы переставить их местами. Используйте края красных квадратов и круга, чтобы закончить загадку. Смотрите на скриншот для решения.

Вернитесь к вершине бассейна и поместите РЫБУ на кустарник справа. Возьмите ЧЕРНУЮ КОШКУ.

Вернитесь к гадалке и отдайте ей ЧЕРНУЮ КОШКУ (I). Она даст Вам последний КРАСНЫЙ КУБ (J). Возьмите куб и нажмите на загадку справа от хижины.

Поместите ЖЕМЧУГ и кубы в правильные места. ЖЕМЧУГ входит в верхний правый угол, кубы входят так же, как на загадке, которую Вы только решили: 1 вверх справа, 3 вниз слева и 2 вниз справа.

Вернитесь в первую сцену и используйте ФОНАРЬ на скелет (K). Соберите ЧАСТЬ ЗАГАДКИ.

Пройдите мимо дерева в бассейн. Нажмите на доску (зелёный).

Переместите части загадки в правильняе положения. Смотрите на скриншот для решения.

Возьмите РЫЧАГ и вернитесь в сцену к дереву. Поместите РЫЧАГ на сторону дерева и потяните его.

Глава 4.

Поговорите с гномом за столом (A). Поднимите МОНЕТУ слева. Выйдите из комнаты на задний двор (B).

Возьмите МОНЕТУ справа (С). Используйте МОНЕТУ на фонтан (D). Соберите КОМПЛЕКТ ИНСТРУМЕНТОВ у фонтана (E). Вернитесь в первую комнату.

Отдайте КОМПЛЕКТ ИНСТРУМЕНТОВ гному у пульта управления (F). Возьмите ПРОЕКТ с его места после того, как он уйдёт. Нажмите на мониторы (G).

Поместите предохранители (зелёный) на щит внизу экрана. Вы пытаетесь включить видео экраны и красную кнопку. Видео экран слева покажет изображение. Смотрите на скриншот для решения. Нажмите на большую красную кнопку, чтобы переместить положение охраны (H).

Пройдите в сцену с фонтаном и поднимитесь вверх по лестнице справа.

Обратите внимание на номер комнаты: 223. Возьмите КЛЮЧ справа и используйте его на клетку для птиц. Возьмите ПОПУГАЯ, СОВОК и МОНЕТУ. Вернитесь в предыдущую сцену.

Поместите монеты в фонтан. Возьмите ПАУКА и яйцо. Вернитесь еще на одну сцену.

Используйте ПОПУГАЯ на телефон около двери. Возьмите ЛЕЗВИЕ слева от попугая. Поднимите трубку и введите номер 223 (I).

Вернитесь в сцену с фонтаном и поднимитесь вверх по лестнице справа.

Возьмите пару. Используйте ЛЕЗВИЕ на плакат и возьмите СЕМЯ (J). Используйте СОВОК на участок земли снизу (K) и возьмите МОНЕТУ и землю. Объедините землю и СЕМЯ в Волшебном Миксере, чтобы получить растение (L).

Вернитесь к фонтану и поместите в него последнюю МОНЕТУ. Вернитесь в первую сцену и нажмите на стол с мониторами. Нажмите на сигнальную кнопку снова, чтобы переместить охрану.

Пройдите снова в комнату 223, справа от фонтана. Нажмите на живопись на стене. Добавьте ГРУШУ, ЯЙЦА, пластинку и ПАУКА на правильные местоположения на изображении. Вы получите КАРТУ ПРОХОДА.

Вернитесь к фонтану и используйте КАРТУ ПРОХОДА на отверстие рядом с дверью (M). Нажмите на все огни, чтобы соответствовать образцу на карте, пока свет не станет зеленым. Выйдите из замка и пройдите в дверь.

Поместите растение в горшок с землёй (N) и используйте ВОЛШЕБНУЮ БУТЫЛКУ на растение (O). Нажмите на кнопку сверху (P).

Цель этой мини-игры состоит в том, чтобы заполнить все места только доступными частями. Есть число около каждого типа части, которое говорит Вам, сколько из того типа Вы имеете в запасе. Смотрите на скриншот для решения. Вернитесь в предыдущую сцену и войдите в лифт.

Глава 5.

Соберите ЗЕЛЕНЫЙ и СИНИЙ ШАРЫ. Пройдите к дому.

Соберите ЦВЕТНЫЕ ШАРЫ и 2 МОНЕТЫ. Пройдите вперед снова.

Соберите ЦВЕТНЫЕ ШАРЫ вокруг дирижабля. Соберите ГРЕЦКИЙ ОРЕХ на ветке справа. Вернитесь в первую сцену.

Поместите ГРЕЦКИЙ ОРЕХ справа от белки на дереве. Войдите в дупло дерева.

Используйте ВОЛШЕБНУЮ БУТЫЛКУ на корону в середине (A). Соберите ДВА КРАСНЫХ ШАРА в короне и 2 МОНЕТЫ слева. Возьмите иголки. Вернитесь в дом.

Нажмите на дверь дома.

Решите мини-игру, введя правильную комбинацию. У каждой буквы есть образец кнопок вокруг. Нажмите на кнопки, которые рядом с буквой 'O' и нажмите на дверной молоточек в середине двери. Сделайте это еще три раза с буквами 'P', 'E' и 'N' и дверь откроется. Смотрите на скриншот для решения. Войдите в дом.

Поговорите с женщиной (B). Соберите КРАСНЫЙ и СИНИЙ ШАР и НОЖНИЦЫ. Используйте СПИСОК (С) на коробку в углу кровати. Нажмите на шкатулку для драгоценностей.

Соберите все предметы по списку (зелёный). Вы получите ЧАСТЬ машины в инвентарь. Вы пока не можете взять шарф. Покиньте сцену и пройдите в первое местоположение.

Используйте ножницы на овец (D) и соберите ШЕРСТЬ (E). Объедините ШЕРСТЬ и ножницы в Волшебном Миксере, чтобы получить ШАРФ (F). Вернитесь к шкатулке для драгоценностей.

Используйте веревку на КОРОБКУ и возьмите её. Возьмите СИМВОЛ под КОРОБКОЙ.

Отдайте КОРОБКУ женщине и возьмите КЛЮЧ от нее (G).

Выйдите из дома и используйте КЛЮЧ на шкаф (H). Нажмите на шкаф, чтобы осмотреть его.

Переместите части машины в правильные положения. Сотрите на скриншот для решения.

Выйдите из шкафа и пройдите к дирижаблю. Используйте СИМВОЛ на телескоп и посмотрите в него (I).

Нажмите на одну секцию и затем на другую, чтобы переставить их местами. Смотрите на скриншот для решения. Вы получите код EW 5263.

Вернитесь к шкафу и разместите все цветные шары в соответствующие отверстия. Смотрите на скриншот для решения. Возьмите канистру БИОТОПЛИВА.

Пройдите к дирижаблю и используйте БИОТОПЛИВО на трубу на боку судна (J). Осмотрите загадку наверху судна (K).

В этой загадке две части, Вы должны заполнить правильные числа, чтобы решить ее. Есть кнопка № 2, поместите 2 МОНЕТЫ в правильные отверстия. Введите код, который вы видели в телескоп 5263. Правильный код для нижних чисел должен быть соединён проводами от вершины до нижней части экрана. Смотрите на скриншот для решения.

Глава 6.

Соберите гвозди и выйдите из сцены направо.

Поговорите с Виолончелистом и затем вернитесь в первую сцену (A). Пройдите налево мимо дирижабля (B).

Соберите ИГРУШКУ ДЛЯ СОБАКИ рядом с колодцем.

Вернитесь к виолончелисту и отдайте ему ИГРУШКУ ДЛЯ СОБАКИ (С). Возьмите СТРЕЛКИ от ЧАСОВ, которые он дает Вам. Вернитесь в сцену слева от колодца и пройдите вперед.

Поговорите с человеком перед статуей (D). Он попросит, чтобы Вы нашли его корону.

Вернитесь в предыдущую сцену и нажмите на коробку в стене (E). Восстановите изображение. Смотрите на скриншот для решения.

Вернитесь к статуе и осмотрите основу статуи (F).

Найдите все части статуи (красный). Вы получите МЕШОК частей.

Нажмите сверху статуи (G) и поместите все части из МЕШКА в правильные места. Смотрите на скриншот для решения (H). Поговорите с человеком снова (I) и войдите в дверь слева (J).

Поговорите с женщиной в доме (K) и поместите сыр к мышиной норе (L). Возьмите МОЛОТОК (M). Используйте МОЛОТОК на бочку, возьмите зажигалку (N). Используйте зажигалку на СВЕЧУ (O) и затем проткните воздушный шар ИГЛОЙ, которая лежит возле свечи (P). Вы получите КЛЮЧ. Прочтите газету с информацией об истории (зелёный).

Возьмите КЛЮЧ от двери около виолончелиста и используйте его (Q). Вы войдете в темную подземную комнату.

Возьмите букву "O" слева. Используйте зажигалку на фонарь ( R). Поверните два колеса и выставьте время на 4:45, как было показано на плакате (S). Циферблат часов перевёрнут, поэтому время будет выглядеть, как 7:15. Смотрите на скриншот для решения.

Выйдите из этой сцены и вернозвратитесь в первое местоположение. Пройдите к церкви (T).

Поговорите с монахом (U) и Вы получите СПИСОК (V). Нажмите на старый шкаф у стены (W). Нажмите на кнопки в правильном порядке, чтобы открыть шкаф. У каждого квадрата есть число, которое соответствует порядку нажатия. Смотрите на скриншот для решения. Возьмите O и часть звонка из стола.

Поднимитесь вверх по лестнице на чердак. Возьмите кирку. Используйте СПИСОК на кучу мусора в левом углу.

Первая часть этой мини-игры - собрать все соответствующие предметы, как например письмо и печать. Затем, найдите все серебряные части распятия (красный). Затем, найдите все красные драгоценные камни (зелёный). Используйте зажигалку в углу бумаги наверху.

Поговорите с монахом, чтобы отдать ему распятие (X). Возьмите букву "О" наверху слева.

Вернитесь в сцену к виолончелисту и используйте кирку 3 раза на камень. Возьмите ЧАСТЬ ЗВОНКА.

Пройдите к колодцу и используйте кирку на камень, покрывающий колодец. Пройдите снова.

Соберите доски на земле (красный). Объедините доски и гвозди, чтобы сделать ЛЕСТНИЦУ (Y). Используйте ЛЕСТНИЦУ вершину колодца (Z).

Замените все буквы "О" во фразе "OPEN THE BOX". Используйте ВОЛШЕБНУЮ БУТЫЛКУ на старый камень в коробке. Возьмите ЧАСТЬ ЗВОНКА.

Вернитесь на поверхность и пройдите к статуе. Используйте кирку на бочки в углу. Возьмите последнюю ЧАСТЬ ЗВОНКА.

Пройдите к церкви. Поместите все части колокола в правильные места в окне.

Глава 7.

Поговорите с монахом и затем пройдите направо (A).

Пройдите к замку.

Возьмите зеленую ТКАНЬ и пройдите в дверь (B).

Поговорите с королевой и пройдите вверх по лестнице налево.

Нажмите, чтобы поднять лом и используйте его на дверь в большой сундук (1). Используйте молоток (2), прикрепленный к нижней стороне крышки на очки справа (3). Используйте осколок стекла (4) на спинку стула (5). Используйте ключ на запертый сундук (6). Возьмите КОРОНУ изнутри.

Отдайте КОРОНУ королеве и она попросит, чтобы Вы нашли пропавшие драгоценности. Поднимитесь вверх по лестнице.

Нажмите на кровать для поиска предметов.

Найдите все драгоценности (зелёный). Используйте КОРОНУ на драгоценностях в верхнем правом углу, чтобы соединить их. Вернитесь к королеве и отдайте ей корону. Она даст Вам еще некоторую информацию.

Нажмите на кнопку "Назад", чтобы вернуться в предыдущую сцену. Нажмите на стрелку вниз справа от живописи, пока стрелка не встанет между короной и желтой звездой в живописи.

Вернитесь в первую сцену и пройдите налево к колодцу. Спуститесь в колодец.

Возьмите нож с крышки сундука.

Вернитесь в предыдущую сцену и пройдите к статуе. Нажмите на статую (С). Возьмите КЛЮЧ от ГАЛЕРЕИ (D) и используйте его на двери справа (E). Войдите в галерею.

Возьмите НОЖНИЦЫ (F). Нажмите на красный занавес, чтобы удалить его (G). Используйте ВОЛШЕБНУЮ БУТЫЛКУ на ВИННУЮ БУТЫЛКУ и возьмите её (H).

Вернитесь в первую сцену и пройдите направо. Используйте ножницы на кустарник и возьмите кружку.

Вернитесь в галерею и пометите кружку в воду. Возьмите ЩЕТКУ.

Идите в замок и войдите в комнату к королеве. Потяните рычаг справа (I). Вернитесь в предыдущую комнату и живопись откроется. Возьмите ЗВОНОК (J).

Пройдите в сцену с собакой и используйте ЗВОНОК на дверь (K). Войдите в комнату.

Поговорите с музыкантом и затем соберите все ноты в сцене (L). Осмотрите книгу на столе (M).

Перелистайте страницу и возьмите КИНЖАЛ. Возьмите ключ от ПОДВАЛА слева.

Войдите в церковь. Нажмите на шкаф у стены и возьмите КИНЖАЛ (N). Используйте ключ от подвала на дверь (O) и войдите в подвал.

Возьмите КИНЖАЛ со стены. Используйте ВИННУЮ БУТЫЛКУ на бокал (P). Поговорите с призраком (Q). Нажмите на область на столе, чтобы начать мини-игру ( R).

Нажмите на коробку слов наверху и попытайтесь поместить буквы в сетку, чтобы составить слова, показанные справа. Смотрите на скриншот для решения.

