Онлайн чтение книги Песнь молчаливых камней Глава 3. Молчаливые камни


Детская инсценировка "Молчаливый камень"

Детская инсценировка "Молчаливый камень"

По рассказу И. Рутенева

Действующие лица: дедушка, дети, Иван, люди, петух, ласточка, соловей, ребенок-ведущий.

Дедушка сидит, обтесывает колышки. Выбегают дети, играют. Идет мальчик Иван с колышками, дети обступают его.

Дети (Ивану)Ты кто?

ИванВаняшка.

ДетиА лет тебе сколько?

ИванСедьмой пошел.

ДетиА мамка с папкой у тебя есть?

ИванНет. Они умерли давно.

ДетиТак, значит, ты ничей?!

ИванДедушка говорит, я – Боженькин.

1-й ребенокТак не бывает. Ничей ты, сирота.

2-й ребенокСирота.

3-й ребенокСирота.

Иван идет к дедушке.

ИванДедушка, ребята меня сиротой дразнят.

ДедушкаДа какой же ты сирота? Ты, Иван – дитя Божие. Ты Господу и Богородице молишься, любишь их и почитаешь, как отца и мать. А разве назовешь сиротой того, у кого Бог – Отец, а Мать – Пресвятая Богородица? Не горюй, дитя.

Иван поет «Утренняя молитва» сл. И. Рутенина, муз. прот. И. Лепешинского.

Ведущий-ребенокВот так и жили неразлучно на самой окраине города, в маленькой избушке, мудрый Старик и Иван-отроча. И были они для Руси не прохожие, потому как делали они дела Божии: не лгали, не гордились, а постились да молились. А рядом с ними в том городе жили люди неверующие: Бога не прославляли, Евангелие не читали. Главное для них было – вкусно поесть да повеселиться.

Идут дети с лопатами, «копают» большую яму.

Дети (Люди)1-йЭх, потрудились мы славно, такую яму выкопали!

2-йНадо дом теперь строить!

3-йДа нет, лучше рынок, там все купить можно!

2-йДом важнее.

3-йА без рынка как жить?

1-йПошли лучше за советом!

Идут к Дедушке.

Люди1-йПомоги нам, отче, разреши спор. Вот вырыли мы большую яму. Что нам теперь с ней делать? Что строить?

2-йДом, где много людей жить будет?

3-йИли рынок, где все можно купить будет?

1-йИли место для всякого веселья соорудить? Что ты скажешь?

ДедушкаСтройте храм Божий.

ЛюдиЧто ты?!

1-йНам надо сначала самим себе жилье построить!

2-йПокушать вкусно да одеться хорошо!

3-йПотом повеселиться да погулять… А с храма Божьего что взять? Храм может и подождать.

ДедушкаПрежде всего, надо Бога прославить. Святые люди предсказывали, что настанет время у нас, на Святой Руси, когда и дети камни на строительство храмов Божиих на себе носить будут.

ЛюдиВот когда сбудется это предсказание, тогда мы церковь и построим. (Уходят.)

ИванПочему? Почему люди так говорят?

ДедушкаНичего, ничего. В Евангелии написано, что когда Господь Иисус Христос въезжал на осленке в Иерусалим, дети хвалили и славили Его. Злые же люди, фарисеи, запрещали им. Тогда Господь сказал фарисеям: «Если дети умолкнут, камни возопиют», - то есть подадут голоса свои. Так что прославляй Бога со мной, и все будет хорошо. Я раньше молиться на опушку леса, к огромному камню ходил. Да вот теперь сильно состарился, подзанемог и ногами слаб стал, так что не дойти мне самому до того камня. Пойди-ка ты, Ванюша, сходи к моему камню да послушай, кто что там говорить будет!

Иван идет к камню. На камень прилетает Петух.

ПетухКу-ка-ре-ку! Никто лучше меня не может Бога прославлять!

Петух поет песню.

Иван (возвращается к Дедушке)Был я, Дедушка, у твоего камня. Петух на камень прилетал, Бога славил своей песней.

ДедушкаА что камень-то ответил ему?

ИванКамень молчал.

ДедушкаПойди-ка снова, послушай, кто что у камня будет говорить.

Иван идет к камню. Прилетает Ласточка.

Ласточка поет песню.

Иван (Дедушке)Был я, Дедушка, у твоего камня. Ласточка на камень прилетала, Бога своей песней славила.

ДедушкаА камень-то что ей ответил?

ИванКамень молчал.

ДедушкаТак пойди еще в третий раз, послушай, кто что у камня говорить будет.

Иван идет к камню. Прилетает на камень Соловей.

Соловей поет песню.

Иван (Дедушке)Был я, Дедушка, у твоего камня. Соловей на камень прилетал, Бога своей песней славил.

ДедушкаА камень-то, камень-то что отвечал?

ИванКамень молчал.

ДедушкаСей камень знает, сколько бессонных ночей я на нем в молитве провел. Знает он и то, что только человек лучше всех созданий Божьих может Господа прославить. Видно, неспроста он молчит, со значением. Пойди-ка да отнеси его в ту ямину, что жители города выкопали.

Иван (идет к камню)Как мне, мальчишке, такой огромный камень в яму снести? Наверное, и один осколок от него пуд весит! Но Дедушку не послушаться нельзя. Послушание прежде всего. (Около камня.) Господи, благослови. (Крестится.)

Иван поднимает камень и относит его в яму.

Ведущий-ребенокИ откуда только у Ивана силы взялись?! Видно, Бог так сподобил. Отнес Иван огромный камень в яму. И как только свалил его с плеч, ударился камень о землю и воскликнул человеческим голосом:

Камень (голос в аудиозаписи)Слава Богу за все! Славьте Господа, люди, пока все камни земли Русской не возопили!

Люди1-йСлышите, слышите, люди, даже молчаливый камень Бога прославил!

2-йГрешно после этого человеку Создателя не прославить!

3-йДавайте тут же, на этом камне, церковь Божию строить!

Дети строят храм из объемных кубов.

Песня иеромонаха Романа «Русь Святая зовет».

ВедущийИ действительно, в храме наши души исполняются благодатным миром Христовым. Бывает, приходишь в дом Божий с внутренним смятением, тяжестью на сердце, а уходишь успокоенным, утешенным, примиренным.

© Все права защищены http://www.portal-slovo.ru

portal-slovo.ru

Келецчизна: молчаливые камни

Таинственные руины замков и средневековых крепостей интригуют и любителей истории, и фотографов, и среднестатистических зевак. Те первые, не щадя ни сил, ни времени, стараются определить, для чего именно служило то или иное сооружение и к какому периоду истории Речи Посполитой оно относится. Другие – зачаровываются удивительными панорамами, выискивая в объективе фотоаппаратов тот самый «убойный» кадр. Третьи – с удовольствием бродят по осыпавшимся стенам, копошась в груде камней, надеясь отыскать какой-нибудь мистический артефакт. Но и те, и другие, и третьи точно знают, что Келецчизна – идеальный край для осуществления их собственной мечты.

Келецчизна.

Осуществите свою мечту.

Келецчизна (как становится понятно с названия этого крохотного края) – околица города Кельце, находящихся в Свентокшиском воеводстве. Расположенная на Малопольской Возвышенности, Келецчизна известна прежде всего тем, что на ее территории находятся знаменитые Гуры Свентокшистске с их молчаливыми скальными нагромождениями, удивительная пещера Рай, доисторический кремниевый рудник «Кременки Опатовские», полноводные реки Нида, Пилица и Каменна, ну и, конечно же, воспетая польскими поэтами гора Лысица, возвышающаяся над регионом на высоту 612 метров над уровнем моря.

Кременки Опатовские.

Келецчизна – интересна и загадочна.

Но Келецчизна – это не только природные шедевры. Это еще и множество творений рук человеческих, которые вызывают неподдельный интерес у десятков тысяч туристов, ежегодно посещающих этот польский уголок. Рыцарские замки, средневековые крепости, старинные церквушки – настоящий рай для любителей архитектурных изысков. Одни из них пребывают в «здравом уме и светлой памяти», от других остались лишь смутные очертания каменных россыпей. Если о первых знают многие, то о тех, вторых, почти позабытых, вам расскажут, разве-что, такие сумасбродные путешественники, коими является и ваша покорная слуга. Так что не будем терять время зря и начнем знакомиться с молчаливо-каменной Келецчизной.

Гуры Свентокшиские.

О чем молчат эти камни?

Вот скажите мне, кто из вас может вечером без проблем доехать до руин рыцарской резиденции в Подгродзе возле Чмелова? А приходилось ли вам воочию увидеть разрушенные «на аминь» останки королевского замка в Мендзигуже? Кому из вас, в конце то концов, удалось разыскать в лесной глуши возле Рембова (Раков) печальные руины загадочного строения, предназначение которого до сих пор не могут объяснить ни историки, ни этнографы? И это – не говоря уже о рыцарском замке в Конарах, тут же за рогатками Климонтова, или в Сулеевой, возле Тарлова.

Руины королевского замка в Мендзигуже.

Смутные очертания каменных россыпей.

Все вы наверняка слышали о Хенцинском замке, развалинах в Бодзентыне, замке в Собкове и в Гурном Мокрске. Если даже и не слышали, то обязательно поинтересуйтесь этими удивительными остатками былой славы Речи Посполитой. Их полуразрушенные стены, обсыпавшиеся камни и заросшие цветущими кустарниками фундаменты расскажут вам неподдельную историю деяний великих королей, прославленных рыцарей и простых людей, которые обитали под тенью величественных сооружений. Хотя Келецчизна предлагает своим гостям множество современных интересностей, эти молчаливые камни таят в себе ту самую мистику, которой так богата Польша.

www.rech-pospolita.ru

Глава 3. «Песнь молчаливых камней.»

 

Возле коричневых камней сидела дракона и слушала их молчаливое пение. Пели они на самом деле или ей только казалось, Ши'А не знала. Но ей очень хотелось в это верить. Ее дети, ее пятеро малышей… Три сына и две дочери… Как славно они играли в детской, как весело смеялись и возились друг с другом. Ши'А любила наблюдать за забавами малышей. Ла'Рей - самая младшая дочка, голубая драконочка.

Ни'Ра - тремя годами старше своей сестры, умница, заботливая девочка. Ее мальчики, отважные и смелые - Кор, Ти'Рей, Уэн'Ши…

Как посмел этот ничтожный человек так поступить с ними? За что? Они же дети… беззащитные, не причинившие никому вреда… Сколько было слияний с Хранителями Меча, и ни разу никто не позволял себе такого. Хватит! Больше она не допустит появления Коричневого Лорда, ей нет больше дела до Владыки Предела. Плевать на весь мир, раз с ее детьми так поступили!

Дракона издала пронзительный крик, полный боли и горечи. Камни в ответ пели:

"Мы любим тебя, мамочка! Любили всегда, и будем любить! Не плачь…" Ши'А с безнадежностью посмотрела на своих заколдованных детей. После того черного дня она перенесла камни на это место - высокогорное плато Вангейской гряды. Запретное место для всех живущих на Регнале. Никто не смеет приближаться сюда под страхом смерти. Каждый день дракона прилетает к своим детям вот уже в течение тысячи лет, чтоб побыть с ними наедине.

Безнадежность… Без веры в изменение к лучшему…

Неожиданно дракона почувствовала, как вибрации пси-поля резко изменились. Он вернулся! Коричневый Лорд вернулся! Ши'А окатило жаром гнева. Ее враг снова пришел в их мир!

Он далеко, не здесь, не на Регнале, но дракона все равно уловила его приход. Что ж! Она успеет подготовиться к встрече. Хранитель, так или иначе, начнет ее разыскивать, пусть. Глупец еще не знает, что вместо слияния его ждет смерть.

Ши'А расправила крылья и, взглянув на молчаливые камни, полетела во дворец.

Ветер ударил в ее могучую грудь, в висках стучала кровь. Детоубийца вернулся!

Дракона обдумывала план действий, и на подлете к дворцу он почти сложился.

Не медля ни минуты, Ши'А проследовала в тронный зал и вызвала к себе военного советника. Молодой черный дракон не заставил себя долго ждать. Глядя на нервно бьющую хвостом императрицу, Дар сразу понял - произошло нечто серьезное.

- Я слушаю тебя, Мудрая, говори.

Ши'А с нежностью взглянула на него - милый мальчик, она позволяла себе так называть Дара, преданный, честный. Ему можно довериться, как никому другому.

- Свершилось то, о чем мы неоднократно говорили с тобой, Дар.

- Он вернулся? - теперь дракону стало понятно поведение Мудрой.

- Да, мой мальчик, вернулся.

Черный дракон, впервые услышав историю появления "камней императрицы", ощутил всю ее боль и поклялся отомстить. Простой мальчишка, он настойчиво пытался попасть в гвардию, прилагая к этому все силы и знания. Рвение и талант помогли ему добиться повышения во время военной службы, и через несколько лет Дар попал в личную гвардию ее величества. Ши'А обратила внимание на подающего большие надежды молодого офицера, и спустя несколько лет возмужавший Дар стал ее военным советником. Обладая острым умом, умением логически мыслить и просчитывать на три хода вперед любое действие, черный дракон не раз доказал, что достоин своего звания и права находиться возле императрицы. Принимая ее боль, как свою, Дар не раз обсуждал с драконой план действий на случай, если Коричневый Лорд вернется.

И вот этот момент настал.

- Ты знаешь, что делать, - императрица перестала бить хвостом. - Отправляйся на Арлил, живым Лорд мне не нужен, привези его голову.

- Именно так я и поступлю, ваше величество, - поклонился Дар.

- И помни, магия Предела даст возможность нам общаться, но постарайся пользоваться ею как можно реже. Береги свои силы, мой мальчик.

Дар знал, что вызывая магию Предела, он будет вынужден терять внутреннюю энергию, необходимую для поддержания человеческого облика.

В свое время Ши'А научила черного дракона менять форму тела, прекрасно осознавая, что в естественном обличье он не сможет отыскать на Арлиле Коричневого Лорда.

Наука перевоплощения давалась Дару нелегко, каждая такая трансформация сопровождалась дикой болью. Но он терпел, стиснув зубы, думая лишь о мести. На обучение ушли годы, долгие болезненные годы, но в конечном итоге дракон научился менять свое тело и поддерживать его на протяжении длительного времени. Он был одним из лучших магов империи, по силе своей уступая только самой Ши'А.

- Постарайся избегать встреч с инквизиторами, мой мальчик. Если они поймут, кто ты, то… я не смогу вытащить тебя из их лап.

При упоминании об инквизиторах глаза Дара запылали яростью. Благодаря стараниям этих тварей на Арлиле не осталось ни одного дракона. После гибели Аркмена инки совсем озверели и принялись повсеместно уничтожать крылатых ящеров, используя помимо огнестрельного оружия еще и магию. Неся большие потери, оставшиеся в живых драконы были вынуждены покинуть планету, найдя убежище на Регнале. Через несколько лет на Арлиле не осталось ни одного из них. Укрепив оборону, драконы начали уничтожать любой космический корабль, выходящий на орбиту планеты. В свою очередь они выпроводили с Регнала всех людей, навеки закрыв им доступ на священную землю драконов.

И все же поквитаться с убийцами Дару хотелось очень давно, у него с ними были личные счеты. Сердце в груди заныло… Его милая Рейта, малышка, розовая драконочка… Девочка так кричала и звала на помощь, а он не смог… Дара, полуживого, случайно нашли среди тел взрослых драконов отступающие солдаты, принесли на корабль, выходили - вернули с того света. А сестренка погибла… Но что он тогда мог сделать - девятилетний мальчишка? Против сотни вооруженных магов не смогли устоять даже взрослые драконы, отчаянно сражавшиеся за жизнь своих детей. Из всего гнезда выжил только Дар. Выжил, вырос с болью и ненавистью в сердце. Крик сестренки, которую проклятые инки сжигали заживо, он и до сих пор слышал по ночам.

- Не время для сведения личных счетов, Дар, - Ши'А поняла, какие мысли завладели советником.

- Я знаю, ваше величество, знаю… Не беспокойтесь, я умею обуздывать гнев и не перепутаю миссию с собственным интересом.

- Вот и прекрасно.

Ши'А задумчиво посмотрела на черного дракона: он действительно хорошо умеет управлять своими эмоциями, трезво оценивать ситуацию, усмирять драконий гнев - настоящий воин.

- Иди, - императрица подошла к нему и обняла. - Удачи тебе, мой мальчик.

Советник поклонился и вышел. В сердце Ши'А сжалась какая-то пружина - начинается новое время, время ожидания.

Дар быстро шел по дорожке дворцового парка и обдумывал, что еще нужно сделать: предстояло решить несколько вопросов, связанных с отлетом. Отдать распоряжения в отношении личных дел, собрать необходимые вещи, еще раз проанализировать и просмотреть план полета и посадки на Арлил. К тому же Дар хотел лично проверить техническое состояние челнока. Его сконструировали специально для Дара-человека по приказу самой императрицы, поскольку драконьи космические корабли не приспособлены для людей.

Ближе к вечеру, когда основная масса вопросов была решена, дракон разложил на столе географическую карту Арлила.

"Надеюсь, что за прошедшие столетия там мало что изменилось", - подумал Дар.

В свое время они с императрицей детально продумали перелет и выбрали более-менее подходящие для посадки места. Лучшим казалось высокогорное плато в Квертонайской гряде. Довольно ровная площадка, со всех сторон окруженная горами - чем не место для посадки? Ко всему прочему, на такой высоте вряд ли кто-нибудь соберется "погулять", поэтому корабль можно спокойно оставить. Единственное, что портило картину - это спуск с высокогорья на равнину. Конечно, Дар мог бы попросту слететь вниз или телепортироваться, но и то, и другое повлечет ненужные последствия. Летящего дракона могут увидеть, а выплеск Силы почувствуют все маги планеты. Даже в человеческий облик Дар решил перевоплотиться еще до отлета - мало ли что может случиться по дороге.

"Главное - не нарваться на инков, - рассуждал дракон, - императрица права, встреча с этими обезумевшими убийцами мне ни к чему. Да и Адепты тоже хороши…"

litra.pro

Читать онлайн электронную книгу Песнь молчаливых камней - Глава 3 бесплатно и без регистрации!

Возле коричневых камней сидела дракона и слушала их молчаливое пение. Пели они на самом деле или ей только казалось, Ши'А не знала. Но ей очень хотелось в это верить. Ее дети, ее пятеро малышей… Три сына и две дочери… Как славно они играли в детской, как весело смеялись и возились друг с другом. Ши'А любила наблюдать за забавами малышей. Ла'Рей — самая младшая дочка, голубая драконочка. Ни'Ра — тремя годами старше своей сестры, умница, заботливая девочка. Ее мальчики, отважные и смелые — Кор, Ти'Рей, Уэн'Ши…

Как посмел этот ничтожный человек так поступить с ними? За что? Они же дети… беззащитные, не причинившие никому вреда… Сколько было слияний с Хранителями Меча, и ни разу никто не позволял себе такого. Хватит! Больше она не допустит появления Коричневого Лорда, ей нет больше дела до Владыки Предела. Плевать на весь мир, раз с ее детьми так поступили!

Дракона издала пронзительный крик, полный боли и горечи. Камни в ответ пели:

«Мы любим тебя, мамочка! Любили всегда, и будем любить! Не плачь…»

Ши'А с безнадежностью посмотрела на своих заколдованных детей. После того черного дня она перенесла камни на это место — высокогорное плато Вангейской гряды. Запретное место для всех живущих на Регнале. Никто не смеет приближаться сюда под страхом смерти. Каждый день дракона прилетает к своим детям вот уже в течение тысячи лет, чтоб побыть с ними наедине.

Безнадежность… Без веры в изменение к лучшему…

Неожиданно дракона почувствовала, как вибрации пси-поля резко изменились. Он вернулся! Коричневый Лорд вернулся! Ши'А окатило жаром гнева. Ее враг снова пришел в их мир!

Он далеко, не здесь, не на Регнале, но дракона все равно уловила его приход. Что ж! Она успеет подготовиться к встрече. Хранитель, так или иначе, начнет ее разыскивать, пусть. Глупец еще не знает, что вместо слияния его ждет смерть.

Ши'А расправила крылья и, взглянув на молчаливые камни, полетела во дворец. Ветер ударил в ее могучую грудь, в висках стучала кровь. Детоубийца вернулся! Дракона обдумывала план действий, и на подлете к дворцу он почти сложился.

Не медля ни минуты, Ши'А проследовала в тронный зал и вызвала к себе военного советника. Молодой черный дракон не заставил себя долго ждать. Глядя на нервно бьющую хвостом императрицу, Дар сразу понял — произошло нечто серьезное.

— Я слушаю тебя, Мудрая, говори.

Ши'А с нежностью взглянула на него — милый мальчик, она позволяла себе так называть Дара, преданный, честный. Ему можно довериться, как никому другому.

— Свершилось то, о чем мы неоднократно говорили с тобой, Дар.

— Он вернулся? — теперь дракону стало понятно поведение Мудрой.

— Да, мой мальчик, вернулся.