Поговорите с призраком и возьмите ТРОСТЬ. Отдайте ТРОСТЬ монаху и он даст Вам ЛУПУ (S). Пройдите налево.

Используйте ЛУПУ на области, на которую собака смотрит (T).

Используйте ВОЛШЕБНУЮ БУТЫЛКУ на кузнечика (U). Возьмите КЛЮЧ от ПАМЯТНИКА (V).

Вернитесь к церкви и осмотрите шкаф снова (W). Используйте кружку с водой и ТКАНЬ, чтобы очистить окраску. Это - ответ на следующую загадку.

Вернитесь в спальню замка и нажмите на кровать для поиска предметов. Возьмите ЗОЛОТОЙ слиток.

Вернитесь к колодцу и спуститесь внутрь. Объедините один НОЖ из своего инвентаря с ЗОЛОТЫМ слитком, чтобы сделать ЗОЛОТОЙ НОЖ. Поместите ножи в отверстия, чтобы сделать тот же самый образец, какой вы видели в церкви.

Нажмите на кнопку "Назад" и пройдите к статуе. Нажмите на руку статуи. Используйте ЩЕТКУ, чтобы очистить ключевое отверстие. Используйте КЛЮЧ на отверстие. Нажмите на кнопку с огнями выше, как показано на скриншоте. Нажмите на кнопку в середине, чтобы закончить главу.

Глава 8.

Поднимитесь вверх по лестнице.

Нажмите на символ (синий). Соберитесь все части лука (жёлтый) и затем нажмите на ЛУК, чтобы взять его. Соберите РАДИО-ШТЕПСЕЛЬ (красный). Поднимитесь вверх по лестнице.

Нажмите на символ в синем, чтобы искать части зерна. Соберите все части зерна (жёлтый) и затем нажмите, чтобы взять. Поднимите СВЕЧУ. Поднимитесь вверх по лестнице.

Поднимите СВЕЧУ в середине экрана. Соберите СОВОК слева. Нажмите на телевизор справа.

Возьмите КЛЮЧ сундука и поместите штепсель в отверстие. Установите символы на экране в правильные положения. Смотрите на скриншот для решения.

Вернитесь в первую сцену на нижней площадке лестницы. Пройдите к озеру.

Используйте СОВОК, чтобы раскопать берег 3 раза. Возьмите НОЖОВКУ. Используйте КЛЮЧ, чтобы открыть сундук. Возьмите СТРЕЛУ. Поднимите СВЕЧУ слева. Поговорите с Единорогом (A). Если единорог не появляется, выйдите из области и вернитесь. Объедините СОВОК и НОЖОВКУ, чтобы сделать ПАЛКУ.

Вернитесь в предыдущую сцену и пройдите к дому.

Используйте ножницы (B) на кустарник наверху экрана (С). Используйте ключ, чтобы открыть щит (D). Выберите 2-ой предохранитель сверху и 4-ый предохранитель снизу, чтобы включить электричество (E). Пройдите в дверь направо.

Поговорите с человеком в доме (F). Возьмите жезл у него (G). Возьмите бинт со стола (H).

Пройдите в главную комнату. Используйте солнце слева экрана на дверь (1). Используйте СТРЕЛУ на двери солнца (2). Используйте ЛУК (3) и ЗЕРНО (4) на два отверстия на двери. Пройдите в открытую дверь.

Возьмите СВЕЧУ и пройдите к воротам.

Нажмите на большой квадрат в основании и добавьте статую к вершине диаметров (J). Поместите свечи в открытые отверстия. Объедините ПАЛКУ и бинт, чтобы сделать ФАКЕЛ (I). Используйте ФАКЕЛ на огонь слева, чтобы зажечь его (K).

Вернитесь в первую сцену снова. Используйте жезл на красный фонарь и затем возьмите КРАСНЫЙ СВЕТ с земли.

Пройдите в ворота мимо двери солнца. Используйте жезл еще два раза, чтобы взять ЗЕЛЕНЫЙ и СИНИЙ СВЕТ. Пройдите в ворота.

Используйте ОСВЕЩЕННЫЙ ФАКЕЛ на все свечи. Используйте КРАСНЫЙ СВЕТ на две свечи справа, ЗЕЛЕНЫЙ СВЕТ на нижнюю левую и СИНИЙ СВЕТ на нижнюю правую свечу (L). Маленькие металлические формы появятся во всех отверстиях в статуе. Переместите металлические формы на квадрат в основании. Используйте скриншот для правильного решения загадки. Нажмите на загадку (M).

Вам дадут загадку, чтобы найти секретный предмет. Ответ на загадку - "anchor" (якорь). Найдите якорь в первой сцене (красный) и поместите его в квадрат под свечами в последней сцене игры.

ПОЗДРАВЛЯЕМ!!! Вы прошли игру!

journals-world.ru

Читать онлайн электронную книгу Второе правило волшебника, или Камень Слёз Stone of Tears - Глава 8 бесплатно и без регистрации!

Просыпаясь, она почувствовала рядом тепло его тела. Сквозь щели в стенах пробивались узкие лучи света. Кэлен села, протерла заспанные глаза и посмотрела на Ричарда.

Он лежал на спине, глядя в потолок. Его широкая грудь размеренно поднималась и опускалась. Кэлен улыбалась, всматриваясь в родное лицо. Ричард был так красив, что у нее защемило сердце.

Но внезапно она вздрогнула, осознав, что в этом лице кажется ей таким знакомым. Даркен Рал! Те же совершенные, без малейшего изъяна, черты. Только красота Даркена Рала была застывшей красотой статуи, а лицо Ричарда было немного грубее и оттого казалось живым.

Еще когда ведьма Шота приняла облик матери Ричарда, Кэлен заметила, что глаза и губы Ричард унаследовал от нее. Его лицо было бы точной копией лица Даркена Рала, если бы на него не наложились материнские черты. Но хотя волосы у Ричарда были не светлыми, а темными, а глаза – не голубыми, а серыми, взгляд его оставался таким же, как у Даркена Рала, – хищным и пронизывающим. Кэлен не сомневалась, что в Ричарде течет кровь Ралов, но ведь Даркен Рал из Д'Хары, а Ричард родился в Вестландии. Что же их может связывать? Поразмыслив, Кэлен решила, что это результат пересечения генеалогических ветвей где-то в далеком прошлом.

Ричард по-прежнему лежал, уставившись в потолок. Кэлен легонько потрясла его за плечо.

– Как твоя голова?

– Что? – Ричард резко вскочил и непонимающе огляделся. – Я спал… Что ты сказала?

Кэлен нахмурилась.

– Ты не спал.

– Да нет же, спал, и очень крепко.

Ее кольнуло нехорошее предчувствие.

– У тебя глаза были открыты, я сама видела. – Она не стала говорить о том, что с открытыми глазами спят только волшебники.

– В самом деле? – Ричард протер глаза. – А где эти листья?

– Вот. Все еще болит?

– Да, но уже меньше. – Он отправил в рот несколько листьев и пробежался пальцами по ее волосам. – По крайней мере я могу разговаривать. – Он улыбнулся. – И улыбаться, не опасаясь, что моя голова от улыбки расколется.

– Может быть, тебе лучше не ходить сегодня на стрельбище?

– Савидлин сказал, что я не имею права отказываться. Не могу же я его подвести. И кроме того, я хочу поглядеть, что за лук он мне сделал. Я даже не помню, когда в последний раз стрелял из лука.

Он еще немного пожевал листья, а потом они скатали одеяла и пошли искать Савидлина. Они нашли его дома. Сиддин увлеченно рассказывал отцу, как это здорово – летать на драконе. Савидлин с серьезным видом кивал. Он обожал всяческие истории и с одинаковым интересом мог слушать и малыша, и охотника, вернувшегося с охоты. Кэлен с удовольствием отметила, что Сиддин говорит только о том, что было на самом деле, и ничего не присочиняет. Потом Сиддин захотел узнать, нельзя ли им завести собственного дракончика. Савидлин объяснил сыну, что красный дракон не домашнее животное, а друг всего племени, и предложил Сиддину найти взамен рыжего цыпленка и играть с ним.

Везелэн готовила какую-то диковинную кашу с добавлением яиц. Она усадила гостей на шкуры, устилавшие пол, и вручила им глиняные миски и лепешки из тавы, которые полагалось использовать вместо ложек, макая их в кашу.

Ричард попросил Кэлен узнать, не найдется ли у Савидлина какого-нибудь сверла. Тот повернулся и вытащил из-под скамейки тонкую палочку из какого-то очень твердого дерева. Ричард смущенно оглядел палочку со всех сторон и, приложив ее к драконьему зубу, попробовал покрутить. Савидлин засмеялся:

–  Ты хочешь его просверлить?  – Ричард кивнул. – Дай сюда, я покажу тебе, как это делается.

Кончиком ножа Савидлин наметил в зубе отверстие, потом насыпал туда песка, приложил палочку и, зажав ее между ладонями, начал быстро вращать. Время от времени он останавливался, чтобы добавить еще песка, который, так же, как и ладони, смачивал слюной. На удивление быстро просверлив зуб насквозь, Савидлин подправил ножом противоположную сторону и с довольной улыбкой вернул его Ричарду. Поблагодарив, Ричард продел в отверстие тонкую полоску кожи и повесил зуб себе на шею, рядом с костяным свистком и эйджилом. Последний предмет в этой коллекции Кэлен совсем не нравился.

Выбирая кусочком лепешки остатки каши, Савидлин спросил:

–  Ну, как твоя голова? Прошла?

– Лучше, но все равно еще болит. Ниссел дала мне какие-то листья, и они помогают. Стыдно вспомнить, как вы вчера меня несли.

Савидлин расхохотался.

–  Однажды я был сильно ранен. – Он ткнул пальцем в кривой шрам у себя на боку. – И меня принесли домой женщины. – Он многозначительно поднял бровь. – Женщины!  – Везелэн бросила на него недовольный взгляд, но Савидлин сделал вид, что ничего не заметил. – Когда мои люди об этом узнали, они очень смеялись. – Он отправил в рот последний кусочек лепешки и, прожевав, добавил: – Но увидев женщин, которые меня несли, они перестали смеяться и захотели узнать, как получить такую рану, чтобы тебя отнесли домой женщины.

– Савидлин!  – с угрозой в голосе сказала Везелэн. – Если ты соскучился по ранам, я могу нанести тебе еще одну, не хуже первой!

– И как же тебе удалось ее получить? – спросил Ричард.

–  Без особого труда!  – Савидлин пожал плечами. – Я так и сказал своим людям: просто стоишь как пень, пока тебя не ударят копьем, и все дела.

– Это был враг?

Савидлин кивнул.

– Почему же он тебя не прикончил?

–  Потому что я послал в него десятишаговую стрелу. – Савидлин показал на свое горло. – Вот сюда.

– А что такое десятишаговая стрела?

Савидлин достал из колчана длинную стрелу с зазубренным наконечником.

–  Вот посмотри. Видишь темное пятно? Это яд. Десятишаговый яд. Если она попадет в тебя, ты успеешь сделать лишь десять шагов, а потом умрешь. – Савидлин опять рассмеялся. – Мои люди решили поискать другие способы заставить женщин таскать их на руках.

Везелэн наклонилась и буквально заткнула ему рот куском лепешки. Потом она повернулась к Кэлен:

–  Мужчины обожают рассказывать дурацкие истории. – Она лукаво улыбнулась.  – Но я сильно беспокоилась, пока он не поправился. А о том, что он поправился, я узнала, когда он пришел ко мне и сделал Сиддина. С тех пор я уже не беспокоилась.

Кэлен перевела автоматически, но, когда осознала смысл этих слов, почувствовала, что краснеет. Покосившись на Ричарда, она сделала вид, что поглощена едой, а про себя порадовалась, что хотя бы уши у нее прикрыты волосами.

Савидлин покровительственно похлопал Ричарда по плечу:

–  Скоро ты убедишься, что женщины тоже любят почесать языки.

Кэлен мучительно соображала, как бы половчее сменить тему, но в голову ничего не приходило. Выручил Савидлин: он выглянул за дверь и, вернувшись, сказал:

–  Скоро уже выходить.

– Откуда ты знаешь?

Савидлин пожал плечами.

–  Я здесь, вы здесь, другие люди тоже здесь. Когда здесь будут все, значит, пора выходить.

Он пошарил в углу и вытащил лук. Лук был длиннее, чем тот, которым обычно пользовался Савидлин. Под рост Ричарда. Савидлин с видимым усилием согнул его и приладил тетиву.

Ричард наблюдал за ним с довольной улыбкой. Он сказал, что никогда еще не видел такого отличного лука, и Савидлин, надувшись от гордости, протянул ему колчан, полный стрел.

Ричард для пробы несколько раз натянул тетиву.

– Как раз по мне. Как тебе удалось правильно подобрать натяжение?

Савидлин засмеялся и показал на свой подбородок:

– Я не забыл, с каким уважением ты приветствовал меня при первой встрече. Для меня этот лук туговат, подумал я, но тебе будет в самый раз. И не ошибся.

Кэлен наклонилась к Ричарду:

– Может, все-таки передумаешь? Как твоя голова?

– Ужасно. Но у меня есть эти листья, а они немного помогают. Я думаю, обойдется. И потом, я не хочу разочаровывать Савидлина.

Она положила руку ему на плечо.

– Может, мне тоже пойти с вами?

Ричард поцеловал ее в лоб.

– Не думаю, что мне понадобится переводчик, если я буду стрелять плохо. Не стоит давать Чандалену возможность унизить меня больше, чем он собирается.

– Но Зедд говорил мне, что ты неплохо стреляешь. По сути, он говорил, что ты стреляешь отлично.

Ричард взглянул на Савидлина, натягивающего тетиву на свой лук.

– Это было давно, и с тех пор я почти не стрелял. И потом, боюсь, он сказал так, чтобы ты меньше беспокоилась.