Черный дракон, впервые услышав историю появления «камней императрицы», ощутил всю ее боль и поклялся отомстить. Простой мальчишка, он настойчиво пытался попасть в гвардию, прилагая к этому все силы и знания. Рвение и талант помогли ему добиться повышения во время военной службы, и через несколько лет Дар попал в личную гвардию ее величества. Ши'А обратила внимание на подающего большие надежды молодого офицера, и спустя несколько лет возмужавший Дар стал ее военным советником. Обладая острым умом, умением логически мыслить и просчитывать на три хода вперед любое действие, черный дракон не раз доказал, что достоин своего звания и права находиться возле императрицы. Принимая ее боль, как свою, Дар не раз обсуждал с драконой план действий на случай, если Коричневый Лорд вернется. И вот этот момент настал.

— Ты знаешь, что делать, — императрица перестала бить хвостом. — Отправляйся на Арлил, живым Лорд мне не нужен, привези его голову.

— Именно так я и поступлю, ваше величество, — поклонился Дар.

— И помни, магия Предела даст возможность нам общаться, но постарайся пользоваться ею как можно реже. Береги свои силы, мой мальчик.

Дар знал, что вызывая магию Предела, он будет вынужден терять внутреннюю энергию, необходимую для поддержания человеческого облика.

В свое время Ши'А научила черного дракона менять форму тела, прекрасно осознавая, что в естественном обличье он не сможет отыскать на Арлиле Коричневого Лорда. Наука перевоплощения давалась Дару нелегко, каждая такая трансформация сопровождалась дикой болью. Но он терпел, стиснув зубы, думая лишь о мести. На обучение ушли годы, долгие болезненные годы, но в конечном итоге дракон научился менять свое тело и поддерживать его на протяжении длительного времени. Он был одним из лучших магов империи, по силе своей уступая только самой Ши'А.

— Постарайся избегать встреч с инквизиторами, мой мальчик. Если они поймут, кто ты, то… я не смогу вытащить тебя из их лап.

При упоминании об инквизиторах глаза Дара запылали яростью. Благодаря стараниям этих тварей на Арлиле не осталось ни одного дракона. После гибели Аркмена инки совсем озверели и принялись повсеместно уничтожать крылатых ящеров, используя помимо огнестрельного оружия еще и магию. Неся большие потери, оставшиеся в живых драконы были вынуждены покинуть планету, найдя убежище на Регнале. Через несколько лет на Арлиле не осталось ни одного из них. Укрепив оборону, драконы начали уничтожать любой космический корабль, выходящий на орбиту планеты. В свою очередь они выпроводили с Регнала всех людей, навеки закрыв им доступ на священную землю драконов.

И все же поквитаться с убийцами Дару хотелось очень давно, у него с ними были личные счеты. Сердце в груди заныло… Его милая Рейта, малышка, розовая драконочка… Девочка так кричала и звала на помощь, а он не смог… Дара, полуживого, случайно нашли среди тел взрослых драконов отступающие солдаты, принесли на корабль, выходили — вернули с того света. А сестренка погибла… Но что он тогда мог сделать — девятилетний мальчишка? Против сотни вооруженных магов не смогли устоять даже взрослые драконы, отчаянно сражавшиеся за жизнь своих детей. Из всего гнезда выжил только Дар. Выжил, вырос с болью и ненавистью в сердце. Крик сестренки, которую проклятые инки сжигали заживо, он и до сих пор слышал по ночам.

— Не время для сведения личных счетов, Дар, — Ши'А поняла, какие мысли завладели советником.

— Я знаю, ваше величество, знаю… Не беспокойтесь, я умею обуздывать гнев и не перепутаю миссию с собственным интересом.

— Вот и прекрасно.

Ши'А задумчиво посмотрела на черного дракона: он действительно хорошо умеет управлять своими эмоциями, трезво оценивать ситуацию, усмирять драконий гнев — настоящий воин.

— Иди, — императрица подошла к нему и обняла. — Удачи тебе, мой мальчик.

Советник поклонился и вышел. В сердце Ши'А сжалась какая-то пружина — начинается новое время, время ожидания.

Дар быстро шел по дорожке дворцового парка и обдумывал, что еще нужно сделать: предстояло решить несколько вопросов, связанных с отлетом. Отдать распоряжения в отношении личных дел, собрать необходимые вещи, еще раз проанализировать и просмотреть план полета и посадки на Арлил. К тому же Дар хотел лично проверить техническое состояние челнока. Его сконструировали специально для Дара-человека по приказу самой императрицы, поскольку драконьи космические корабли не приспособлены для людей.

Ближе к вечеру, когда основная масса вопросов была решена, дракон разложил на столе географическую карту Арлила.

«Надеюсь, что за прошедшие столетия там мало что изменилось», — подумал Дар.

В свое время они с императрицей детально продумали перелет и выбрали более-менее подходящие для посадки места. Лучшим казалось высокогорное плато в Квертонайской гряде. Довольно ровная площадка, со всех сторон окруженная горами — чем не место для посадки? Ко всему прочему, на такой высоте вряд ли кто-нибудь соберется «погулять», поэтому корабль можно спокойно оставить. Единственное, что портило картину — это спуск с высокогорья на равнину. Конечно, Дар мог бы попросту слететь вниз или телепортироваться, но и то, и другое повлечет ненужные последствия. Летящего дракона могут увидеть, а выплеск Силы почувствуют все маги планеты. Даже в человеческий облик Дар решил перевоплотиться еще до отлета — мало ли что может случиться по дороге.

«Главное — не нарваться на инков, — рассуждал дракон, — императрица права, встреча с этими обезумевшими убийцами мне ни к чему. Да и Адепты тоже хороши…»

Размышляя, Дар собирал нужные вещи, периодически возвращаясь к карте. Челнок необходимо будет спрятать, да понадежней. Если «охота» окажется удачной, то вернуться домой с трофеем он сможет только на нем. А если нет… дракон давно уже принял решение, что будет, если ему не удастся достать голову Лорда. И еще — после посадки не забыть бы ввести в бортовой комп режим автостарта и координаты Регнала. Мало ли в каком состоянии он вернется к челноку, всякое может случиться.

Остаток ночи дракон провел в полудреме. Как он ни старался — уснуть не удавалось. Мысли постоянно крутились в голове, мешая спать, заставляли просыпаться и проверять, все ли он сделал. Затем Дар вновь ложился и в очередной раз пытался уснуть. Но что-то вновь вынуждало открыть глаза. В один из моментов короткого сна, он увидел свою сестренку. Малышка улыбалась ему и махала, зовя за собой. Дар улыбался в ответ, радуясь тому, что видит Рейту. Но вдруг все ее тело охватило огнем, драконочка задергалась, дико крича от боли. Этот крик рвал сердце и давил на уши. Дар вскочил, тяжело дыша, и понял, что кричит он сам. Рассвет дракон встретил сидя за столом, склонившись над картой.

«Пора, — глядя в окно, подумал он. — Что ж, господа инквизиторы, и ты, Коричневый подонок, ждите гостя…».

Провожать его, естественно, никто не пришел, но Дар знал, что Ши'А сейчас стоит у окна и молится Всевышнему за него.

Перед тем как сесть в челнок, предстояло сделать самое неприятное. Дар склонил голову и, погрузившись в собственное подсознание, начал менять структуру тела. Когда он закончил, возле челнока стоял мужчина лет тридцати, ростом около двух метров и крепкого телосложения. Дар знал, как выглядит. Это только в первый раз у него был шок, когда увидел свое новое отражение в зеркале. Потом дракон привык, что у него две руки, две ноги и нет хвоста, а вместо роговых пластин на голове короткие черные волосы. По человеческим меркам его можно было считать красавцем, но себе он казался законченным уродом. Все же мерзкие существа эти двуногие. Хорошо еще, что в человеческом теле сохраняется драконья сила.

Дар с презрением оглядел голое тело — мерзость, да и только! Закончил он неприятную процедуру тем, что накинул на себя полог непроницаемости. Мало ли какая сволочь захочет «поближе» его разглядеть. Он достал из мешка заранее приготовленную человеческую одежду и оделся. Какие все же они чудные, эти человеки — не могут ходить без этих тряпок. Надев рубашку и брюки, Дар раздраженно передернул плечами — хочешь не хочешь, а придется терпеть. В конце концов он привыкнет носить одежду.

Устроившись поудобней в кресле пилота, дракон запустил программу старта.

«База, вызывает „Черный“, как слышите? Прием».

«Все в порядке, „Черный“, слышу хорошо. Взлет разрешаю».

Огромный люк ангара медленно пополз в сторону, открывая стартовую площадку.

«Удачного полета, Дар», — голос из динамика показался дракону знакомым, но вспоминать, кому он принадлежит, у дракона не было ни времени, ни желания.

«Спасибо», — ответ прозвучал машинально, он, не отрываясь, следил за миганием мониторов бортового компа.

Драконы-техники помогли Дару выкатить челнок на стартовую площадку. Дрожь прошла по корпусу — заработал двигатель. Взревев, челнок оторвался от земли и взмыл вверх.

* * *

Зарывшись в бумаги, разбросанные по столу, магистр Рифальд без особого энтузиазма читал очередной отчет. Нудное занятие, но оставлять без визы хотя бы одну бумажку нельзя — положение обязывает. Как ни крути, но если ты Верховный магистр Ордена Скорбного Дня, то будь любезен соответствовать. Рифальд старался держать под контролем все дела Ордена, даже такие, как доносы и отчеты подчиненных.

Бегло просматривая строчки, написанные неровным корявым подчерком, магистр поморщился — опять Шимона… Вместо того чтобы кратко изложить суть дела, эта дамочка во всех подробностях описывает допрос.

«Подозреваемый в пособничестве адептам господин Клурш после суток, проведенных на дыбе, продолжает упорно отрицать свою вину. Для дальнейшего проведения допроса мне пришлось прибегнуть к помощи „жала справедливости“. Раскалив его на огне добела…»

Рифальд сморщился. Не повезло господину Клуршу… Шимона — опытный инквизитор, умеет развлекаться. Где-то в глубине души Рифаль и сам побаивался ее. Стройная красотка обладала богатой фантазией, граничащей с безумием. Подруги «по цеху» прозвали ее «смерть в седле» за мертвенно-бледный вид и пустые серые глаза. Вытравленные длинные белые волосы обрамляли точеное лицо инквизиторши, придавая ему пугающую красоту.

«…после этого господин Клурш потерял сознание. Пришлось приводить его в чувство с помощью магии».

Закрыв глаза, магистр откинулся на спинку стула. Он сам учил эту женщину магии, почти с шестилетнего возраста и до того момента, как она стала миссионером в двадцать пять. Сейчас ей тридцать три, и она порядочная стерва, владеющая магией пятого, наивысшего уровня. За восемь лет службы Шимона взлетела по служебной лестнице, пройдя путь от миссионера до инквизитора. Циничная и расчетливая, она не останавливалась ни перед чем, чтоб добиться своего. Надо было убить — Шимона убивала, а если желали ее, то без зазрения совести раздвигала ноги.