Ричард поцеловал Кэлен, и мужчины вышли на улицу. Кэлен стояла на пороге и смотрела им вслед. Чандален, увидев ее, сделал вид, что перебирает стрелы. Заметив это, Приндин и Тоссидин постарались спрятать улыбки.

Ричард огляделся. Его явно беспокоили те, кто шел позади. По сравнению с ним они казались карликами, но у каждого карлика имелся лук с отравленными стрелами, и далеко не все испытывали к Ричарду симпатию. Кэлен невольно поежилась.

Везелэн, стоящая рядом, словно прочла ее мысли.

–  Савидлин обещал проследить, чтобы с Ричардом ничего не случилось,  – сказала она. – Не тревожься, Чандален не станет делать глупостей.

– Вопрос только в том, что именно он считает глупостью.

Везелэн вытерла руки о подол и повернулась взглянуть, чем занят Сиддин. Тот ковырял пальцем землю, до крайности недовольный тем, что его оставили дома. Постояв над ним несколько мгновений, Везелэн легонько шлепнула сына тряпкой:

–  Беги играй. – Сиддин стрелой вылетел за дверь, а Везелэн повернулась к Кэлен. – Молодые не понимают, как прекрасна жизнь. – Она покачала головой.  – И как коротка.

–  Наверное, поэтому всем нам хочется вернуть молодость.

Везелэн кивнула:

–  Наверное. – Ее смуглое лицо осветилось прелестной улыбкой. – Так какой цвет ты предпочитаешь для свадебного платья?

Кэлен задумалась, улыбаясь своим мыслям:

–  Ричарду нравится синий.

– Прекрасно!  – воскликнула Везелэн. – У меня есть как раз то, что нужно. Я приберегала его для особого случая.

Везелэн ушла в маленькую спальню и вернулась с небольшим свертком. Присев рядом с Кэлен, она развернула его и положила ей на колени великолепный отрез глубокого синего цвета. По темному фону были рассыпаны голубые цветы. Кэлен подумала, что из него выйдет умопомрачительное платье. Она пропустила ткань между пальцев.

–  Какая прелесть! Откуда он у тебя?

– Выторговала у северян. – Она похлопала себя по голове. – Им понравились мои глиняные чашки, и я обменяла их на ткань.

Кэлен знала, сколько стоит такая ткань. Везелэн пришлось отдать за нее гору посуды.

– Я не могу принять его, Везелэн. Ты заработала его тяжелым трудом. Он твой.

Везелэн критически оглядела голубую ткань:

–  Глупости! Вы научили нас делать крыши, которые не протекают. Вы спасли моего сына от призраков, а заодно избавили нас от этого старого дурня Тоффалара. Мой муж стал старейшиной, и он никогда не был так счастлив, как в тот день. Когда Сиддина похитили, вы отыскали его и привезли назад. Вы убили того, кто хотел поработить весь мир. Что по сравнению с этим жалкий клочок ткани? Я буду гордиться тем, что Мать-Исповедница Срединных Земель наденет на свадьбу платье, сшитое моими руками. Я знаю, у тебя множество изысканных нарядов и диковинных вещей, привезенных издалека, но что еще я могу подарить своей подруге? Не я делаю тебе одолжение. Одолжение делаешь мне ты.

Глаза Кэлен наполнились слезами.

–  Ты даже не представляешь, как я счастлива слышать твои слова, Везелэн. Быть Исповедницей – значит внушать людям ужас. Сколько я себя помню, люди боялись и избегали меня. Никто не относился ко мне как к женщине, никто даже не говорил со мной, как с женщиной. Только Ричард разглядел во мне меня. Ни одна хозяйка не приглашала меня в свой дом. Ни одна мать не разрешала мне подержать на руках ее ребенка. – Она вытерла слезы. – Это платье станет самым красивым и самым дорогим из всех, что у меня есть и будут. Я буду носить его с гордостью, потому что его сошьет мне подруга.

Везелэн, прищурившись, глянула на нее:

–  Когда твой мужчина увидит тебя в этом платье, ему сразу захочется сделать тебе ребеночка.

Кэлен засмеялась сквозь слезы. Она никогда не позволяла себе даже мечтать, что кто-то будет относиться к ней иначе, чем к Исповеднице.

Все утро они занимались шитьем. Везелэн радовалась тому, что она это платье сошьет, а Кэлен – тому, что будет его носить. В Эйдиндриле было множество искусных портних, но ни одна не смогла бы сравниться с Везелэн с ее костяными иглами.

Устав от работы, они перекусили лепешками из тавы и куриным бульоном. Везелэн сказала, что продолжит шитье вечером, и спросила, не хочет ли Кэлен заняться чем-нибудь еще. Кэлен ответила, что с удовольствием приготовила бы чего-нибудь.

Бывая в Племени Тины, Кэлен никогда не ела здесь мяса. Она знала, что люди Тины едят человечину, едят своих врагов, чтобы узнать их тайные мысли. Не желая никого оскорблять, она говорила, что не ест мяса вообще. Зная об этом, Везелэн предложила потушить овощи, и Кэлен с радостью согласилась, тем более что вчера Ричард отреагировал на мясо довольно странно.

Они нарезали таву и еще какие-то неизвестные Кэлен овощи, добавили перец, фасоль, орехи и, приправив все это зеленью и сушеными грибами, положили в большую кастрюлю. Везелэн подбросила в огонь поленьев и, сказав, что мужчины вряд ли вернутся до темноты, предложила сходить к большим печам на площади, поболтать с другими женщинами, а заодно испечь хлеб. Кэлен согласилась.

–  Мы будем обсуждать твою свадьбу,  – сказала Везелэн. – Свадьба – это такое событие, о котором всегда приятно поговорить. Особенно,  – она улыбнулась, – если рядом нет мужчин.

Кэлен с радостью обнаружила, что теперь молодые девушки уже не стесняются ее и охотно с ней разговаривают. Женщинам постарше не терпелось обсудить предстоящую свадьбу, а молодых интересовали далекие страны. Еще им хотелось знать, правда ли, что мужчины повинуются Матери-Исповеднице и исполняют ее приказы. Затаив дыхание, они слушали рассказы Кэлен о Совете и о том, как Мать-Исповедница защищает народы вроде их собственного от угрозы вторжения со стороны больших и сильных государств. Кэлен объяснила, что пользуется своей властью над людьми только в крайнем случае и в равной степени служит всем народам Срединных Земель. Когда ее спросили, приходилось ли ей командовать армиями во время битв, она сказала, что ее обязанности заключаются как раз в том, чтобы избежать битв. Наконец девушкам захотелось знать: много ли у Кэлен служанок и, естественно, платьев. Последний вопрос вогнал ее в краску, а более взрослые собеседницы заметно забеспокоились.

–  Самое красивое платье из всех, что у меня есть, это то, которое сошьет Везелэн,  – ответила Кэлен, – потому что она сделает это в знак дружбы, а не по приказу. Нет большего сокровища, чем дружба. Я бы согласилась отдать все, что у меня есть, и голодать, лишь бы иметь настоящего друга.

Этот ответ понравился всем – и старым, и молодым, и разговор, к удовольствию Кэлен, вновь переключился на предстоящую свадьбу.

День уже клонился к вечеру, когда в деревне поднялась суматоха, и Кэлен увидела Ричарда. Он широкими шагами направлялся к хижине Везелэн. Даже на расстоянии было видно, что он разъярен. За ним, стараясь его успокоить, бежали охотники.

Кэлен вытерла перепачканные в муке руки и поспешила навстречу. Она перехватила их почти у самого дома.

Справа от Ричарда шел Чандален, слева – Савидлин. По плечу Чандалена струилась кровь. Глаза у него были безумные.

Кэлен подбежала к Ричарду и дернула его за рукав. Он резко повернулся, но, увидев ее, слегка успокоился и отпустил рукоять меча.

– Ричард, что случилось?

Он бросил на Чандалена уничтожающий взгляд и вновь повернулся к ней.

– Мне надо, чтобы ты перевела. Случилось очередное небольшое «приключение», а я не в состоянии объяснить им, что к чему.

–  Я хочу знать, почему он пытался убить меня!  – перебил Чандален.

– О чем это он? Говорит, что ты пытался его убить.

– Убить? Я спас этому идиоту жизнь! И не спрашивай меня почему. Не надо было вмешиваться. В следующий раз и не стану. – Он провел рукой по волосам. – Проклятие, моя голова меня доконает.

–  Ты сделал это намеренно!  – продолжал Чандален, указывая на свое плечо. – Я видел, как ты стрелял. Это не могло быть случайностью!

Ричард воздел руки к небесам.

– Идиот! – Он в бешенстве уставился на Чандалена. – Да, ты видел, как я стрелял. Неужели ты думаешь, что, если бы я хотел тебя убить, ты бы сейчас возмущался? Конечно, я сделал это намеренно! Это был единственный способ тебя спасти! – Он раздвинул большой и указательный пальцы примерно на полдюйма. – Вот в какой промежуток я должен был попасть, видишь? Возьми я чуть выше или ниже, ты был бы мертв.

–  Что ты несешь?  – Чандален тоже был взбешен.

– Ричард, успокойся. – Кэлен взяла его за руку. – Лучше объясни, что случилось.

– Они не могли меня понять. Ни один. А я не мог им ничего втолковать. – Он растерянно поглядел на нее. – Я убил человека…

– Что?! Это был охотник?

– Нет! Убитый тут вообще ни при чем. Наоборот, они счастливы, что я его убил. Я спас Чандалену жизнь. Но они думают…

– Успокойся! – повторила она. – Объясни им, а я переведу.

Ричард потер лицо тыльной стороной ладони и на мгновение опустил глаза. Потом он поднял голову:

– Я буду говорить только один раз, Чандален. И если ты не поймешь, что я хочу сказать, мы с тобой встанем по разные стороны этого поля и начнем стрелять друг в друга. И учти: мне понадобится только одна стрела.

–  Объясняй,  – бросил Чандален, скрестив на груди мускулистые руки.

Ричард сделал глубокий вдох.

– Ты стоял далеко. Не знаю почему, я вдруг почувствовал, что он там, у тебя за спиной. Я повернулся сразу, но все, что я увидел, это… Вот. – Он схватил Кэлен за плечи и развернул лицом к Чандалену, а сам пригнулся за ее спиной. – Примерно так. Я видел только его макушку. И еще копье, которым он собирался тебя проткнуть. У меня был только один способ остановить его. Только один. Я не видел, как он стоит, видел только его макушку. Туда я и вынужден был стрелять. Чуть выше – и он отделался бы легкой царапиной, а ты бы умер. Чтобы убить его наверняка, я должен был пустить стрелу через твое плечо.

Он снова показал пальцами расстояние в полдюйма.

– Смотри, в какую щель надо было попасть. Чуть ниже, и стрела войдет тебе в кость. Чуть выше, и он уцелеет, а ты умрешь. По-моему, десяток швов – небольшая цена за жизнь.

–  Откуда мне знать, что ты говоришь правду?  – В голосе Чандалена уже было меньше уверенности, но лицо его оставалось по-прежнему злым.

Ричард проворчал что-то себе под нос. И вдруг его осенило. Он подскочил к одному из воинов и выхватил у него из рук холщовый мешок. Сунув туда руку, он вытащил из мешка человеческую голову и протянул Чандалену. Стрела пробила голову насквозь. Оперение торчало из середины лба, а острие выглядывало с другой стороны.

Кэлен отвернулась, зажав рот рукой, а Ричард встал за спиной Чандалена, держа отрубленную голову так, что древко стрелы легло прямо на рану.

– Смотри сам, – сказал Ричард, – если бы этот человек стоял во весь рост, то стрела, попавшая ему в лоб, не задела бы твоего плеча.

Охотники начали кивать и оживленно перешептываться. Чандален оглянулся и внимательно изучил положение стрелы. Но размышлял он недолго, а потом забрал у Ричарда голову и кинул обратно в мешок.

–  Меня зашивали не раз, зашьют и теперь. Это пустяки. Но учти: я тебе верю только на этот раз.

– Следующего раза тебе не пережить, – бросил Ричард вслед уходящим охотникам, но Кэлен переводить не стала.

– Зачем ему отрезали голову? – спросила она.

– Откуда мне знать? Это была не моя идея. И лучше не спрашивай, что они сделали с телом.

– Судя по твоим словам, ты очень рисковал. Далеко от тебя стоял Чандален?

– Никакого риска, можешь мне поверить, – устало ответил Ричард. – Не больше чем в сотне шагов.

– Ты можешь послать стрелу на сто шагов с такой точностью?

– Могу, – вздохнул он. – Могу даже на двести. И на триста. – Ричард посмотрел на свои измазанные в крови руки. – Мне надо умыться, Кэлен. По-моему, моя голова сейчас разлетится на куски. Я едва стою на ногах. Пожалуйста, приведи Ниссел.

– Хорошо. Иди в дом, а я сбегаю за ней.

– Савидлин, наверное, тоже на меня сердится. Передай ему мои извинения. Я испортил все его стрелы.

Ричард вошел в дом и закрыл за собой дверь. Кэлен проводила его обеспокоенным взглядом. Савидлину явно не терпелось с ней поговорить, и Кэлен взяла его под руку.

–  Ричарду нужна целительница. Пойдем со мной, и по дороге ты расскажешь мне, что случилось.

Савидлин с опаской оглянулся на дверь и, когда они отошли на порядочное расстояние, сказал:

–  Ричард-с-Характером очень подходящее имя для твоего друга.

– Он сильно расстроился из-за того, что убил человека. Ему будет нелегко с этим жить.

– То, что он тебе рассказал, – это не все.

– Тогда расскажи ты.