Среди новичков-миссионеров из группы зачистки Шимона выделялась агрессивным характером и стремлением пробиться в лидеры. Перед начинающими миссионерами ставили задачу — отправиться в один из населенных пунктов, чтобы привлечь новых сторонников, пропагандируя учения великого наставника — Коричневого Лорда, а заодно поразвлечься с несогласными.

С первых же дней пребывания в группе она дала понять остальным, что с ней лучше не спорить и не вставать у нее на дороге. Уже в те далекие дни магистр Рифальд был неравнодушен к своей ученице, посматривая на нее похотливым взглядом. Шимона, поняв какие перспективы могут открыться перед ней, не мучаясь этической стороной дела, быстро прыгнула в его постель. Незаметно для себя старик Рифальд оказался во власти этой женщины, и теперь она крутила им как вздумается. Магистр вздохнул.

Робкий стук в дверь заставил старика поморщиться. Визиты в столь позднее время его раздражали. Ничего хорошего полуночный визитер принести не мог, в замке все прекрасно знали, что беспокоить Рифальда после одиннадцати вечера по пустякам — себе дороже. Только срочное и неотложное дело могло послужить оправданием наглецу.

— Кого еще там лихо принесло? — раздраженно спросил магистр.

— Ваша светлость, у нас проблемы, — донеслось из-за двери.

— Что еще?

— В усыпальнице… Там такое…

Магистр напрягся. Раз в усыпальнице не все в порядке, то это действительно проблема, да еще какая. Посторонних там не бывает, а из посвященных никто не позволит себе что-либо делать в ней без его ведома. Рифальд встал и зашаркал к двери. Этот сгорбленный старик напоминал паука, ползущего по стене — такие же неторопливые движения, корявые руки, походящие на паучьи лапы. Маленькие злобные глазки и широкие скулы, длинный крючковатый нос с горбинкой и узкие губы широкого рта. Что и говорить — красавцем его даже в молодости трудно было назвать.

Выйдя из своего кабинета, Рифальд столкнулся нос к носу со стоящим возле дверей посыльным. Зыркнув на него из-под густых бровей, магистр направился вниз по лестнице, ведущей к усыпальнице. Посыльный, облегченно вздохнув, растворился в полумраке коридора, радуясь, что старый пердун не отыгрался на его спине.

Чем ближе подходил магистр к священному для каждого инквизитора месту, тем тревожней ему становилось. Не приведи Великий, чтобы со статуей Коричневого Лорда что-то случилось. Неужели нашелся наглец, посмевший поднять руку на священное изваяние Аркмена? Если это так, то святотатцу придется плохо, очень плохо. И он, глава Ордена, об этом позаботится. Спустившись, магистр торопливо засеменил по коридору к дверям усыпальницы. С полдюжины верховных инков толпились у входа и нервно переговаривались. Не обращая на них внимания, Рифальд вошел в усыпальницу и замер на месте с открытым ртом. Огромная статуя Лорда взирала на него огненно-красными глазами. Это означало только одно — ОН вернулся. Магистру стало трудно дышать. Хватаясь рукой за сердце, Рифальд медленно сполз по стене на пол.

Неужели пророчество сбывается? То, что всю свою жизнь он считал вымыслом, предназначенным для толпы, стало реальностью? Не может быть! Многое из «священного писания» он придумал лично, для своей пользы, а теперь получается, что… Ему опять стало нехорошо. Глупец… Никогда не верил в то, что глаза этого каменного изваяния оживут, как написано в пророчестве.

«И взглянет на Арлил Великий Лорд яростным взором, и вновь ступит на эту землю его нога, и накроет его десница все державы от моря до моря. И те, кто ослушаются его или разгневают с умыслом или по неведению — падут от Меча Предела. И спросит со всех Коричневый Лорд за их деяния, совершенные в годы его отсутствия, наградит верных ему и накажет нерадивых».

— Да кто ж тебя просил являться сюда?.. — простонал Рифальд, тоскливо глядя на горящие глаза, — Кому ты тут нужен?.. Жили без тебя столько лет и еще столько же проживем…

Собрав всю волю в кулак, магистр успокоился и принялся обдумывать случившееся. Возвращение Лорда ставило под угрозу его собственное господство, к которому он давно привык. Выходит, что теперь он — Рифальд Декаско — вынужден будет принести клятву верности и остаться на вторых ролях? Расстаться с безграничной властью? Ни за что!

Первым делом магистр приказал запереть усыпальницу и никого туда не пускать, а сам направился в свой рабочий кабинет. Достав из шкафа тайное писание о жизни Великого Аркмена, которое он хранил в секрете от всего Ордена на протяжении многих лет, Рифальд принялся перечитывать его заново. Но теперь он уже по-другому расставлял акценты, совершенно иначе воспринимая информацию. Впиваясь в каждую строчку глазами, глава Ордена искал ответы на мучившие его вопросы. И нашел их!

До какой же степени он не верил в возвращение Лорда, что так легкомысленно относился к пророчеству? Надо было уделить этому должное внимание, тогда бы сейчас он во всеоружии встретил незваного гостя. Время безнадежно упущено, однако шанс есть. Радовало, что, явившись на Арлил, Лорд еще не обладает полной силой и ему нужно учиться магии Предела. Как долго это продлится, Рифальд не знал, но надеялся, что времени хватит. А раз так, у него появится возможность убрать новоявленного Коричневого Лорда. Магистр задумался.

Первый вопрос: как это сделать, и второй: кому поручить. Самой подходящей кандидатурой на роль охотника была Шимона. Ловкая стерва, хитрая, жестокая — ну, кто, как не она? В конечном итоге, сам магистр почти ничем не рискует: если Шимона справится, то он останется единственным хозяином Ордена, да и почти всего Арлила. В противном случае он тоже не будет внакладе — избавится от надоевшей пассии, хотя, конечно, о безраздельной власти придется забыть. А делиться властью — ой, как не хочется…

И как его угораздило в свое время попасться на удочку дрянной девчонки? Надо же было дать себя уговорить на столь бредовую идею — замкнуть его удачу на их любви! И он, старый дурак, повелся! Да еще закрепил эту связь необратимым заклятьем. Точно говорят — сперма в голову ударила. Любви-то давно нет, а заклятье снять не получается. Как он тогда говорил — пока смерть не разлучит нас? Шимона тоже не лыком шита, понимала, что рано или поздно надоест магистру, и укрылась еще под одним заклятьем — воздвигнув вокруг себя защитный купол. А кто его создал? Естественно, влюбленный дуралей. Вот и получается, что пробить этот купол сможет только маг, превосходящий его по Силе, а на Арлиле такой пока еще не родился. Или родился?

По мрачным коридорам и залам замка Доридор поползли слухи о возвращении Коричневого Лорда.

* * *

За высокими стенами Дома Веры адептов Владыки Предела творилось что-то непонятное. Вытирая слезы и сморкаясь в огромный носовой платок, отец Лазурий с нескрываемой радостью смотрел на часы старой башни. На территории замка башня Владыки являлась самой древней постройкой, пережившей не одну тысячу лет. Никто не знал даже примерно, когда ее воздвигли, но поговаривали, что башня эта — творение рук самого первого Владыки Предела. Ветер, солнце и дожди делали свое дело, из года в год разрушая каменные стены. Башню ремонтировали, восстанавливали поврежденные участки, но ни время, ни природа не могли повредить ее сердцу — огромным часам. Их уникальность заключалась в том, что стоило Хранителю появиться на Арлиле, как они начинали идти и вновь замирали только с уходом Владыки.

Отец Лазурий долго ждал этого часа. Всю свою жизнь старик надеялся на приход нового Хранителя. Еле уловимое ухом пощелкивание стрелок на циферблате прозвучало для него, как небесная музыка. Старик всхлипнул — счастье-то какое! Рядом с ним стоял мальчишка лет тринадцати в просторных холщевых штанах и косоворотке навыпуск. Паренек с изумлением смотрел на деда. Всеобщее ликование и радость были ему понятны, но плакать-то зачем? Кутерьма поднялась в замке с самого обеда, когда на пустом циферблате башенных часов вдруг появились стрелки и пошли по кругу. Повсюду говорили только о возвращении Владыки, о том, что скоро все изменится.

— Дед, не надо плакать! — не вытерпел мальчишка и дернул за рукав отца Лазурия.

Потрепав паренька по непослушным соломенным вихрам, старик посмотрел в его лучистые глаза:

— Глупый ты, Вашек, мал еще, чтобы понять, — он смахнул слезу. — Мал еще…

Мальчишка надул губы. Ха! Как же, мал! Уже второй десяток пошел, и сила есть, и рост. Скажет тоже дед… К тому же первый ученик в своем классе, надежда всей школы, самый лучший маг среди одногодков. И говорить, что он мал, никому не позволено, даже родному деду, пусть даже он не кто иной, как сам отец Лазурий — патриарх Дома Веры.

Старшие отцы и матери Дома столпились вокруг башни и ждали распоряжений. Не медля больше ни минуты, отец Лазурий велел им собраться в зале Совета. Вашеку было до жути интересно послушать, о чем пойдет речь. Но парнишка прекрасно понимал, что его ни за что не пропустят в зал заседаний. Впрочем, он особенно и не расстраивался. Никто так хорошо не знал все потайные ходы и лазейки в замке, как Вашек. Похоже, даже дед не догадывается о существовании многих из них.

Собирая пузом пыль, мальчишка двигался по узкому лазу, помогая себе локтями. Ползти было крайне неудобно, но Вашек упорно продолжал путь к намеченной цели — небольшому слуховому окну, как раз под потолком зала собраний. Еле сдерживаясь, чтобы не чихнуть из-за пыли, упорно лезущей в нос, мальчишка вслушался в разговор.

— Да-да-да-да, — тараторил отец Флавий, — и чем раньше мы найдем Хранителя, тем спокойней будет нам всем.

В ответ раздалось бурное одобрение.

— Вопрос в том, кого мы направим на поиски Хранителя. Не стоит забывать, что инквизиторы тоже приложат все усилия, чтобы первыми отыскать его, — отец Лазурий вздохнул. — Не хотелось бы появления нового Аркмена. Мать драконов до сих пор не может простить той подлости. И это еще один повод для беспокойства.

«Вот оно что, — присвистнул Вашек, — значит, дед собирается искать Хранителя. Это становится интересно».

— Решать нужно сегодня же, чтобы завтра отправить отряды на поиск, — вставила свои пять грошей мать Риза.

— Да-да-да, — закивал отец Флавий.

— Сейчас сделаем перерыв, — предложил отец Лазурий. — Прошу всех приготовить списки кандидатур. Через час соберемся вновь, рассмотрим их и определимся.

Задвигав стульями, старшие отцы и матери поднялись и отправились каждый в свои апартаменты. Выждав, когда они разойдутся, Вашек пыхтя, пополз обратно. В голове мальчишки родился план, которым он не собирался ни с кем делиться.

* * *

Шимона слушала магистра Рифальда, крутя между пальцами карандаш, нагло стянутый с его стола.

— Почему я? — поинтересовалась инквизиторша, — В чем подвох?

— Никакого подвоха, просто никому другому я не могу открыть свои планы, — честно признался магистр.

Карандаш лег на стол. Лицо женщины не выражало никаких эмоций.

— Неужели?

«Дрянная девка, — разозлился Рифальд, — я начинаю жалеть, что раскрыл перед ней карты».

— Что тебя не устраивает? Пойми, если я отправлю на это задание кого-то другого, где гарантии, что этому «другому» не придет в голову мысль предать меня? Возьмет и перекинется на сторону Хранителя. Обучит его всему, сделает сильным магом, и тогда нам с тобой не поздоровится.

«Ты прав, старый осел, ой, как прав, — усмехнулась про себя Шимона, — Эта мысль уже пришла — ко мне».

И в самом деле — зачем ей старый, вечно брюзжащий маг-любовник, когда появилась такая перспектива? Инквизиторша нисколько не сомневалась в собственной неотразимости, считая себя самой красивой женщиной Арлила. Молодой Хранитель просто обязан в нее влюбиться и пасть у ног.

Пока Рифальд распинался, выкладывая свои соображения по данному делу, Шимона уже решила, как поступит.

— Меня устраивает все, кроме оплаты.

— Какой оплаты? — не понял магистр. — Мы об этом не договаривались.

— Вот это меня и не утраивает. Я хочу денежное вознаграждение за работу.

«Вот гадюка, — маг продолжал улыбаться своей пассии, — не упустит возможности почистить мои карманы».

— Сто золотых тебя устроят?

— Смеешься? — Шимона презрительно фыркнула.

— Хорошо, хорошо… Сколько ты хочешь?

— Тысячу, — не моргнув глазом, заломила цену инквизиторша.

— Пятьсот, — недовольно проворчал Рифальд.

— Полторы… — словно на базаре торговалась Шимона.

— Восемьсот, — маг потихоньку закипал.

— Две, — инквизиторша достала самокрутку и закурила, нагло выпуская дым в лицо магистру.

— Прекрати сейчас же курить эту дрянь! — маг ударил ладонью по столу. — Сколько можно повторять, что эта трава отравляет твой разум и наносит вред здоровью!

— Это с какого перепугу тебя стало волновать мое здоровье?

— С того самого, когда у тебя голову сорвало. Совсем дурная стала.

Аккуратно загасив кончик самокрутки, Шимона убрала косячок в серебряный портсигар.

— Потом добью, — ухмыляясь, нагло заявила она.

Магистр выругался.

— Тысячу и ни одним золотым больше. Это мое последнее слово, — сухо отрезал он.

«Сквалыга», — Шимона победно улыбнулась. Что-что, а выбивать из старого зануды деньги она умела.

— Договорились. Когда я получу деньги?

— Лучше бы поинтересовалась, когда приступать к заданию, — пальцы старика отбивали дробь на столе.

— Завтра отправлюсь, — разглядывая маникюр, небрежно бросила Шимона.

— Сегодня! — рявкнул маг.

Глаза его пылали злобой и желанием придушить пассию. Медленно покачивая бедрами, та продефилировала к двери.

— За деньгами зайду через час.

* * *

Из соседней комнаты слышалось посапывание деда. Стараясь не шуметь, Вашек на цыпочках подкрался к столу и положил на него сложенный вдвое лист бумаги. Записка объяснит деду, куда и зачем ушел его внук.

Прекрасно понимая, что никто его не отпустит на поиски Хранителя, и уж тем более, не зачислит в альфа-отряд, мальчишка пошел на отчаянный шаг — решил сбежать. Ему жутко хотелось самому отыскать новоявленного Хранителя, доказав деду, что давным-давно перестал быть маленьким.

Вашек да дед Лазурий — вот и вся их семья. Мать паренька, дочь Лазурия, умерла при родах, а об отце Вашек ничего не знал. Селла не удосужилась рассказать, от кого понесла. Все, что оставил на память о себе ее возлюбленный — это Вашек, да еще медальон. Спустя восемь лет после рождения мальчика этот самый медальон перекочевал из шкатулки Селлы к нему на шею. Простенький такой, круглый, размером с золотую монету, а внутри надпись из трех слов: «Мечтай и сбудется». С того самого дня, как дед отдал внуку медальон, Вашек никогда не снимал его.

Родился малец крепким, здоровеньким. Да и пока рос, не требовал к себе особого внимания, чем весьма радовал деда. Задатки мага у Вашека проявились рано. В три года он вовсю развлекал сверстников из детского корпуса тем, что заставлял левитировать по кругу игрушки. Отец Лазурий в силу своей занятости не мог уделять внуку много времени, вот и приходилось Вашеку дневать и ночевать в детском корпусе.

К тринадцати годам паренек неплохо освоил телепортацию, и весьма недурно плел боевые заклинания, не говоря уже об элементарных связках. Его собственная жизнь вполне устраивала, только иногда по ночам, тайно от деда, Вашек позволял себе немного поплакать, разговаривая в своих мечтах с родителями. Это единственное, чего сильно хватало — просто поговорить с отцом или матерью. Безнадежное желание обжигало сердце тоскливой волной. В такие ночи Вашек перемещался на крышу замка и, глядя на звездное небо, фантазировал, как здорово бы они жили все вместе — он, мама, папа и дед Лазурий.

Прошмыгнув в дверь, Вашек бесшумно двинулся по коридору. Деда жалко, конечно, он нервничать будет, переживать из-за побега единственного внука, но желание доказать, что он уже вырос, оказалось сильнее. Главное — проскользнуть незамеченным за ворота замка, а оттуда можно и телепортироваться в соседний город. В замке делать этого нельзя — дед вычислит по оставленному следу, куда он смотался, а за стенами магия слабая, коридор точно не останется.

Хвала Владыке, что по дороге никто не встретился, и Вашеку удалось сбежать. Довольно хихикая, парнишка соединил перед лицом кулаки и растворился в воздухе.

librebook.me

Глава 3. «Песнь молчаливых камней.»

 

Возле коричневых камней сидела дракона и слушала их молчаливое пение. Пели они на самом деле или ей только казалось, Ши'А не знала. Но ей очень хотелось в это верить. Ее дети, ее пятеро малышей… Три сына и две дочери… Как славно они играли в детской, как весело смеялись и возились друг с другом. Ши'А любила наблюдать за забавами малышей. Ла'Рей - самая младшая дочка, голубая драконочка.

Ни'Ра - тремя годами старше своей сестры, умница, заботливая девочка. Ее мальчики, отважные и смелые - Кор, Ти'Рей, Уэн'Ши…

Как посмел этот ничтожный человек так поступить с ними? За что? Они же дети… беззащитные, не причинившие никому вреда… Сколько было слияний с Хранителями Меча, и ни разу никто не позволял себе такого. Хватит! Больше она не допустит появления Коричневого Лорда, ей нет больше дела до Владыки Предела. Плевать на весь мир, раз с ее детьми так поступили!

Дракона издала пронзительный крик, полный боли и горечи. Камни в ответ пели:

"Мы любим тебя, мамочка! Любили всегда, и будем любить! Не плачь…" Ши'А с безнадежностью посмотрела на своих заколдованных детей. После того черного дня она перенесла камни на это место - высокогорное плато Вангейской гряды. Запретное место для всех живущих на Регнале. Никто не смеет приближаться сюда под страхом смерти. Каждый день дракона прилетает к своим детям вот уже в течение тысячи лет, чтоб побыть с ними наедине.

Безнадежность… Без веры в изменение к лучшему…

Неожиданно дракона почувствовала, как вибрации пси-поля резко изменились. Он вернулся! Коричневый Лорд вернулся! Ши'А окатило жаром гнева. Ее враг снова пришел в их мир!

Он далеко, не здесь, не на Регнале, но дракона все равно уловила его приход. Что ж! Она успеет подготовиться к встрече. Хранитель, так или иначе, начнет ее разыскивать, пусть. Глупец еще не знает, что вместо слияния его ждет смерть.

Ши'А расправила крылья и, взглянув на молчаливые камни, полетела во дворец.

Ветер ударил в ее могучую грудь, в висках стучала кровь. Детоубийца вернулся!

Дракона обдумывала план действий, и на подлете к дворцу он почти сложился.

Не медля ни минуты, Ши'А проследовала в тронный зал и вызвала к себе военного советника. Молодой черный дракон не заставил себя долго ждать. Глядя на нервно бьющую хвостом императрицу, Дар сразу понял - произошло нечто серьезное.

- Я слушаю тебя, Мудрая, говори.

Ши'А с нежностью взглянула на него - милый мальчик, она позволяла себе так называть Дара, преданный, честный. Ему можно довериться, как никому другому.

- Свершилось то, о чем мы неоднократно говорили с тобой, Дар.

- Он вернулся? - теперь дракону стало понятно поведение Мудрой.

- Да, мой мальчик, вернулся.

Черный дракон, впервые услышав историю появления "камней императрицы", ощутил всю ее боль и поклялся отомстить. Простой мальчишка, он настойчиво пытался попасть в гвардию, прилагая к этому все силы и знания. Рвение и талант помогли ему добиться повышения во время военной службы, и через несколько лет Дар попал в личную гвардию ее величества. Ши'А обратила внимание на подающего большие надежды молодого офицера, и спустя несколько лет возмужавший Дар стал ее военным советником. Обладая острым умом, умением логически мыслить и просчитывать на три хода вперед любое действие, черный дракон не раз доказал, что достоин своего звания и права находиться возле императрицы. Принимая ее боль, как свою, Дар не раз обсуждал с драконой план действий на случай, если Коричневый Лорд вернется.

И вот этот момент настал.

- Ты знаешь, что делать, - императрица перестала бить хвостом. - Отправляйся на Арлил, живым Лорд мне не нужен, привези его голову.

- Именно так я и поступлю, ваше величество, - поклонился Дар.

- И помни, магия Предела даст возможность нам общаться, но постарайся пользоваться ею как можно реже. Береги свои силы, мой мальчик.

Дар знал, что вызывая магию Предела, он будет вынужден терять внутреннюю энергию, необходимую для поддержания человеческого облика.