Он выразительно посмотрел на нее:

– Мы  стреляли. Чандален был вне себя, потому что Ричард ни разу не промахнулся. Он называл Ричарда демоном, а потом отошел в сторону и остановился в густой траве. Мы стояли с другой стороны поля и смотрели, как Ричард стреляет. Мы никогда не видели, чтобы человек стрелял с такой точностью. Он наложил очередную стрелу и вдруг внезапно развернулся к Чандалену. Мы и глазом моргнуть не успели, как он выстрелил. А Чандален был безоружен, понимаешь? Сначала мы даже не поверили своим глазам. Но двое воинов Чандалена тоже держали луки наготове. Один из них пустил в Ричарда десятишаговую стрелу еще до того, как его собственная долетела до Чандалена.

– Он выстрелил в Ричарда и промахнулся?  – недоверчиво перебила его Кэлен. – Воин Чандалена промахнуться не может.

– Он и не должен был промахнуться,  – низким дрожащим голосом сказал Савидлин. – Но Ричард успел повернуться, выхватить из колчана последнюю стрелу и тоже выстрелить. В жизни не видел, чтобы человек двигался с такой скоростью. – Он говорил торопливо, словно боялся, что ему не поверят. – Стрела Ричарда столкнулась в воздухе с другой стрелой и расщепила ее надвое. Половинки пролетели по разные стороны от Ричарда.

–  Ты хочешь сказать, что Ричард попал в летящую стрелу?  – переспросила Кэлен.

Савидлин кивнул.

–  Но второй воин выстрелил тоже, а больше стрел у Ричарда не было. Он стоял, опустив лук, и ждал. Это тоже была десятишаговая стрела. Я слышал, как она свистнула на лету. – Он опасливо огляделся и продолжал: – Ричард выхватил ее прямо из воздуха! Он положил ее на свой лук и направил на людей Чандалена. Он что-то кричал им. Мы не поняли ни слова, но побросали луки и вытянули перед собой пустые руки. Мы думали, что Ричард-с-Характером обезумел и сейчас перебьет нас всех. Мы очень испугались. Но тут Приндин закричал, что позади Чандалена валяется мертвый. Тогда мы сообразили, что Ричард-с-Характером убил нарушителя наших границ, вооруженного копьем. Стало ясно, что Ричард хотел убить его, а вовсе не Чандалена. Но Чандален не успокоился. Он думал, что Ричард ранил его нарочно. А когда его люди продемонстрировали Ричарду свое уважение, он просто взбесился от ярости.

Кэлен не верила своим ушам. То, о чем рассказал Савидлин, было выше человеческих возможностей.

–  Ричард хотел извиниться перед тобой за испорченные стрелы,  – сказала она. – Что он имел в виду?

– Ты знаешь, что такое выстрел в древко?

Кэлен кивнула:

– Это  когда стрела попадает в древко предыдущей, которая уже в мишени. В Эйдиндриле тому, кто может так сделать, дается специальная ленточка. Я видела людей, у которых таких лент было не меньше полудюжины. И знаю одного, у кого их было десять.

Савидлин протянул ей свой колчан. Каждая стрела была расщеплена надвое.

–  Ричарду-с-Характером надо давать ленточку, когда он промахивается. Но, боюсь, тогда у него не будет ни одной. Хорошую стрелу сделать нелегко, а сегодня он испортил не меньше сотни. Но люди все равно просили его стрелять снова и снова, потому что никогда такого не видели. Один раз он вогнал одна в другую шесть стрел подряд! Потом мы настреляли кроликов и зажарили их на костре. Ричард сидел с нами, но есть отказался. Он выглядел нездоровым и сказал, что хочет поупражняться в стрельбе в одиночестве, пока мы едим. И вот потом, когда мы поели, он убил этого человека.

Кэлен кивнула:

–  Надо поскорее привести Ниссел. – Она шла, опустив глаза, и вдруг спросила: – Савидлин, а зачем понадобилось отрезать ему голову? Это же отвратительно!

– А ты заметила, что его веки выкрашены черным? Это делается для того, чтобы обмануть наших духов и проскользнуть незамеченным. Человек с черной краской на веках мог прийти на наши земли только с одной целью: убивать. Чандален и его люди вывешивают головы таких людей на высоких шестах, отмечающих наши границы. Это предупреждение тем, кто захочет прийти к нам с черной краской на веках. Тебе это может показаться отвратительным, но в конечном счете это помогает избежать убийств. Не думай плохо о воинах Чандалена из-за того, что они отрезают головы своим врагам. Они делают это сегодня не потому, что это им нравится, а чтобы меньше крови пролилось завтра.

Кэлен устыдилась:

–  Поторопившись с обвинением, я уподобилась Чандалену. Прости меня, старейшина Савидлин, за то, что я позволила себе дурно подумать о твоем народе.

Не говоря ни слова, Савидлин дружески похлопал ее по плечу.

Вернувшись с целительницей, они увидели, что Ричард забился в угол и обеими руками держится за голову. Его бил озноб, а кожа была влажной и бледной. Ниссел незамедлительно дала ему выпить какой-то микстуры, а немного погодя велела проглотить какую-то таблетку кубической формы. Увидев таблетку, Ричард улыбнулся. Должно быть, он знал, что это такое. Потом Ниссел присела рядом и долго следила за его пульсом. Когда к нему вернулся нормальный цвет лица, она велела ему запрокинуть голову и открыть рот. Он послушался, и Ниссел выжала ему в рот сок какого-то растения. Ричард поморщился, а старуха, улыбнувшись, повернулась к Кэлен.

–  Теперь ему станет легче. И пусть продолжает жевать листья. В случае чего снова зовите меня.

– Ниссел, скажи, скоро ли он поправится? И поправится ли вообще?

– Духи не всегда бывают послушными,  – ответила Ниссел, глядя на Ричарда. – А этот, похоже, особенно упрям. – Заметив убитое выражение на лице Кэлен, она улыбнулась: – Не бойся, дитя. Я могу заставить повиноваться даже духа.

Кэлен кивнула. Целительница потрепала ее по плечу и ушла. Ричард взглянул на Савидлина и Кэлен.

– Ты сказала ему насчет стрел?

Кэлен улыбнулась краешком губ:

–  Он беспокоится, что испортил тебе много стрел.

– Я сам виноват,  – усмехнулся старейшина. – Слишком хороший лук ему сделал. – Ричард выжал из себя улыбку, а Савидлин добавил: – Везелэн печет хлеб, а мне нужно отлучиться по делам. Постарайтесь как следует отдохнуть. Мы вернемся к вечеру и поужинаем вместе. Судя по запаху, моя жена приготовила что-то очень вкусное.

Когда Савидлин вышел, Кэлен села рядом с Ричардом на пол.

– Ричард, так что все-таки произошло? Савидлин рассказывал мне о твоих подвигах. По-моему, раньше ты так хорошо не стрелял?

Он вытер со лба пот.

– Нет. Мне приходилось в свое время расщеплять стрелы, но не больше, чем полдюжины в один день.

– А стрелял ты в тот день много?

Он кивнул:

– Да. Это был удачный день, и я хорошо чувствовал мишень. Но сегодня все было иначе.

– Как?

– Ну, когда мы пришли на стрельбище, голова у меня болела дико. Охотники связали мишень из травы и начали стрелять. Честно говоря, я не надеялся попасть хотя бы раз, потому что голова очень сильно болела, но не хотелось разочаровывать Савидлина. Поэтому я решил попробовать другой способ. Я взял лук и постарался призвать мишень.

– Что значит «призвать мишень»?

– Трудно объяснить. – Ричард пожал плечами. – Раньше я думал, что все стрелки так делают, но Зедд сказал, что это не так. Я смотрю на мишень и стараюсь как бы притянуть ее к себе. Если удается настроиться верно, окружающее исчезает, и в мире остаются только две вещи: я и мишень. И тогда она действительно придвигается ближе. В таких случаях я точно знаю, куда ударит стрела и когда надо спустить тетиву. С тех пор, как я обнаружил в себе это умение, я стараюсь как можно чаще его использовать. То есть добиться нужного ощущения и не стрелять, если оно отсутствует. Когда настрой верный, промахнуться невозможно.

– Но ты сказал, что сегодня все было иначе?

– Верно. Голова у меня сильно болела. Я стоял и смотрел, как стреляют другие охотники. Они великолепные стрелки! Потом Савидлин хлопнул меня по спине, и я понял, что теперь моя очередь. Меня мутило от боли, но я все равно взял лук и призвал мишень. – Ричард озадаченно почесал затылок. – Не знаю, как объяснить то, что случилось потом. Я призвал мишень, и боль исчезла. Сразу и без следа. А мишень придвинулась так близко, как еще никогда не приближалась. Казалось, будто в воздухе просверлена дорожка, ведущая прямо в центр мишени, и от меня требуется только приложить стрелу к ее началу. Никогда еще мое чувство цели не было таким сильным. Это все равно что мишень стала бы размером с дом. Я точно знал, что не промахнусь.

Потом, когда мне надоело расщеплять стрелы, я решил для разнообразия срезать наконечником следующей красное оперение предыдущей. Охотники подумали, что я начал промахиваться. Им и в голову не пришло, что можно придумать что-то более сложное, чем всаживать древко в древко.

– И пока ты стрелял, голова у тебя не болела? – Ричард кивнул. – А у тебя есть какие-нибудь предположения – почему?

Ричард подтянул колени к подбородку и обхватил их руками.

– Боюсь, что да. Это была магия.

– Магия? – прошептала Кэлен. – То есть как?

Он внимательно взглянул на нее:

– Не знаю, Кэлен, как ты ощущаешь свою магию внутри себя, но я тоже способен ее почувствовать. Всякий раз, когда я обнажаю Меч Истины, магия вспыхивает во мне, становится частью меня. Я знаю, на что она похожа. Я ощущал ее много раз и часто по-разному, в зависимости от того, для чего я ее использовал. Мой меч приносит мне радость, и для меня его магия – словно пес, сидящий у моих ног. Она всегда со мной, и теперь мне даже не нужно обнажать меч, чтобы вызвать ее в себе. И сегодня, когда я натягивал тетиву и призывал мишень, я чувствовал то же самое. Магию. Когда Зедд меня лечил или когда ты коснулась меня, охваченная Кон Дар, я чувствовал магию. Вот и на этот раз было то же самое. Я знаю, что это была магия. Она отличалась от магии Зедда или от твоей, но я узнал этот трепет, похожий на второе дыхание. Живое дыхание. – Ричард помолчал. – Магия была внутри меня, я просто высвободил ее, призвав мишень.

Кэлен кивнула. Состояние, которое описывал Ричард, было ей хорошо знакомо.

– А может быть, это что-то, связанное с мечом?

– Не знаю, – покачал головой Ричард, – но сомневаюсь. Я не мог управлять ею. А потом это внезапно ушло, словно свечу задуло. Ощущение наступившей тьмы, понимаешь? И голова опять заболела. Я перестал чувствовать мишень, не говоря уж о том, чтобы призвать ее. Магия то появлялась, то исчезала, и я не мог сказать, когда это случится в следующий раз. А когда охотники стали есть мясо, я почувствовал дурноту и решил отойти подальше. Пока они ели, я стрелял, и, если мне удавалось ощутить магию, голова переставала болеть.

– А как ты поймал стрелу в воздухе?

Ричард печально посмотрел на нее:

– Савидлин и об этом тебе рассказал? – Кэлен кивнула. – Это было удивительнее всего, – сказал Ричард, вздыхая. – Не знаю, как это объяснить, но я просто сделал воздух плотнее.

– Сделал воздух плотнее?

Ричард кивнул:

– Нужно было замедлить полет стрелы, и все, что я мог придумать, – это уплотнить воздух. Нечто похожее иногда происходит с Мечом Истины – воздух как будто застывает и не дает нанести удар. Не спрашивай меня, как я это сделал. Мне просто пришла в голову такая мысль, а в следующее мгновение стрела была уже у меня в руке.

Он замолчал. Кэлен уставилась в пол, не зная, что на это сказать. Когда она подняла голову, Ричард глядел в пространство.

– Я люблю тебя, – прошептала она.

– Я тоже тебя люблю. – Он резко повернулся к ней. – Кэлен, я боюсь.

– Чего?

– Скрийлинг. Головная боль. Твоя молния. Сегодняшнее состязание. Все это признаки грядущей беды, и все они связаны с магией. Я думаю, нам надо поспешить в Эйдиндрил и найти Зедда.

Кэлен не считала, что он непременно ошибается, но существовало и другое объяснение.

– Молния – часть моей магии. Ты не имеешь к ней никакого отношения, за исключением того, что я хотела тебя защитить. Скрийлинг, мне представляется, пришел из подземного мира. Вряд ли он как-то связан с нами. Просто злобная тварь. Ну а сегодняшние события… Они скорее всего обусловлены магией меча. Конечно, с уверенностью сказать не могу, но…

– А головные боли?

– Не знаю.

– Кэлен, эти боли меня убьют. Не знаю почему, но мне это известно точно. Это не просто болезнь. Это что-то большее, хотя я не знаю что.

– Ричард, пожалуйста, не говори так. Ты пугаешь меня.

– Я и сам боюсь. Не исключено, что еще и из-за этого я взъелся на Чандалена. Я боюсь, что он прав, и за мной по пятам действительно следуют несчастья.

– Что ж, значит, надо подумать об отъезде в Эйдиндрил.

– А как быть с моей головой? Большую часть времени я не в состоянии даже стоять. Нельзя же каждые пять минут останавливаться и стрелять из лука.

Кэлен проглотила комок в горле.

– Может быть, Ниссел что-нибудь посоветует?

– Она в состоянии лишь ненадолго облегчить боль, – покачал головой Ричард. – А скоро, мне кажется, она не сможет даже этого. Боюсь, что я умру, Кэлен.

Она тихо заплакала. Ричард прислонился к стене, обнял ее и прижал к себе. Он хотел еще что-то сказать, но она зажала ему рот ладонью. Ей казалось, что мир рушится. Ричард молчал, давая ей выплакаться.

Теперь она понимала, что он был прав. Все происходящее связано с Ричардом. Он испытывает боль, он в опасности. Кэлен торопливо искала способ отвлечь его, успокоить.