В свое время Ши'А научила черного дракона менять форму тела, прекрасно осознавая, что в естественном обличье он не сможет отыскать на Арлиле Коричневого Лорда.

Наука перевоплощения давалась Дару нелегко, каждая такая трансформация сопровождалась дикой болью. Но он терпел, стиснув зубы, думая лишь о мести. На обучение ушли годы, долгие болезненные годы, но в конечном итоге дракон научился менять свое тело и поддерживать его на протяжении длительного времени. Он был одним из лучших магов империи, по силе своей уступая только самой Ши'А.

- Постарайся избегать встреч с инквизиторами, мой мальчик. Если они поймут, кто ты, то… я не смогу вытащить тебя из их лап.

При упоминании об инквизиторах глаза Дара запылали яростью. Благодаря стараниям этих тварей на Арлиле не осталось ни одного дракона. После гибели Аркмена инки совсем озверели и принялись повсеместно уничтожать крылатых ящеров, используя помимо огнестрельного оружия еще и магию. Неся большие потери, оставшиеся в живых драконы были вынуждены покинуть планету, найдя убежище на Регнале. Через несколько лет на Арлиле не осталось ни одного из них. Укрепив оборону, драконы начали уничтожать любой космический корабль, выходящий на орбиту планеты. В свою очередь они выпроводили с Регнала всех людей, навеки закрыв им доступ на священную землю драконов.

И все же поквитаться с убийцами Дару хотелось очень давно, у него с ними были личные счеты. Сердце в груди заныло… Его милая Рейта, малышка, розовая драконочка… Девочка так кричала и звала на помощь, а он не смог… Дара, полуживого, случайно нашли среди тел взрослых драконов отступающие солдаты, принесли на корабль, выходили - вернули с того света. А сестренка погибла… Но что он тогда мог сделать - девятилетний мальчишка? Против сотни вооруженных магов не смогли устоять даже взрослые драконы, отчаянно сражавшиеся за жизнь своих детей. Из всего гнезда выжил только Дар. Выжил, вырос с болью и ненавистью в сердце. Крик сестренки, которую проклятые инки сжигали заживо, он и до сих пор слышал по ночам.

- Не время для сведения личных счетов, Дар, - Ши'А поняла, какие мысли завладели советником.

- Я знаю, ваше величество, знаю… Не беспокойтесь, я умею обуздывать гнев и не перепутаю миссию с собственным интересом.

- Вот и прекрасно.

Ши'А задумчиво посмотрела на черного дракона: он действительно хорошо умеет управлять своими эмоциями, трезво оценивать ситуацию, усмирять драконий гнев - настоящий воин.

- Иди, - императрица подошла к нему и обняла. - Удачи тебе, мой мальчик.

Советник поклонился и вышел. В сердце Ши'А сжалась какая-то пружина - начинается новое время, время ожидания.

Дар быстро шел по дорожке дворцового парка и обдумывал, что еще нужно сделать: предстояло решить несколько вопросов, связанных с отлетом. Отдать распоряжения в отношении личных дел, собрать необходимые вещи, еще раз проанализировать и просмотреть план полета и посадки на Арлил. К тому же Дар хотел лично проверить техническое состояние челнока. Его сконструировали специально для Дара-человека по приказу самой императрицы, поскольку драконьи космические корабли не приспособлены для людей.

Ближе к вечеру, когда основная масса вопросов была решена, дракон разложил на столе географическую карту Арлила.

"Надеюсь, что за прошедшие столетия там мало что изменилось", - подумал Дар.

В свое время они с императрицей детально продумали перелет и выбрали более-менее подходящие для посадки места. Лучшим казалось высокогорное плато в Квертонайской гряде. Довольно ровная площадка, со всех сторон окруженная горами - чем не место для посадки? Ко всему прочему, на такой высоте вряд ли кто-нибудь соберется "погулять", поэтому корабль можно спокойно оставить. Единственное, что портило картину - это спуск с высокогорья на равнину. Конечно, Дар мог бы попросту слететь вниз или телепортироваться, но и то, и другое повлечет ненужные последствия. Летящего дракона могут увидеть, а выплеск Силы почувствуют все маги планеты. Даже в человеческий облик Дар решил перевоплотиться еще до отлета - мало ли что может случиться по дороге.

"Главное - не нарваться на инков, - рассуждал дракон, - императрица права, встреча с этими обезумевшими убийцами мне ни к чему. Да и Адепты тоже хороши…"

litresp.ru

Глава 3. «Песнь молчаливых камней» | Морозова Татьяна

 

Возле коричневых камней сидела дракона и слушала их молчаливое пение. Пели они на самом деле или ей только казалось, Ши'А не знала. Но ей очень хотелось в это верить. Ее дети, ее пятеро малышей… Три сына и две дочери… Как славно они играли в детской, как весело смеялись и возились друг с другом. Ши'А любила наблюдать за забавами малышей. Ла'Рей — самая младшая дочка, голубая драконочка. Ни'Ра — тремя годами старше своей сестры, умница, заботливая девочка. Ее мальчики, отважные и смелые — Кор, Ти'Рей, Уэн'Ши…

Как посмел этот ничтожный человек так поступить с ними? За что? Они же дети… беззащитные, не причинившие никому вреда… Сколько было слияний с Хранителями Меча, и ни разу никто не позволял себе такого. Хватит! Больше она не допустит появления Коричневого Лорда, ей нет больше дела до Владыки Предела. Плевать на весь мир, раз с ее детьми так поступили!

Дракона издала пронзительный крик, полный боли и горечи. Камни в ответ пели:

«Мы любим тебя, мамочка! Любили всегда, и будем любить! Не плачь…»

Ши'А с безнадежностью посмотрела на своих заколдованных детей. После того черного дня она перенесла камни на это место — высокогорное плато Вангейской гряды. Запретное место для всех живущих на Регнале. Никто не смеет приближаться сюда под страхом смерти. Каждый день дракона прилетает к своим детям вот уже в течение тысячи лет, чтоб побыть с ними наедине.

Безнадежность… Без веры в изменение к лучшему…

Неожиданно дракона почувствовала, как вибрации пси-поля резко изменились. Он вернулся! Коричневый Лорд вернулся! Ши'А окатило жаром гнева. Ее враг снова пришел в их мир!

Он далеко, не здесь, не на Регнале, но дракона все равно уловила его приход. Что ж! Она успеет подготовиться к встрече. Хранитель, так или иначе, начнет ее разыскивать, пусть. Глупец еще не знает, что вместо слияния его ждет смерть.

Ши'А расправила крылья и, взглянув на молчаливые камни, полетела во дворец. Ветер ударил в ее могучую грудь, в висках стучала кровь. Детоубийца вернулся! Дракона обдумывала план действий, и на подлете к дворцу он почти сложился.

Не медля ни минуты, Ши'А проследовала в тронный зал и вызвала к себе военного советника. Молодой черный дракон не заставил себя долго ждать. Глядя на нервно бьющую хвостом императрицу, Дар сразу понял — произошло нечто серьезное.

— Я слушаю тебя, Мудрая, говори.

Ши'А с нежностью взглянула на него — милый мальчик, она позволяла себе так называть Дара, преданный, честный. Ему можно довериться, как никому другому.

— Свершилось то, о чем мы неоднократно говорили с тобой, Дар.

— Он вернулся? — теперь дракону стало понятно поведение Мудрой.

— Да, мой мальчик, вернулся.

Черный дракон, впервые услышав историю появления «камней императрицы», ощутил всю ее боль и поклялся отомстить. Простой мальчишка, он настойчиво пытался попасть в гвардию, прилагая к этому все силы и знания. Рвение и талант помогли ему добиться повышения во время военной службы, и через несколько лет Дар попал в личную гвардию ее величества. Ши'А обратила внимание на подающего большие надежды молодого офицера, и спустя несколько лет возмужавший Дар стал ее военным советником. Обладая острым умом, умением логически мыслить и просчитывать на три хода вперед любое действие, черный дракон не раз доказал, что достоин своего звания и права находиться возле императрицы. Принимая ее боль, как свою, Дар не раз обсуждал с драконой план действий на случай, если Коричневый Лорд вернется. И вот этот момент настал.

— Ты знаешь, что делать, — императрица перестала бить хвостом. — Отправляйся на Арлил, живым Лорд мне не нужен, привези его голову.

— Именно так я и поступлю, ваше величество, — поклонился Дар.

— И помни, магия Предела даст возможность нам общаться, но постарайся пользоваться ею как можно реже. Береги свои силы, мой мальчик.

Дар знал, что вызывая магию Предела, он будет вынужден терять внутреннюю энергию, необходимую для поддержания человеческого облика.

В свое время Ши'А научила черного дракона менять форму тела, прекрасно осознавая, что в естественном обличье он не сможет отыскать на Арлиле Коричневого Лорда. Наука перевоплощения давалась Дару нелегко, каждая такая трансформация сопровождалась дикой болью. Но он терпел, стиснув зубы, думая лишь о мести. На обучение ушли годы, долгие болезненные годы, но в конечном итоге дракон научился менять свое тело и поддерживать его на протяжении длительного времени. Он был одним из лучших магов империи, по силе своей уступая только самой Ши'А.

— Постарайся избегать встреч с инквизиторами, мой мальчик. Если они поймут, кто ты, то… я не смогу вытащить тебя из их лап.

При упоминании об инквизиторах глаза Дара запылали яростью. Благодаря стараниям этих тварей на Арлиле не осталось ни одного дракона. После гибели Аркмена инки совсем озверели и принялись повсеместно уничтожать крылатых ящеров, используя помимо огнестрельного оружия еще и магию. Неся большие потери, оставшиеся в живых драконы были вынуждены покинуть планету, найдя убежище на Регнале. Через несколько лет на Арлиле не осталось ни одного из них. Укрепив оборону, драконы начали уничтожать любой космический корабль, выходящий на орбиту планеты. В свою очередь они выпроводили с Регнала всех людей, навеки закрыв им доступ на священную землю драконов.

И все же поквитаться с убийцами Дару хотелось очень давно, у него с ними были личные счеты. Сердце в груди заныло… Его милая Рейта, малышка, розовая драконочка… Девочка так кричала и звала на помощь, а он не смог… Дара, полуживого, случайно нашли среди тел взрослых драконов отступающие солдаты, принесли на корабль, выходили — вернули с того света. А сестренка погибла… Но что он тогда мог сделать — девятилетний мальчишка? Против сотни вооруженных магов не смогли устоять даже взрослые драконы, отчаянно сражавшиеся за жизнь своих детей. Из всего гнезда выжил только Дар. Выжил, вырос с болью и ненавистью в сердце. Крик сестренки, которую проклятые инки сжигали заживо, он и до сих пор слышал по ночам.

— Не время для сведения личных счетов, Дар, — Ши'А поняла, какие мысли завладели советником.