– Послушай, Ричард Сайфер, если ты таким образом хочешь увильнуть от женитьбы…

– Кэлен, что ты… Клянусь, я…

Она улыбнулась и поцеловала его в щеку.

– Я знаю. Ричард, нам выпали тяжелые испытания, но мы справились с ними. Справимся и теперь. Должны справиться. И кстати, Везелэн уже дошивает мое свадебное платье.

– Правда? – Ричард положил в рот еще щепотку целебных листьев. – Не сомневаюсь, что в нем ты будешь еще красивее.

– А вот чтобы это узнать, тебе придется на мне жениться.

– Да, госпожа.

Вскоре вернулись Савидлин и Везелэн в сопровождении Сиддина. Сиддин сиял. Полет на драконе сделал его маленькой знаменитостью, и он весь день рассказывал приятелям о своих приключениях. Теперь он желал посидеть на коленях у Кэлен и поведать ей о своей популярности.

Кэлен с улыбкой выслушала его, а потом они приступили к ужину, состоящему из овощей и свежих лепешек. Ричард, как и Кэлен, не притронулся к сыру и вежливо отказался от копченого мяса, предложенного Савидлином.

Но прежде чем они успели закончить ужин, в дверях показался Птичий Человек. Лицо его было угрюмо. За его спиной стояли вооруженные охотники, и Кэлен не понравилось выражение их лиц.

Встав из-за стола, Ричард шагнул им навстречу:

– В чем дело? Что случилось?

Птичий Человек обвел всех пронзительным взглядом.

–  Три женщины, чужестранки, приехали верхом.

Кэлен не могла понять, почему три женщины вызвали такое беспокойство.

– Чего они хотят?..

–  Они плохо говорят по-нашему, но, насколько можно судить, им нужен Ричард. Ричард и его родители.

– Мои родители? Ты не ошибся?

–  По-моему, они пытались сказать именно это. Еще они говорили, чтобы ты не пытался бежать. Теперь, когда они приехали за тобой, бежать бесполезно. Они предупредили меня, чтобы я не вмешивался.

С недоброй улыбкой Ричард проверил, легко ли вынимается меч из ножен.

–  Где они?

– В  доме духов.

Кэлен поправила волосы.

–  Они назвали себя?

Серебристые волосы Птичьего Человека блеснули в лучах заходящего солнца.

– Да. Они называют себя «сестры Света».

Кэлен похолодела. Она хотела перевести эти слова, но не смогла открыть рот.

librebook.me

Слезы апачей камень

Слезы апачей — это разновидность вулканического стекла — обсидиана.

Основное месторождение находится в США. Лечебные свойства Так как камень слезы апачей является разновидностью вулканического стекла, считается, что он обладает и его целительными свойствами. Некоторые литотерапевты предполагают, что слезы апачей способны благотворно влиять на иммунную систему. Бытует мнение, что бусы и куло-ны, сделанные из этого камня, являются стимулирующим и профилактическим средством для деятельности выделительной и пищеварительной систем организма.

Слезы апачей влияют на крестцовую чакру. Магические свойства Эти волшебные камни попали на наш континент не так давно. Считается, что слезы апачей прекрасный матерная для изготовления оберегов, амулетов и талисманов. Жители Северной Америки верят, что оберег из этого минерала помогает человеку справиться с несчастьями.

Лечебные и магические свойства камня: Слезы апачей

Они считают, что владелец такого оберега никогда не прольет ни одной слезы. Диагностика Черный обсидиан в тонких краях просвечивает серым; мелкие осколки обсидиана - светлые и прозрачные. Характерны раковистый излом и острые режущие края обломков вулканического стекла.

Легенды Слезы аризонских апачей Среди аризонских индейцев ходила такая легенда о происхождении камня обсидиана. Однажды отряд бледнолицых напал на рассвете на лагерь апачей, застав индейцев врасплох.

Слезы апачей. Магические и лечебные свойства полудрагоценных камней и минералов

Индейцы, вооруженные только луками и ножами не могли противостоять хорошо вооруженным военным. Первыми же ружейными залпами была убита большая часть индейцев. Лишь нескольким удалось укрыться на вершине величественного утеса. Когда у индейцев закончились стрелы, они бросились вниз на камни, не желая попасть в плен к бледнолицым врагам.

Жены и сестры погибших воинов выплакали все глаза, горюя по своим мужьям и братьям. Слезы индейских женщин превратились в красивые камни, которые теперь можно порой найти на каменистых пустошах.

Слезы апачей - Общество Тайных Знаний

Магические свойства Развивает интуицию Обсидиан развивает интуицию, проницательность и способность к предвидению событий, оберегает владельца от дурного глаза, порчи, проклятия и другой магии, охраняет в дороге, восстанавливает душевное равновесие человека после несчастной любви, оберегает от измены. В некоторых странах обсидиан используют для изготовления магических шаров, с помощью которых узнают будущее. Они верят, что человеку, обладающему таким амулетом, уже никогда в своей жизни не придется плакать от обиды и горя.

Опубликовано: 20.01.2018 | Автор: Лилиана

Рейтинг статьи: 5

Всего 6 комментариев.

14.02.2018 prophalroe:Лечебные свойства. Так как камень слезы апачей является разновидностью вулканического стекла, считается, что он обладает и его целительными свойствами.

27.02.2018 Олимпиада:В книге Вальтера Шумана "Драгоценные и полудрагоценные камни" слёзы апачей упоминаются на странице - в амулетах. Говорится, что слёзы апачей.

29.01.2018 gebookba:Обсидиан – камень, имеющий множество названий: смоляной камень, персиан, слезы апачей, кисейный камень, королевский агат, горный гагат, бутылочный камень.

03.03.2018 Эльвира:Красивые темные камни с беловатыми вкраплениями, которые на территории США получили образное название «слезы апачей», являются разновидностью вулканического стекла.

18.03.2018 Боян:Так как камень слезы апачей является разновидностью вулканического стекла, считается, что он обладает и его целительными свойствами.

30.01.2018 Варлаам:Описание и характеристика камня слезы апачей. Слезы апачей – разновидность вулканического стекла. Относится к категории обсидианов.

new-pod.ru

Читать онлайн электронную книгу Второе правило волшебника, или Камень Слёз Stone of Tears - Глава 5 бесплатно и без регистрации!

Сестра Маргарита поднялась по широкой каменной лестнице и свернула за угол. Увидев ее, старенькая служанка, кряхтя, опустилась на колени. Сестра на мгновение остановилась и коснулась ладонью склоненной головы.

– Да благословит тебя Создатель.

Служанка подняла глаза, и лицо ее расплылось в широкой беззубой улыбке:

– Спасибо тебе, сестра. Да будет благословенно твое служение Ему.

Маргарита улыбнулась в ответ и проводила взглядом старуху, которая с трудом тащила ведро вниз по ступенькам. Бедная женщина, подумала Маргарита, ей приходится работать по ночам. Но что поделаешь?

Вот и сестру Маргариту тоже подняли сегодня посреди ночи.

Платье отчего-то непривычно жало в плечах. Наклонив голову, Маргарита увидела, что в спешке неправильно застегнула верхнюю пуговицу. Приведя одежду в порядок, она толкнула тяжелую дубовую дверь и вышла в темноту.

Расхаживавший по двору стражник увидел сестру и бросился к ней. Она зевнула, прикрыв рот книгой. Стражник, пошатнувшись, остановился.

– Сестра! Где аббатиса? Он зовет ее! У меня мурашки по спине бегут, так он кричит. Где аббатиса?

Сестра Маргарита пристально посмотрела на стражника. Когда он отступил на шаг, сестра медленно продолжила свой путь.

– Аббатиса не приходит просто потому, что пророк что-то кричит, – бросила она через плечо.

– Но ведь он зовет ее, именно ее!

Она остановилась, крепко сжимая книгу в руках.

– Может быть, ты желаешь сам нарушить ночной покой аббатисы просто потому, что пророк этого захотел?

В лунном свете лицо стражника стало мертвенно-бледным.

– Нет, сестра!

– Достаточно и того, что из-за него подняли с постели сестру.

– Но, сестра… Вы же не знаете… Он кричал, что…

– Довольно! – Она повысила голос. – Должна ли я напомнить тебе, что, если хоть одно слово пророка сорвется с твоих губ, ты потеряешь голову?

– Нет-нет, сестра. – Рука его непроизвольно метнулась к горлу. – Я бы никогда никому не повторил его слов. Никому, кроме сестер.

– Никому, даже сестрам. Его слово никогда не должно коснуться твоего языка.

– Простите меня, сестра. – В голосе стражника послышалась мольба. – Просто я еще никогда не слышал, чтобы он так кричал. Он вообще никогда ничего не говорил, только иногда просил позвать сестру. То, что он сказал, встревожило меня. Он никогда еще не говорил таких вещей.

– Он прорвался сквозь щит. Такое уже случалось. Иногда ему это удается. Вот потому-то его стражи связаны обетом никогда никому не говорить о том, что им случится услышать. Что бы ты ни услышал, лучше бы тебе забыть об этом навсегда. Если ты не хочешь, чтобы тебе помогли забыть.

Он только покачал головой, от страха не в силах вымолвить ни слова. Сестре не хотелось его запугивать, но что ей оставалось делать? А если он сболтнет лишнее за кружкой пива? Пророчества опасны для непосвященных. Маргарита мягко положила руку на плечо стражнику.

– Как тебя зовут?

– Меченосец Кевин Андельмер, сестра.

– Если ты дашь мне слово, меченосец Андельмер, что сумеешь удержать язык за зубами ради своего же блага, я подумаю, что можно для тебя сделать. Для этой службы ты определенно не годишься.

Он рухнул на колени.

– Будь благословенна, сестра! Да я скорее соглашусь встретиться с сотней варваров из Диких земель, чем еще раз услышать голос пророка! Я ничего не скажу, клянусь жизнью.

– Ну что ж, хорошо. Возвращайся на свой пост. А когда сменишься, найдешь капитана и скажешь ему, что сестра Маргарита велела перевести тебя на другой пост. – Она положила руку ему на голову. – Да благословит тебя Создатель.

– Спасибо, сестра. Вы были очень добры ко мне.

Она пошла дальше, через арку, мимо небольшой колоннады, вниз по винтовой лестнице, в освещенную факелами залу, к двери в покои пророка. Два стражника, вооруженные пиками, стерегли вход. Они склонились перед сестрой.

– Мне передали, что пророк говорил сквозь щит.

– Разве? – Холодные темные глаза удивленно посмотрели на нее. – Я ничего не слышал. А ты? – Говоривший повернулся к товарищу, который стоял, опершись на копье, подпирая рукой подбородок.

– Ни слова. Тут тихо как в могиле.

– Это тот, что наверху, он, что ли, распустил язык? – спросил первый стражник.

– Долгое время пророк ничего не говорил, только просил позвать сестру. Мальчик никогда еще не слышал слова пророчества.

– Мы должны сделать так, чтобы он вообще больше ничего не слышал? И не говорил?

– В этом нет необходимости. Он поклялся молчать, а завтра его переведут в другое место.

– Поклялся! – с кислой миной повторил стражник. – Клятвы – не более чем пустые слова. Кровь – вернее.

– Вот как? Должна ли я понимать это так, что и твой обет молчания не более чем пустые слова? Кровь – вернее? – Сестра Маргарита сурово посмотрела на него.

Стражник опустил глаза:

– Нет, сестра. Мой обет – настоящий.

Она кивнула:

– Кто-нибудь еще слышал слова пророка?

– Нет, сестра, никто. Как только он начал звать аббатису, мы тут же проверили помещение. Нигде не было ни души. Тогда я усилил посты и послал за вами. Раньше пророк никогда не звал аббатису, только сестер. Я подумал, пусть лучше сестра решит, стоит ли будить аббатису среди ночи.

– Правильно подумал.

– Теперь, сестра, когда вы здесь, мы, пожалуй, еще раз проверим посты. – Его голос вновь стал суровым. – На всякий случай.

Она кивнула:

– И кстати, вам бы лучше надеяться, что с Андельмером ничего не случится и что он не свалится со стены и не свернет себе шею. Но если вы услышите, что он повторил хотя бы одно слово пророка, вы немедленно скажете об этом сестре.

Войдя в дверь, она почти сразу же почувствовала щит. Она крепко прижала книгу к груди и попыталась обнаружить прореху. Найдя дыру, она улыбнулась: крошечное отверстие в сети. Очевидно, пророк трудился над этим долгие годы. Она прикрыла глаза, соединила сеть и связала ее заклинанием. В следующий раз, когда пророк подойдет сюда, он ощутит магический удар. Опять, уже в который раз, сестра восхитилась его гениальностью и его настойчивостью. Ну что ж, вздохнула она, что же еще ему остается?

Огромные покои пророка были залиты светом. На стенах висели гобелены, а полы устилали разноцветные, голубые с желтым, ковры. Повсюду – на стульях, на диване, на полу – лежали раскрытые книги, а самая большая кипа потрепанных фолиантов возвышалась возле камина рядом с любимым креслом пророка.

Сестра Маргарита подошла к изящному палисандровому столику, опустилась в кресло и, открыв книгу, пролистала ее почти до самого конца в поисках чистой страницы. Пророка нигде не было видно: наверное, вышел прогуляться в садик. Ведущие туда двустворчатые двери были распахнуты, и в комнату вливался напоенный ароматами воздух. Из ящика стола она достала чернильницу, перо и коробочку с мельчайшим песком и разложила все это рядом с открытой книгой пророчеств.

Когда она оглянулась, пророк стоял в полумраке дверного проема и молча смотрел на нее. Он был в черном балахоне, капюшон накинут на голову. Он стоял неподвижно, скрестив руки на груди, словно заполнив весь дверной проем.

– Добрый вечер, Натан, – сказала сестра, снимая крышку с чернильницы.

Он медленно, уверенно шагнул вперед, из мрака – в свет светильников, и откинул капюшон. Длинные, густые, прямые, белые как снег волосы упали ему на плечи. Металлический ошейник, полускрытый черным балахоном, блеснул в ярком свете. Кожа, обтягивающая решительный, гладко выбритый подбородок, нервно подергивалась. Из-под густых седых бровей на Маргариту внимательно смотрели темные, проницательные глаза. Он был действительно красив, несмотря ни на что. Даже на то, что он был самым старым человеком из всех, кого она когда-либо видела.

И он был совершенно безумен. Или же достаточно умен, чтобы заставить всех поверить в свое безумие. Она не знала, где правда. Этого не знал никто.

Но как бы то ни было, он был, возможно, самым опасным из всех живущих.

– Где аббатиса? – спросил пророк, и в голосе его прозвучала угроза.

– Сейчас полночь, Натан. – Маргарита потянулась к перу. – Мы не собираемся будить аббатису просто потому, что ты не спишь и захотел поговорить с ней. Записать пророчество способна любая сестра. Может быть, ты сядешь, и мы начнем работу?

Он подошел к столику и встал напротив, возвышаясь над сестрой, как башня.

– Не испытывай моего терпения, сестра Маргарита. Это – важно.

– А ты не испытывай моего, Натан. – Она сверкнула глазами. – Стоит ли напоминать тебе то, о чем ты забыл? Ты заставил меня встать среди ночи, так что давай побыстрее перейдем к делу. Я бы хотела сегодня еще немного поспать.

– Я звал аббатису. Это – важно.

– Натан, мы до сих пор еще не истолковали пророчества, которые ты дал нам много лет назад. Какая разница, кто запишет твое нынешнее видение – я или аббатиса? А она прочтет все сегодня утром. Или через неделю. Или через год.

– У меня не было видения.

– Так ты, – возмутилась сестра, – разбудил меня только ради того, чтобы я составила тебе компанию?

– А почему бы и нет? – Натан лучезарно улыбнулся. – Сегодня дивная ночь, а ты красивая, особенно когда злишься. – Он склонил голову набок. – А? Ладно, раз уж ты пришла и должна получить пророчество, изволь. Хочешь, я скажу тебе, как ты умрешь?

– Творец возьмет меня тогда, когда Он сочтет нужным. Я оставляю выбор Ему.

Пророк кивнул, глядя куда-то поверх ее головы.

– Сестра Маргарита, ты не могла бы прислать мне женщину? Последнее время мне очень одиноко.

– В обязанности сестер не входит подыскивать тебе девок.

– Но ведь они раньше приводили мне женщин, когда я давал пророчества.

Сестра подчеркнуто спокойно положила перо на стол.

– И последняя убежала отсюда, полуголая и полубезумная. Мы не успели поговорить с ней. До сих пор не могу понять, как ей удалось проскользнуть мимо стражи. Ты обещал не говорить ей пророчеств, Натан. Ты обещал. Прежде чем мы успели остановить ее, она пересказала людям твои слова. Слухи росли, распространяясь, как пожар. Они спровоцировали гражданскую войну. Почти шесть тысяч человек погибли из-за тех слов, что ты сказал этой девушке.

Он вздрогнул. Седые брови сошлись на переносице.

– Это правда? Я не знал…

Она глубоко вздохнула и, взяв себя в руки, заговорила:

– Натан, я сама говорила это тебе уже три раза.

Он скорбно опустил глаза.

– Сожалею, Маргарита.

– Сестра Маргарита.

– Сестра? Ты? Ты слишком молода и привлекательна, чтобы быть сестрой. Уверен, ты всего лишь послушница.

Она встала.

– Доброй ночи, Натан. – Маргарита закрыла книгу и собралась уходить.

– Сядь, сестра Маргарита. – В голосе пророка вновь зазвучала угроза.

– Тебе нечего сказать мне. Я пошла спать.

– Я не говорил, что мне нечего сказать. Я сказал, что у меня нет пророчества.

– Если у тебя нет пророчества, что же ты можешь мне сообщить?

Он вытащил руки из рукавов, оперся о стол костяшками пальцев и склонился к ее лицу.

– Сядь, или я ничего тебе не скажу.

Маргарита хотела было применить силу, но передумала. Она решила, что легче и спокойнее просто выполнить его просьбу.

– Хорошо, я сяду. Так что это было?

Он наклонился еще ближе, зрачки его расширились.

– Пророчества миновали развилку, – прошептал он.

– Когда? – Маргарита невольно вскочила с кресла.

– Только что. Сегодня. В этот самый день.

– Так вот почему ты разбудил меня среди ночи?

– Я позвал вас, как только мне открылось это.

– А почему ты не дождался утра? В конце концов, развилки случались и раньше!

Улыбнувшись, он медленно покачал головой:

– Не такие.

Она не хотела слушать, что будет дальше, – это никого бы не обрадовало. Никого, кроме Уоррена. Он-то будет счастлив получить новый элемент для своей мозаики. А для остальных это означает годы тяжелой работы.

Некоторые пророчества строились по принципу «если… то» и разветвлялись на несколько возможных линий. Для каждой ветви существовало свое пророчество, существовали и специальные пророчества для точки ветвления. Но даже сами пророки не знали, по какой линии пойдут дальнейшие события.

А потом, когда становилось очевидным, какая ветвь истинная, а какая – ложная, для исследователей манускриптов начинались тяжелые времена. Ведь каждая нереализованная ветвь, в свою очередь, разветвлялась, порождая бесчисленное множество противоречий, неувязок и ошибок. Их надо было выявить и отсечь.

А пророчества не всегда располагались в строгой хронологической последовательности, и чем дальше отстояло пророчество от развилки, тем сложнее было определить, к какой именно ветви оно принадлежит.

Сестра Маргарита откинулась в кресле.

– Насколько важно то пророчество, которое разветвилось?

– Это – основополагающее пророчество. Нет ни одного, более важного, чем это.

Десятилетия. Не годы, десятилетия. Основные пророчества затрагивали абсолютно все. Сестра зябко поежилась. Это – как мгновенная слепота. До тех пор, пока не будут отсечены все ложные ветви, ни на что нельзя полагаться.

Она посмотрела Натану в глаза:

– Ты твердо знаешь, какое пророчество разветвилось?

– Да. – Он гордо улыбнулся. – Я знаю, какая ветвь ложная, а какая – истинная. Я знаю, что нас ждет.

Ну, по крайней мере – хоть что-то. Сестра несколько оживилась. Если Натан скажет, какая ветвь истинная, а какая – ложная, это уже достаточно ценная информация. Поскольку пророчества не располагались в хронологическом порядке, проследить каждую ветвь будет не так-то просто, но главное – знать, с чего начать.

– Ты молодец, Натан. – Он улыбнулся, словно ребенок, которому удалось обрадовать маму. – Подвинь свое кресло поближе и расскажи мне о развилке.

Натан тут же придвинул кресло к столу. В этот момент он походил на щенка, играющего с палкой, и сестра очень надеялась, что ей не придется причинить ему боль, чтобы отобрать игрушку.

– Натан, ты можешь сказать мне, какое пророчество разветвилось?

– Ты уверена, что хочешь это знать, сестра? – Он озорно прищурился. – Пророчества опасны. В последний раз, когда я пересказал одно некоей хорошенькой особе, погибли тысячи людей. Ты сама говорила.

– Пожалуйста, Натан. Уже поздно. Это очень важно.

Улыбка сошла с его лица.

– Я не помню слов, это правда.

Маргарита сомневалась, что он говорит правду. Слова пророчеств отпечатывались в сознании Натана, как на каменных скрижалях. Сестра успокаивающе накрыла ладонью его руку.

– Это можно понять. Я сама знаю, как трудно бывает вспомнить все до последнего слова. Просто перескажи мне, как можешь. Но, пожалуйста, постарайся.

– Ну… Хорошо. – Он посмотрел в потолок и задумчиво поскреб пальцем подбородок. – Это пророчество, в котором что-то говорится о человеке из Д'Хары, который смог бы погрузить во мрак весь мир, если б сосчитал тени.

– Очень хорошо, Натан. Не мог бы ты вспомнить еще что-нибудь? Мне очень нужна твоя помощь.

Скорее всего Натан помнил каждое слово, но сестра знала, как он любит, когда его уговаривают. Он бросил на нее быстрый взгляд и кивнул.

– «С дыханием зимы поднимутся сочтенные тени. Если тот, кто несет в себе месть Д'Хары, сосчитает их верно, тьма накроет весь мир. Если же он ошибется, то ценою будет его жизнь».

Действительно, пророчество с ветвлением. И сегодня истекали первые сутки зимы. Маргарита никогда не знала, что означает это пророчество, но знала о его существовании. Сколько раз она слышала, как об этом спорят внизу, в скрипториуме, как обсуждают каждое слово и как каждый раз боятся, что именно сейчас оно сбудется.

– И какая же ветвь реализовалась?

– Худшая. – Лицо Натана исказила кривая ухмылка.

Маргарита принялась нервно перебирать пуговицы.

– Мы погибнем во тьме?

– Тебе следует получше ознакомиться с пророчествами, сестра. Далее там говорится вот что: «Но вслед за силой, что отнимет у него жизнь, еще более черное зло придет в мир через то, что прорвалось. И тогда надежда на спасение будет тонка, как белый клинок в руке рожденного Истиной». – Натан еще ближе склонился к сестре и прошептал: – Есть только одно еще более черное зло, сестра Маргарита, – это Повелитель Хаоса.

– Да спасет нас Творец, да укроет Он нас в Своем свете, – прошептала сестра.

Теперь на лице Натана появилась насмешка.

– В пророчестве ничего не говорится о Творце, который придет спасти нас, сестра. Лучше проследи истинную ветвь. Именно так Он даст тебе проблеск надежды.

– Натан, я не знаю, что означает это пророчество. Мы не в состоянии проследить истинную и ложную ветви, если не знаем, что это значит. Ты сказал, что знаешь об этом ветвлении. Ты не мог бы рассказать мне? Ты не мог бы рассказать мне пророчества каждой ветви, чтоб я могла проследить дальнейшее?

– «Месть магистра настигнет всех несогласных. Ужас, отчаяние и безнадежность будут царствовать повсюду». – Пророк глянул на нее. – Это начало ложной ветви.

Сестра невольно вздрогнула при мысли о том, какова же тогда истинная, если она еще хуже.

– А пророчество из истинной ветви?

– «Не поможет никто, кроме единственного, рожденного с даром нести Истину, того, кто останется в живых, когда нависнет угроза теней. А потом придет тьма великая, тьма смерти. И ради надежды спасти Жизнь та, что в белом, должна быть предана народу своему, дабы возвеселился и возрадовался народ».

Маргарита задумалась. Этих пророчеств она не помнила, но первое казалось достаточно простым. Как бы то ни было, ложную ветвь проследить можно. Второе – более туманное, но, пожалуй, и его удастся понять после некоторых изысканий. Судя по всему, здесь речь идет об Исповеднице. Слова «та, что в белом» означают Мать-Исповедницу.

– Спасибо, Натан. Ложную ветвь проследить нетрудно. С истинной несколько сложнее, но, зная начало линии, проще выявить дальнейший ее путь. Нам просто придется проследить, с какими пророчествами связано это событие. Интересно, как она обрадует свой народ? – На губах Маргариты заиграла легкая улыбка. – Звучит так, словно она выйдет замуж, да?

Пророк сощурился, откинул голову и застонал. Он встал на ноги, заходясь истерическим хохотом. Он хохотал и хохотал, пока смех не перешел в сухой кашель. А потом он повернулся к Маргарите весь красный.

– Дуры напыщенные! Вы, сестры, суетитесь вокруг нас так, словно то, что вы делаете, имеет какое-то значение, словно вы знаете, что делаете! Вы напоминаете мне наседок в курятнике, которые кудахтают с таким видом, будто обсуждают проблемы высшей математики! Я бросаю вам зерна пророчеств, вы пытаетесь подобрать их, но тычете клювами в грязь.

Впервые с тех пор, как она стала сестрой, Маргарита почувствовала себя маленькой и жалкой.

– Натан, пожалуйста, не надо.

– Идиотки, – прошипел пророк.

Он рванулся к ней так стремительно, что Маргарита испугалась. Чисто рефлекторно она высвободила силу ошейника. Натана швырнуло на колени. Он схватился за грудь, судорожно глотая воздух. В тот же миг Маргарита, овладев собой, остановила магический поток. Она уже сожалела о содеянном.

– Извини, Натан. Ты испугал меня. Как ты?

Он вцепился в подлокотник, с трудом приподнялся, тяжело дыша опустился в кресло и кивнул. Маргарита смущенно молчала, ожидая, пока он придет в себя. Натан криво усмехнулся.

– Испугал тебя, да? А хочешь испугаться по-настоящему? Хочешь я покажу тебе пророчество? Не расскажу, а именно покажу? Покажу все, как оно будет на самом деле. Я никогда еще не показывал это ни одной сестре. Вы все изучаете пророчества и думаете, что способны понять, что стоит за словами, но вы не понимаете ничего. Не так нужно работать с ними.

Маргарита наклонилась к пророку.

– Не так нужно работать? Что ты хочешь сказать? В пророчествах говорится о будущем, и мы пытаемся понять это.

Он покачал головой:

– Это далеко не так. Пророчества даются теми, кто наделен даром, такими, как я, пророками. И понимание их тоже дается тем, кто наделен даром, таким, как я. А те, кто обладает силой, как ты, не способны понять прочитанное или услышанное.

Он выпрямился, и вновь Маргарита кожей ощутила его ауру, его могущество. Она никогда не слышала о таких вещах. Она не знала, говорит ли пророк правду или все его слова вызваны гневом.