— Я знаю, ваше величество, знаю… Не беспокойтесь, я умею обуздывать гнев и не перепутаю миссию с собственным интересом.

— Вот и прекрасно.

Ши'А задумчиво посмотрела на черного дракона: он действительно хорошо умеет управлять своими эмоциями, трезво оценивать ситуацию, усмирять драконий гнев — настоящий воин.

— Иди, — императрица подошла к нему и обняла. — Удачи тебе, мой мальчик.

Советник поклонился и вышел. В сердце Ши'А сжалась какая-то пружина — начинается новое время, время ожидания.

Дар быстро шел по дорожке дворцового парка и обдумывал, что еще нужно сделать: предстояло решить несколько вопросов, связанных с отлетом. Отдать распоряжения в отношении личных дел, собрать необходимые вещи, еще раз проанализировать и просмотреть план полета и посадки на Арлил. К тому же Дар хотел лично проверить техническое состояние челнока. Его сконструировали специально для Дара-человека по приказу самой императрицы, поскольку драконьи космические корабли не приспособлены для людей.

Ближе к вечеру, когда основная масса вопросов была решена, дракон разложил на столе географическую карту Арлила.

«Надеюсь, что за прошедшие столетия там мало что изменилось», — подумал Дар.

В свое время они с императрицей детально продумали перелет и выбрали более-менее подходящие для посадки места. Лучшим казалось высокогорное плато в Квертонайской гряде. Довольно ровная площадка, со всех сторон окруженная горами — чем не место для посадки? Ко всему прочему, на такой высоте вряд ли кто-нибудь соберется «погулять», поэтому корабль можно спокойно оставить. Единственное, что портило картину — это спуск с высокогорья на равнину. Конечно, Дар мог бы попросту слететь вниз или телепортироваться, но и то, и другое повлечет ненужные последствия. Летящего дракона могут увидеть, а выплеск Силы почувствуют все маги планеты. Даже в человеческий облик Дар решил перевоплотиться еще до отлета — мало ли что может случиться по дороге.

«Главное — не нарваться на инков, — рассуждал дракон, — императрица права, встреча с этими обезумевшими убийцами мне ни к чему. Да и Адепты тоже хороши…»

Размышляя, Дар собирал нужные вещи, периодически возвращаясь к карте. Челнок необходимо будет спрятать, да понадежней. Если «охота» окажется удачной, то вернуться домой с трофеем он сможет только на нем. А если нет… дракон давно уже принял решение, что будет, если ему не удастся достать голову Лорда. И еще — после посадки не забыть бы ввести в бортовой комп режим автостарта и координаты Регнала. Мало ли в каком состоянии он вернется к челноку, всякое может случиться.

Остаток ночи дракон провел в полудреме. Как он ни старался — уснуть не удавалось. Мысли постоянно крутились в голове, мешая спать, заставляли просыпаться и проверять, все ли он сделал. Затем Дар вновь ложился и в очередной раз пытался уснуть. Но что-то вновь вынуждало открыть глаза. В один из моментов короткого сна, он увидел свою сестренку. Малышка улыбалась ему и махала, зовя за собой. Дар улыбался в ответ, радуясь тому, что видит Рейту. Но вдруг все ее тело охватило огнем, драконочка задергалась, дико крича от боли. Этот крик рвал сердце и давил на уши. Дар вскочил, тяжело дыша, и понял, что кричит он сам. Рассвет дракон встретил сидя за столом, склонившись над картой.

«Пора, — глядя в окно, подумал он. — Что ж, господа инквизиторы, и ты, Коричневый подонок, ждите гостя…».

Провожать его, естественно, никто не пришел, но Дар знал, что Ши'А сейчас стоит у окна и молится Всевышнему за него.

Перед тем как сесть в челнок, предстояло сделать самое неприятное. Дар склонил голову и, погрузившись в собственное подсознание, начал менять структуру тела. Когда он закончил, возле челнока стоял мужчина лет тридцати, ростом около двух метров и крепкого телосложения. Дар знал, как выглядит. Это только в первый раз у него был шок, когда увидел свое новое отражение в зеркале. Потом дракон привык, что у него две руки, две ноги и нет хвоста, а вместо роговых пластин на голове короткие черные волосы. По человеческим меркам его можно было считать красавцем, но себе он казался законченным уродом. Все же мерзкие существа эти двуногие. Хорошо еще, что в человеческом теле сохраняется драконья сила.

Дар с презрением оглядел голое тело — мерзость, да и только! Закончил он неприятную процедуру тем, что накинул на себя полог непроницаемости. Мало ли какая сволочь захочет «поближе» его разглядеть. Он достал из мешка заранее приготовленную человеческую одежду и оделся. Какие все же они чудные, эти человеки — не могут ходить без этих тряпок. Надев рубашку и брюки, Дар раздраженно передернул плечами — хочешь не хочешь, а придется терпеть. В конце концов он привыкнет носить одежду.

Устроившись поудобней в кресле пилота, дракон запустил программу старта.

«База, вызывает „Черный“, как слышите? Прием».

«Все в порядке, „Черный“, слышу хорошо. Взлет разрешаю».

Огромный люк ангара медленно пополз в сторону, открывая стартовую площадку.

«Удачного полета, Дар», — голос из динамика показался дракону знакомым, но вспоминать, кому он принадлежит, у дракона не было ни времени, ни желания.

«Спасибо», — ответ прозвучал машинально, он, не отрываясь, следил за миганием мониторов бортового компа.

Драконы-техники помогли Дару выкатить челнок на стартовую площадку. Дрожь прошла по корпусу — заработал двигатель. Взревев, челнок оторвался от земли и взмыл вверх.

* * *

Зарывшись в бумаги, разбросанные по столу, магистр Рифальд без особого энтузиазма читал очередной отчет. Нудное занятие, но оставлять без визы хотя бы одну бумажку нельзя — положение обязывает. Как ни крути, но если ты Верховный магистр Ордена Скорбного Дня, то будь любезен соответствовать. Рифальд старался держать под контролем все дела Ордена, даже такие, как доносы и отчеты подчиненных.

Бегло просматривая строчки, написанные неровным корявым подчерком, магистр поморщился — опять Шимона… Вместо того чтобы кратко изложить суть дела, эта дамочка во всех подробностях описывает допрос.

«Подозреваемый в пособничестве адептам господин Клурш после суток, проведенных на дыбе, продолжает упорно отрицать свою вину. Для дальнейшего проведения допроса мне пришлось прибегнуть к помощи „жала справедливости“. Раскалив его на огне добела…»

Рифальд сморщился. Не повезло господину Клуршу… Шимона — опытный инквизитор, умеет развлекаться. Где-то в глубине души Рифаль и сам побаивался ее. Стройная красотка обладала богатой фантазией, граничащей с безумием. Подруги «по цеху» прозвали ее «смерть в седле» за мертвенно-бледный вид и пустые серые глаза. Вытравленные длинные белые волосы обрамляли точеное лицо инквизиторши, придавая ему пугающую красоту.

«…после этого господин Клурш потерял сознание. Пришлось приводить его в чувство с помощью магии».

Закрыв глаза, магистр откинулся на спинку стула. Он сам учил эту женщину магии, почти с шестилетнего возраста и до того момента, как она стала миссионером в двадцать пять. Сейчас ей тридцать три, и она порядочная стерва, владеющая магией пятого, наивысшего уровня. За восемь лет службы Шимона взлетела по служебной лестнице, пройдя путь от миссионера до инквизитора. Циничная и расчетливая, она не останавливалась ни перед чем, чтоб добиться своего. Надо было убить — Шимона убивала, а если желали ее, то без зазрения совести раздвигала ноги.

Среди новичков-миссионеров из группы зачистки Шимона выделялась агрессивным характером и стремлением пробиться в лидеры. Перед начинающими миссионерами ставили задачу — отправиться в один из населенных пунктов, чтобы привлечь новых сторонников, пропагандируя учения великого наставника — Коричневого Лорда, а заодно поразвлечься с несогласными.

С первых же дней пребывания в группе она дала понять остальным, что с ней лучше не спорить и не вставать у нее на дороге. Уже в те далекие дни магистр Рифальд был неравнодушен к своей ученице, посматривая на нее похотливым взглядом. Шимона, поняв какие перспективы могут открыться перед ней, не мучаясь этической стороной дела, быстро прыгнула в его постель. Незаметно для себя старик Рифальд оказался во власти этой женщины, и теперь она крутила им как вздумается. Магистр вздохнул.

Робкий стук в дверь заставил старика поморщиться. Визиты в столь позднее время его раздражали. Ничего хорошего полуночный визитер принести не мог, в замке все прекрасно знали, что беспокоить Рифальда после одиннадцати вечера по пустякам — себе дороже. Только срочное и неотложное дело могло послужить оправданием наглецу.

— Кого еще там лихо принесло? — раздраженно спросил магистр.

— Ваша светлость, у нас проблемы, — донеслось из-за двери.

— Что еще?

— В усыпальнице… Там такое…

Магистр напрягся. Раз в усыпальнице не все в порядке, то это действительно проблема, да еще какая. Посторонних там не бывает, а из посвященных никто не позволит себе что-либо делать в ней без его ведома. Рифальд встал и зашаркал к двери. Этот сгорбленный старик напоминал паука, ползущего по стене — такие же неторопливые движения, корявые руки, походящие на паучьи лапы. Маленькие злобные глазки и широкие скулы, длинный крючковатый нос с горбинкой и узкие губы широкого рта. Что и говорить — красавцем его даже в молодости трудно было назвать.

Выйдя из своего кабинета, Рифальд столкнулся нос к носу со стоящим возле дверей посыльным. Зыркнув на него из-под густых бровей, магистр направился вниз по лестнице, ведущей к усыпальнице. Посыльный, облегченно вздохнув, растворился в полумраке коридора, радуясь, что старый пердун не отыгрался на его спине.

Чем ближе подходил магистр к священному для каждого инквизитора месту, тем тревожней ему становилось. Не приведи Великий, чтобы со статуей Коричневого Лорда что-то случилось. Неужели нашелся наглец, посмевший поднять руку на священное изваяние Аркмена? Если это так, то святотатцу придется плохо, очень плохо. И он, глава Ордена, об этом позаботится. Спустившись, магистр торопливо засеменил по коридору к дверям усыпальницы. С полдюжины верховных инков толпились у входа и нервно переговаривались. Не обращая на них внимания, Рифальд вошел в усыпальницу и замер на месте с открытым ртом. Огромная статуя Лорда взирала на него огненно-красными глазами. Это означало только одно — ОН вернулся. Магистру стало трудно дышать. Хватаясь рукой за сердце, Рифальд медленно сполз по стене на пол.