– Натан, все, что ты можешь рассказать или показать мне, принесет нам неоценимую помощь. Мы вместе сражаемся на стороне Создателя. Его воля – главное в нашей жизни. Силы Безымянного вечно сражаются с нами. Да, я хотела бы, чтобы ты показал мне пророчество так, как оно осуществится.

Лицо пророка стало таким серьезным, что у нее перехватило дыхание.

– Хорошо, сестра Маргарита. – Он склонился к ней. – Смотри мне в глаза, – прошептал он. – Затеряйся в моих глазах.

Его пристальный взгляд завораживал, глубокие, темные глаза, казалось, становятся все больше и больше… больше и больше… Не было ничего, кроме его бездонных глаз. А потом Маргарита увидела бескрайнее чистое небо.

– Я вновь скажу тебе истинное пророчество, но на этот раз ты увидишь, что стоит за словами. – Маргарита слушала его и словно плыла в небе, как облако. – Не поможет никто, кроме единственного, рожденного с даром нести силу Истины, того, кто…

Слова растаяли и исчезли, и она увидела. Картины, запахи, звуки нахлынули на нее.

Она увидела прекрасную женщину с длинными волосами, одетую в платье из белого атласа, – Мать-Исповедницу. Маргарита увидела, как кводы из Д'Хары убивают других Исповедниц, и ее охватил ужас. Она увидела самую близкую подругу, сводную сестру женщины в белом, увидела, как та умирает у нее на руках. Она почувствовала отчаяние Матери-Исповедницы.

Потом Маргарита увидела Мать-Исповедницу рядом с тем человеком из Д'Хары, который посылал убивать других Исповедниц. Стройный, красивый мужчина в белых одеждах стоял перед постаментом с тремя шкатулками. Маргарита удивилась, заметив, что шкатулки отбрасывают разное количество теней. Мужчина в белых одеждах совершал странный обряд. Он накладывал чары, чары зла, чары подземного мира. Весь вечер, всю ночь, до самого рассвета. А потом выглянуло солнце, и начался день, и Маргарита поняла, что это – сегодняшний день. Она видела то, что произошло в этот самый день.

Человек в белом завершил приготовления. Он подошел к шкатулкам. Улыбаясь, он протянул руку и открыл ту, что посредине. Ту, что отбрасывала две тени. Из шкатулки вырвался сноп света и словно омыл человека в белом. Лицо его засияло. Но затем вспышка колдовской силы, магии шкатулки, закружилась вокруг него и погасила его жизнь. Он сделал неправильный выбор; за ошибку он заплатил жизнью – такую цену назначила магия.

Маргарита увидела Мать-Исповедницу рядом с мужчиной. Мужчиной, которого она любила. Маргарита почувствовала ее счастье. Такой радости она еще не испытывала никогда. У Маргариты перехватило дыхание. То, что она видела, происходило именно сейчас.

А потом вихрь закружил ее сознание. Она увидела войну и смерть, царившие повсюду. Она увидела смерть, которую нес Владетель подземного мира, и ее охватил неодолимый ужас.

И вновь видение захлестнуло ее, закружило и швырнуло в огромную толпу. А посреди толпы, на высоком помосте, стояла Мать-Исповедница. Возбужденная толпа ликовала. Это было то самое радостное событие, предсказанное пророчеством, событие той его ветви, которая должна реализоваться, чтобы спасти мир от надвигающейся тьмы. Ликование толпы передалось Маргарите. Она вся затрепетала в радостной надежде увидеть рядом с Матерью-Исповедницей того, кого она так любила, того, за кого она должна выйти замуж, чтобы наполнить радостью сердца людей.

Но что-то тут было не так. Словно чья-то холодная рука сжала ей сердце, и мурашки пробежали по коже.

Ничего не понимая, Маргарита смотрела на связанные за спиной руки Матери-Исповедницы, смотрела на стоявшего рядом с ней мужчину, не того, которого она любила, – на мужчину в черном капюшоне, сжимавшего в руках огромный топор. Недоумение сменилось ужасом.

Сильная рука палача швырнула Мать-Исповедницу на колени, схватила ее за волосы и прижала лицом к грубым доскам. Теперь ее волосы были совсем короткие, не то что раньше, но это была именно она, та самая женщина, Мать-Исповедница. Из-под плотно сомкнутых век текли слезы. Белое платье сверкало в ярких солнечных лучах. У Маргариты пресеклось дыхание.

Огромный серп топора взметнулся вверх, сверкнул на солнце и резко опустился на помост.

Маргарита отчаянно ловила ртом воздух.

Голова Исповедницы упала в корзинку. Из толпы донеслись радостные возгласы. Фонтаном хлынула кровь. Обезглавленное тело повалилось на деревянный настил, и платье из белого стало красным. Так много крови!

Толпа восторженно ревела.

У Маргариты вырвался вопль ужаса. Тошнота подступила к горлу. Натан подхватил ее и прижал к себе, всхлипывающую и дрожащую. Он утешал ее, как отец утешает испуганного ребенка.

– Ах, Натан, и это – то самое событие, которое развеселит и обрадует народ? Неужели она обязательно должна умереть, чтобы спасти мир?

– Да, – тихо сказал Натан. – Почти все пророчества ведут к этой истинной ветви. Чтобы мир живых был спасен от Владетеля подземного мира, все события истинной ветви должны произойти в нашей реальности. Согласно пророчеству, народ должен возрадоваться при виде смерти Матери-Исповедницы, иначе осуществится другая ветвь, и нас поглотит вечная тьма подземного мира. Не знаю почему, но это так.

Пророк ласково гладил ее по спине, а Маргарита все всхлипывала, опустив голову ему на плечо.

– О всеблагий Творец, – воскликнула она, – смилуйся над своей несчастной дочерью. Ниспошли ей силы!

– В битве с Владетелем нет места милосердию.

– Ах, Натан, я читала пророчества о гибели людей, но то были слова. Я никогда не видела все, как оно есть на самом деле. Это видение ранило мою душу.

– Я знаю. Ах как хорошо я это знаю!

Маргарита отстранилась от него и вытерла слезы.

– Это истинное пророчество, которое последует за сегодняшним ветвлением?

– Да.

– И ты всегда так видишь все пророчества?

– И так тоже. Так они приходят ко мне. Я показал тебе, как я их вижу. Слова тоже приходят вместе с видением, и эти слова должны быть записаны. Те, кому не дано видеть пророчества, прочитав эти слова, не увидят, что за ними стоит. Но те, кому дозволено видеть, увидят все, как оно должно быть на самом деле, прочитав эти слова. Я еще никому не показывал пророчества.

– Тогда почему показал мне?

Несколько мгновений он молча смотрел на нее своими печальными глазами.

– Маргарита, мы сражаемся с Владетелем. Тебе предназначено знать, что мы в опасности.

– Мы постоянно сражаемся с Владетелем.

– Мне кажется, что, возможно, сейчас все по-другому.

– Я должна рассказать остальным. Я должна рассказать им, что ты можешь показывать пророчества. Нам нужна твоя помощь, чтобы понять их.

– Нет. То, что я показал тебе, я не покажу никому. И никакая боль, которую вы мне причините, не заставит меня это сделать. Я больше никогда не покажу ничего ни тебе, ни другим сестрам.

– Но почему?

– Вам не дозволено видеть пророчества. Только читать.

– Но ведь…

– Такова воля Создателя. Ваш дар скрывает от вас пророчества. Вам не предназначено видеть их, как и неподготовленным людям не дозволено их слышать. Ты сама мне это говорила.

– Но это может помочь нам.

– Видение пророчеств поможет вам не более, чем той девочке, которой я рассказал лишнее, или тем тысячам погибших, о которых ты говорила. Как вы держите меня здесь в заточении, чтобы остальные не могли услышать то, что им не дозволено слышать, так и я должен, должен держать в заточении пророчества, оберегая их от всех, кроме других пророков. Такова воля Того, Кто наделил нас даром и всем остальным. Если бы Он избрал тебя, Он бы дал тебе ключ для понимания пророчеств. Он наделил бы тебя даром, но Он не сделал этого.

– Но, Натан, сестры причинят тебе боль. Они будут мучить тебя, пока ты не откроешь им все.

– Я ничего им не открою, какую бы боль они мне ни причинили. Скорее они просто убьют меня. – Он склонился к сестре. – И они ничего мне не сделают, если ты им не расскажешь.

Она посмотрела на пророка так, как никогда не смотрела раньше. Никто не был столь таинствен, как он. Он был единственным, кому сестры Света не могли доверять до конца. Все остальные говорили им правду о своем даре и о своих способностях, но Натан – сестры знали – никогда не говорил им, на что он способен. Интересно, подумала Маргарита, что еще он знает, какие еще у него возможности.

– То, что ты показал мне, я унесу в могилу.

– Спасибо тебе, дитя.

«Дитя». Другие сестры могли бы сурово наказать его за подобное обращение. Но Маргарита не из их числа. Она встала и одернула платье.

– Утром я скажу тем, кто работает в архиве, о пророчестве, прошедшем ветвление. Скажу, какая ветвь истинная, а какая – ложная. Они же сами истолкуют пророчество с помощью того дара, каким наделил их Создатель.

– Такова Его воля.

Она сложила письменные принадлежности в ящик.

– Натан, почему ты хотел, чтобы пришла аббатиса? Что-то я не помню, чтобы ты когда-нибудь звал ее.

Она подняла глаза и встретила холодный, отчужденный взгляд пророка.

– А это, сестра Маргарита, тоже из тех вещей, которые тебе знать не дозволено. Хочешь причинить мне боль, чтобы попытаться заставить меня говорить?

Она взяла со стола книгу пророчеств.

– Нет, Натан, не хочу.

– Тогда, может, передашь аббатисе мое послание?

Она кивнула:

– Что я должна сказать ей?

– А ты пообещаешь и эту тайну унести с собой в могилу и не повторять моих слов никому, кроме аббатисы?

– Как скажешь, хоть я и не понимаю, почему ты этого хочешь. Ты можешь доверять сестрам…

– Нет! Маргарита, я хочу, чтобы ты выслушала меня. Когда идет битва с Владетелем, доверять нельзя никому. Я и без того подвергаю себя опасности, доверяя тебе и аббатисе. Никому не доверяй! – Нахмуренные брови придавали ему рассерженный вид. – Только тот, кому доверяешь, способен предать.

– Хорошо, Натан. Что мне сказать аббатисе?

Он пристально посмотрел на нее и еле слышно прошептал:

– Скажи ей, что камень – в пруду.

Маргарита удивленно сморгнула.

– Что это значит?

– Ты и так уже достаточно напугана, дитя мое. Лучше тебе не подвергать себя новому испытанию.

– Сестра Маргарита, Натан, – мягко сказала она. – Я не «дитя», а сестра Маргарита. Пожалуйста, обращайся ко мне, как я того заслуживаю.

Он улыбнулся.

– Прости меня, сестра Маргарита. – От его взгляда по спине у нее пробежали мурашки. – И еще кое-что, сестра Маргарита.

– Что?

Он потянулся и отер слезы с ее лица.

– Я ничего не знаю о твоей смерти. – Она облегченно вздохнула. – Но я знаю кое-что еще очень важное, что связано с тобой. Это касается битвы с Владетелем.

– Если это поможет мне нести в мир свет Создателя, скажи, что ты знаешь.

Он задумался, глядя куда-то мимо нее, в пространство.

– Придет время, очень скоро, когда ты столкнешься кое с чем, и тебе понадобится ответ на вопрос. Не знаю, на какой вопрос, но, когда тебе понадобится ответ, приди ко мне, и тогда я буду знать. Это ты тоже не должна говорить никому.

– Спасибо, Натан. – Она легонько коснулась его руки. – Да благословит тебя Создатель.

– Нет, благодарю, сестра. От Создателя мне более ничего не надо.

Она удивленно посмотрела на него.

– Это из-за того, что мы заперли тебя здесь?

На его губах заиграла легкая улыбка.

– Пленники бывают разные, сестра. Что касается меня, Его благодать мне не во благо. Единственное, что может быть хуже прикосновения Создателя, это прикосновение Владетеля. Да и то не уверен.

Она отняла руку.

– Все равно я буду молиться за тебя, Натан.

– Если ты так заботишься обо мне, освободи меня.

– Прости, я не могу этого сделать.

– Точнее, не хочешь.

– Понимай как знаешь, но тебе придется остаться здесь.

Он наконец отвернулся. Маргарита направилась к двери.

– Сестра? А ты не могла бы прислать мне женщину? Чтобы она провела со мной ночь или две?

В его голосе была такая боль, что Маргарита чуть не расплакалась.

– Я думала, ты уже вышел из этого возраста.

Он медленно повернулся к ней.

– У тебя есть любовник, сестра Маргарита.

Она пошатнулась. Как он узнал? Он не узнал, он догадался. Она молода и хороша собой. И конечно, ее должны интересовать мужчины. Он просто догадался. Но, с другой стороны, ни одна сестра не знает всех его возможностей. Он единственный волшебник, кому они не могут доверять до конца, поскольку не знают всей степени его могущества.

– Ты прислушиваешься к сплетням, Натан?

Он улыбнулся.

– Скажи мне, сестра Маргарита, ты уже определила для себя тот день, когда станешь слишком стара для любви, даже если речь идет об одной короткой ночи? Пожалуйста, скажи мне точно, сестра, когда мы теряем потребность в любви?

Минуту она стояла молча, смущенно опустив глаза.

– Я сама пойду в город, Натан, и приведу тебе женщину. Даже если мне придется заплатить из своего кармана. Не обещаю, что она тебе покажется прекрасной – не знаю, каковы твои вкусы, – но, могу поклясться, она будет не глупая, ведь, по-моему, ты ценишь ум больше, чем хочешь показать.

– Спасибо, сестра Маргарита.

– Но, Натан, ты должен пообещать мне, что не расскажешь ей ни одного пророчества.

Он склонил голову.

– Разумеется, сестра Маргарита. Слово волшебника.

– Я серьезно, Натан. Я не хочу разделять с тобой ответственность за гибель людей. В той войне погибли не только мужчины, но и дети, и женщины. Я не могу нести такое бремя.

Он поднял брови.

– Даже если одна из тех женщин, останься она в живых, должна была бы родить мальчика, который вырос бы и стал кровожадным тираном, который замучил бы и убил десятки тысяч ни в чем не повинных людей и в том числе – детей и женщин? Да, сестра? Даже если бы у тебя был шанс отсечь эту ветвь ужасного пророчества?

Маргарита застыла, не в силах пошевелиться. Наконец она заставила себя заговорить.

– Натан, – прошептала она, – ты хочешь сказать…

– Спокойной ночи, сестра Маргарита.

Он повернулся и вышел в уединенный маленький садик, на ходу накинув на голову черный капюшон.

librebook.me

Читать онлайн электронную книгу Второе правило волшебника, или Камень Слёз Stone of Tears - Глава 10 бесплатно и без регистрации!

Когда он вернулся, Кэлен сидела, неотрывно глядя в огонь. Выплакавшись, она сходила к Савидлину, рассказала ему о случившемся, вернулась и теперь ждала Ричарда.

Он сел рядом с ней и, обняв ее, положил голову ей на плечо.

Она зарылась пальцами в его волосы и крепко прижалась к нему. Она понимала, что нужно что-то сказать, но слова не шли у нее с языка.

– Ненавижу магию, – наконец прошептал Ричард. – Она снова встает между нами.

– Мы не позволим ей. Мы обязательно что-нибудь придумаем!

– Почему она убила себя?

– Не знаю, – вздохнула Кэлен.

Ричард достал из кармана несколько целебных листьев и сунул их в рот. Он долго жевал их, глядя на огонь, и лицо его кривилось от боли.

– Мне хочется убежать, но я не знаю куда. Как можно сбежать от того, что внутри тебя?

Кэлен положила руку ему на колено.

– Я знаю, Ричард, тебе тяжело говорить об этом, но, пожалуйста, выслушай меня. Магия сама по себе – не зло. – Он промолчал, и она продолжала: – Зло – те люди, которые пользуются ею в дурных целях. Такие, как Даркен Рал. Я обладаю магией от рождения. Мне пришлось научиться жить с сознанием этого. Неужели ты станешь ненавидеть меня из-за того, что я обладаю магией?

– Конечно, нет.

– Ты любишь меня, несмотря на это?

Ричард задумался.

– Нет. Я люблю тебя такой, как ты есть, и твою магию тоже, ибо она – часть тебя. Именно поэтому она надо мной не властна. Если бы я любил тебя, невзирая на магию, то не смог бы принять тебя такой, какая ты есть. Тогда она уничтожила бы меня.

– Вот видишь? Магия – не обязательно зло. Два самых близких тебе человека обладают магией – я и Зедд. Прошу тебя, послушай. У тебя есть дар. И он называется даром, а не проклятием. Это прекрасная, редкая вещь. Она может быть использована, чтобы помогать людям. И ты уже не раз это делал. Быть может, лучше взглянуть на вещи с такой точки зрения, чем пытаться бороться с тем, от чего невозможно избавиться?

Он долго не отвечал, а когда заговорил, то так тихо, что она едва могла расслышать слова:

– Я никогда больше не надену ошейник.

Кэлен невольно взглянула на эйджил на шее у Ричарда. Небольшой стержень, обтянутый красной кожей, слегка покачивался в такт его дыханию. Она знала, что эйджил служит орудием пытки, но понятия не имела, как он действует. Еще она знала, что ей неприятно видеть его на шее Ричарда.

– Морд-сит заставляла тебя носить ошейник?

– Ее звали Денна.

– И она… и Денна заставляла тебя его носить?

– Да. – По щеке его скатилась слеза. – Ошейник применялся для пыток и был снабжен цепью. Денна водила меня на ней, как зверя. Этой же цепью она приковывала меня, и я не мог пошевелиться. Она обрела власть над той частью магии меча, которая причиняла боль. Это не позволяло мне даже натянуть цепь, хотя я пытался. Пытался не раз. Ты даже не в состоянии представить себе таких мучений. Денна тоже заставила меня своими руками надеть на шею кольцо. Она многое заставляла меня делать.

– Но головная боль в конце концов убьет тебя. А сестры сказали, что ошейник избавит тебя от боли и поможет научиться овладеть даром.

– Это всего лишь одно из оснований. Два других мне еще неизвестны. Ты скажешь, что я веду себя по-дурацки, да мне и самому порой так кажется. Умом я понимаю, что ты права. Но что-то внутри меня твердит, что здесь какой-то подвох.

Кэлен слегка коснулась пальцами эйджила.

– Может быть, все дело в нем? В том, что делала Денна? – Ричард кивнул. – Ричард, как это происходило?

Он посмотрел на нее долгим взглядом и сжал в кулаке эйджил.

– Коснись моей руки. Не трогай эйджил, только мою руку.

Кэлен дотронулась до сжатых пальцев.

Закричав от боли, она тут же отдернула руку. Она трясла кистью, пока боль не утихла, и, отдышавшись, спросила:

– Но почему не было больно в первый раз?

– Я не держал эйджил.

– А почему тебе самому не больно, когда ты его держишь?

Ричард по-прежнему сжимал эйджил в кулаке.

– Мне больно. Мне всегда больно, когда я его держу.

Кэлен не верила своим ушам:

– Ты хочешь сказать, тебе сейчас так же больно, как было мне?

– Нет. Моя рука защитила тебя. На самом деле боль гораздо сильнее.

– Мне нужно узнать насколько.

– Нет. – Он выпустил эйджил. – Я не хочу, чтобы ты хоть раз испытала такую боль.

– Ричард, прошу тебя! Я хочу знать. Я хочу понять.

Ричард поглядел ей в глаза и тяжело вздохнул.

– Есть ли такая просьба, в которой я могу тебе отказать? – Он снова взял эйджил в руку. – Только не хватай его: ты не сможешь достаточно быстро разжать пальцы. Только коснись. Задержи дыхание и стисни зубы, чтобы случайно не прикусить язык. И напряги мышцы живота.

Сердце ее учащенно забилось. Она медленно протянула руку. Она вовсе не жаждала испытать такую боль, но она хотела знать, ибо эта боль стала частью Ричарда. Она хотела знать о нем все. Даже то, что несет муку.

Это было все равно что коснуться молнии.

Боль пронзила руку и вгрызлась в плечо. Кэлен опрокинулась на спину, потом перекатилась на живот, сжимая онемевшее плечо здоровой рукой. Рука висела как плеть. Кэлен была ошеломлена и испугана таким натиском боли. Она кричала, уткнувшись лицом в грязный пол, а Ричард ласково гладил ее по спине. Она рыдала оттого, что поняла теперь, хотя бы чуть-чуть, что ему довелось вынести.

Когда она наконец смогла сесть, Ричард смотрел на нее, по-прежнему держа в руке эйджил…

– Тебе сейчас так же больно?

– Да.

Кэлен ударила его кулаком в плечо.

– Брось его! – прохрипела она. – Прекрати!

Ричард разжал пальцы, и эйджил повис на цепочке.

– Я держал его, чтобы отвлечься от головных болей. Веришь или нет, но это помогает.

– Боли теперь стали сильнее?

Он кивнул:

– Если бы Денна не научила меня терпеть боль, я бы давно уже был без сознания. Она научила меня справляться с болью, сделала меня устойчивым к ней, чтобы продлить мои мучения.

Кэлен всхлипнула:

– Ричард, я…

– То, что ты почувствовала, – это меньшее, на что способен он. – Он коснулся стержнем своей ладони. Брызнула кровь. – Эйджилом можно кромсать плоть. Дробить кости. Денна очень любила ломать им мне ребра. Я слышал их хруст. Кости до сих пор еще не совсем срослись, и мне больно, когда я ложусь или когда ты меня обнимаешь. Впрочем, эйджил способен и на большее. С его помощью можно убить. Одним прикосновением. – Он помолчал, глядя в огонь. – Денна подвешивала меня к потолку за связанные за спиной руки. Она пытала меня часами. Пока я был в сознании, я умолял ее прекратить пытку, но она меня не слушала. Никогда. У меня не было никакой возможности освободиться, и она тоже называла это обучением. Я умолял ее убить меня, но напрасно. Я убил бы себя сам, но ее магия не позволяла мне этого сделать. Она заставляла меня вставать на колени и просить ее продолжать пытки. Я делал все, что она приказывала. У нее были подруги, и она иногда разрешала им тоже со мной… поразвлечься.

Кэлен сидела не шелохнувшись. Ей было трудно дышать.

– Ричард, я…

– Каждый день она брала меня за ошейник и приводила в специальную комнату, где ей никто не мешал упражняться с эйджилом. Весь пол там был залит кровью. Моей кровью. Иногда она пытала меня с утра до вечера. А потом ночью… Вот что значит для меня носить ошейник. Можно бесконечно рассуждать о том, что он мне поможет, и о том, что у меня нет выбора, но ошейник означает для меня именно это. Я совершенно точно знаю, что ты сейчас чувствуешь. Тебе кажется, что кожа твоя сожжена, мышцы разорваны и раздроблена кость. Теперь представь себе эти ощущения во всем теле и каждый день. Вот что значит носить ошейник морд-сит. И добавь еще безнадежность и мысли о том, что никогда больше не увидишь того, кого любишь. Я лучше умру, чем снова надену ошейник.

Кэлен потерла плечо. Все было именно так, как он описал. Она не могла ни говорить, ни думать. Да и кто в таком состоянии способен на разговоры? Она сидела и смотрела на него, а Ричард не отрывал глаз от огня. По щекам ее бежали слезы. Ей было больно за него.

Потом она внезапно услышала свой голос, хотя дала себе клятву не спрашивать его об этом:

– Денна сделала тебя своим мужем. Это правда?

Ричард не стал увиливать.

– Да, – прошептал он, не оборачиваясь. На щеке его блеснула слеза. – Откуда ты знаешь?

– Два квода под предводительством Деммина Насса настигли меня. Даркен Рал наложил на них заклятия, против которых была бессильна магия Зедда. И моя тоже. Зедд не мог даже пошевелиться: заклятия сковали его. Деммин Насс рассказал мне о том, что случилось с тобой. Он сказал, что ты умер. Тогда я призвала Кон Дар и убила его.

Ричард прикрыл глаза.

– Я был не в состоянии остановить ее. Клянусь, я пытался. Но ты не можешь себе представить, что она со мной вытворяла. У меня не было ни одного шанса. Она могла делать со мной все, что угодно. Ей не хватало дня. Она хотела пытать меня и ночью.

– Как может человек быть столь жестоким?

Ричард посмотрел на эйджил и медленно сжал его пальцами.

– За нее взялись, когда ей было двенадцать лет. Ее обучали этим же эйджилом. Тем, что сейчас на мне. Все, что она делала со мной, проделывали с ней. День за днем. Год за годом. На глазах у нее убили ее родителей. И некому было помочь ей. Она выросла на кончике эйджила, не видя никого, кроме своих мучителей. Она даже не знала, что на свете существуют надежда, сочувствие или любовь. Можешь ли ты представить себе весь этот ужас? Жизнь, состоящая из бесконечной боли. Они отняли у нее тело и душу. Сломали ее. Сделали одной из них. Даркен Рал лично занимался этим. Когда она мучила меня, эйджил причинял ей такую же боль, как и мне. Вот тебе пример магии. А однажды Даркен Рал избивал ее несколько часов, потому что решил, что она слишком мягко ко мне относится. Он содрал ей кожу со спины. – Ричард опустил голову. Он плакал. – И в конце ее жизни, наполненной безумием и болью, пришел я и, сделав свой меч белым, пронзил ее сердце. Перед смертью она попросила меня взять этот эйджил, чтобы я никогда не забыл о ней. Ей нужно было, чтобы хоть кто-нибудь понял ее. Это было все, чего она хотела: чтобы кто-нибудь понял и не забывал ее. Я поклялся, и она повесила эйджил мне на шею. А потом просто смотрела, как я поднимаю меч, чтобы убить ее. Она надеялась, что у меня достанет силы ее убить. Вот как можно сделать человека столь жестоким, как ты выражаешься. И если бы я мог, я бы оживил Даркена Рала ради того, чтобы иметь возможность убить его еще раз.

Кэлен сидела неподвижно, раздираемая противоречивыми чувствами. Она ненавидела Денну, ревновала и в то же время жалела ее. Она отвернулась, вытирая с лица слезы.

– Ричард, почему же у них ничего не вышло? Почему Денне не удалось сломить тебя? Как тебе удалось сохранить свой разум?

– Именно так, как сказали сестры. Я расщепил сознание. Я не знаю, как объяснить понятнее. Я не отдавал себе отчета в том, что делаю, но тем не менее спас себя. То, что составляет мою сущность, ушло далеко, а остальное я отдал на растерзание. Я позволил Денне делать с этим все, что угодно. Даркен Рал говорил, что только человек с даром способен на такое. Именно тогда я впервые услышал, как это называется.

Он лег на спину, прикрыв глаза ладонью. Кэлен достала одеяло и подложила ему под голову.

– Прости, – прошептала она.

– Все позади, а это главное. – Он убрал руку и с улыбкой взглянул на Кэлен. – Все позади, и мы вместе. В определенном смысле это пошло мне на пользу. Если бы Денна не «обучала» меня, я не смог бы сейчас противостоять головной боли. Быть может, ее уроки помогут нам выбраться из той ситуации, в которую мы попали.

Она с состраданием посмотрела на него:

– Но ведь тебе очень плохо.

Он слабо кивнул:

– Да. Но я лучше умру, чем опять надену на себя ошейник.

Теперь она понимала его – но цена, которой досталось ей это понимание, была слишком высока. Кэлен легла рядом и прижалась к Ричарду. В глазах у нее стояли слезы.

librebook.me


Смотрите также