Неужели пророчество сбывается? То, что всю свою жизнь он считал вымыслом, предназначенным для толпы, стало реальностью? Не может быть! Многое из «священного писания» он придумал лично, для своей пользы, а теперь получается, что… Ему опять стало нехорошо. Глупец… Никогда не верил в то, что глаза этого каменного изваяния оживут, как написано в пророчестве.

«И взглянет на Арлил Великий Лорд яростным взором, и вновь ступит на эту землю его нога, и накроет его десница все державы от моря до моря. И те, кто ослушаются его или разгневают с умыслом или по неведению — падут от Меча Предела. И спросит со всех Коричневый Лорд за их деяния, совершенные в годы его отсутствия, наградит верных ему и накажет нерадивых».

— Да кто ж тебя просил являться сюда?.. — простонал Рифальд, тоскливо глядя на горящие глаза, — Кому ты тут нужен?.. Жили без тебя столько лет и еще столько же проживем…

Собрав всю волю в кулак, магистр успокоился и принялся обдумывать случившееся. Возвращение Лорда ставило под угрозу его собственное господство, к которому он давно привык. Выходит, что теперь он — Рифальд Декаско — вынужден будет принести клятву верности и остаться на вторых ролях? Расстаться с безграничной властью? Ни за что!

Первым делом магистр приказал запереть усыпальницу и никого туда не пускать, а сам направился в свой рабочий кабинет. Достав из шкафа тайное писание о жизни Великого Аркмена, которое он хранил в секрете от всего Ордена на протяжении многих лет, Рифальд принялся перечитывать его заново. Но теперь он уже по-другому расставлял акценты, совершенно иначе воспринимая информацию. Впиваясь в каждую строчку глазами, глава Ордена искал ответы на мучившие его вопросы. И нашел их!

До какой же степени он не верил в возвращение Лорда, что так легкомысленно относился к пророчеству? Надо было уделить этому должное внимание, тогда бы сейчас он во всеоружии встретил незваного гостя. Время безнадежно упущено, однако шанс есть. Радовало, что, явившись на Арлил, Лорд еще не обладает полной силой и ему нужно учиться магии Предела. Как долго это продлится, Рифальд не знал, но надеялся, что времени хватит. А раз так, у него появится возможность убрать новоявленного Коричневого Лорда. Магистр задумался.

Первый вопрос: как это сделать, и второй: кому поручить. Самой подходящей кандидатурой на роль охотника была Шимона. Ловкая стерва, хитрая, жестокая — ну, кто, как не она? В конечном итоге, сам магистр почти ничем не рискует: если Шимона справится, то он останется единственным хозяином Ордена, да и почти всего Арлила. В противном случае он тоже не будет внакладе — избавится от надоевшей пассии, хотя, конечно, о безраздельной власти придется забыть. А делиться властью — ой, как не хочется…

И как его угораздило в свое время попасться на удочку дрянной девчонки? Надо же было дать себя уговорить на столь бредовую идею — замкнуть его удачу на их любви! И он, старый дурак, повелся! Да еще закрепил эту связь необратимым заклятьем. Точно говорят — сперма в голову ударила. Любви-то давно нет, а заклятье снять не получается. Как он тогда говорил — пока смерть не разлучит нас? Шимона тоже не лыком шита, понимала, что рано или поздно надоест магистру, и укрылась еще под одним заклятьем — воздвигнув вокруг себя защитный купол. А кто его создал? Естественно, влюбленный дуралей. Вот и получается, что пробить этот купол сможет только маг, превосходящий его по Силе, а на Арлиле такой пока еще не родился. Или родился?

По мрачным коридорам и залам замка Доридор поползли слухи о возвращении Коричневого Лорда.

* * *

За высокими стенами Дома Веры адептов Владыки Предела творилось что-то непонятное. Вытирая слезы и сморкаясь в огромный носовой платок, отец Лазурий с нескрываемой радостью смотрел на часы старой башни. На территории замка башня Владыки являлась самой древней постройкой, пережившей не одну тысячу лет. Никто не знал даже примерно, когда ее воздвигли, но поговаривали, что башня эта — творение рук самого первого Владыки Предела. Ветер, солнце и дожди делали свое дело, из года в год разрушая каменные стены. Башню ремонтировали, восстанавливали поврежденные участки, но ни время, ни природа не могли повредить ее сердцу — огромным часам. Их уникальность заключалась в том, что стоило Хранителю появиться на Арлиле, как они начинали идти и вновь замирали только с уходом Владыки.

Отец Лазурий долго ждал этого часа. Всю свою жизнь старик надеялся на приход нового Хранителя. Еле уловимое ухом пощелкивание стрелок на циферблате прозвучало для него, как небесная музыка. Старик всхлипнул — счастье-то какое! Рядом с ним стоял мальчишка лет тринадцати в просторных холщевых штанах и косоворотке навыпуск. Паренек с изумлением смотрел на деда. Всеобщее ликование и радость были ему понятны, но плакать-то зачем? Кутерьма поднялась в замке с самого обеда, когда на пустом циферблате башенных часов вдруг появились стрелки и пошли по кругу. Повсюду говорили только о возвращении Владыки, о том, что скоро все изменится.

— Дед, не надо плакать! — не вытерпел мальчишка и дернул за рукав отца Лазурия.

Потрепав паренька по непослушным соломенным вихрам, старик посмотрел в его лучистые глаза:

— Глупый ты, Вашек, мал еще, чтобы понять, — он смахнул слезу. — Мал еще…

Мальчишка надул губы. Ха! Как же, мал! Уже второй десяток пошел, и сила есть, и рост. Скажет тоже дед… К тому же первый ученик в своем классе, надежда всей школы, самый лучший маг среди одногодков. И говорить, что он мал, никому не позволено, даже родному деду, пусть даже он не кто иной, как сам отец Лазурий — патриарх Дома Веры.

Старшие отцы и матери Дома столпились вокруг башни и ждали распоряжений. Не медля больше ни минуты, отец Лазурий велел им собраться в зале Совета. Вашеку было до жути интересно послушать, о чем пойдет речь. Но парнишка прекрасно понимал, что его ни за что не пропустят в зал заседаний. Впрочем, он особенно и не расстраивался. Никто так хорошо не знал все потайные ходы и лазейки в замке, как Вашек. Похоже, даже дед не догадывается о существовании многих из них.

Собирая пузом пыль, мальчишка двигался по узкому лазу, помогая себе локтями. Ползти было крайне неудобно, но Вашек упорно продолжал путь к намеченной цели — небольшому слуховому окну, как раз под потолком зала собраний. Еле сдерживаясь, чтобы не чихнуть из-за пыли, упорно лезущей в нос, мальчишка вслушался в разговор.

— Да-да-да-да, — тараторил отец Флавий, — и чем раньше мы найдем Хранителя, тем спокойней будет нам всем.

В ответ раздалось бурное одобрение.

— Вопрос в том, кого мы направим на поиски Хранителя. Не стоит забывать, что инквизиторы тоже приложат все усилия, чтобы первыми отыскать его, — отец Лазурий вздохнул. — Не хотелось бы появления нового Аркмена. Мать драконов до сих пор не может простить той подлости. И это еще один повод для беспокойства.

«Вот оно что, — присвистнул Вашек, — значит, дед собирается искать Хранителя. Это становится интересно».

— Решать нужно сегодня же, чтобы завтра отправить отряды на поиск, — вставила свои пять грошей мать Риза.

— Да-да-да, — закивал отец Флавий.

— Сейчас сделаем перерыв, — предложил отец Лазурий. — Прошу всех приготовить списки кандидатур. Через час соберемся вновь, рассмотрим их и определимся.

Задвигав стульями, старшие отцы и матери поднялись и отправились каждый в свои апартаменты. Выждав, когда они разойдутся, Вашек пыхтя, пополз обратно. В голове мальчишки родился план, которым он не собирался ни с кем делиться.

* * *

Шимона слушала магистра Рифальда, крутя между пальцами карандаш, нагло стянутый с его стола.

— Почему я? — поинтересовалась инквизиторша, — В чем подвох?

— Никакого подвоха, просто никому другому я не могу открыть свои планы, — честно признался магистр.

Карандаш лег на стол. Лицо женщины не выражало никаких эмоций.

— Неужели?

«Дрянная девка, — разозлился Рифальд, — я начинаю жалеть, что раскрыл перед ней карты».

— Что тебя не устраивает? Пойми, если я отправлю на это задание кого-то другого, где гарантии, что этому «другому» не придет в голову мысль предать меня? Возьмет и перекинется на сторону Хранителя. Обучит его всему, сделает сильным магом, и тогда нам с тобой не поздоровится.

«Ты прав, старый осел, ой, как прав, — усмехнулась про себя Шимона, — Эта мысль уже пришла — ко мне».

И в самом деле — зачем ей старый, вечно брюзжащий маг-любовник, когда появилась такая перспектива? Инквизиторша нисколько не сомневалась в собственной неотразимости, считая себя самой красивой женщиной Арлила. Молодой Хранитель просто обязан в нее влюбиться и пасть у ног.

Пока Рифальд распинался, выкладывая свои соображения по данному делу, Шимона уже решила, как поступит.

— Меня устраивает все, кроме оплаты.

— Какой оплаты? — не понял магистр. — Мы об этом не договаривались.

— Вот это меня и не утраивает. Я хочу денежное вознаграждение за работу.

«Вот гадюка, — маг продолжал улыбаться своей пассии, — не упустит возможности почистить мои карманы».

— Сто золотых тебя устроят?

— Смеешься? — Шимона презрительно фыркнула.

— Хорошо, хорошо… Сколько ты хочешь?

— Тысячу, — не моргнув глазом, заломила цену инквизиторша.

— Пятьсот, — недовольно проворчал Рифальд.

— Полторы… — словно на базаре торговалась Шимона.

— Восемьсот, — маг потихоньку закипал.

— Две, — инквизиторша достала самокрутку и закурила, нагло выпуская дым в лицо магистру.

— Прекрати сейчас же курить эту дрянь! — маг ударил ладонью по столу. — Сколько можно повторять, что эта трава отравляет твой разум и наносит вред здоровью!

— Это с какого перепугу тебя стало волновать мое здоровье?

— С того самого, когда у тебя голову сорвало. Совсем дурная стала.

Аккуратно загасив кончик самокрутки, Шимона убрала косячок в серебряный портсигар.

— Потом добью, — ухмыляясь, нагло заявила она.

Магистр выругался.

— Тысячу и ни одним золотым больше. Это мое последнее слово, — сухо отрезал он.

«Сквалыга», — Шимона победно улыбнулась. Что-что, а выбивать из старого зануды деньги она умела.

— Договорились. Когда я получу деньги?

— Лучше бы поинтересовалась, когда приступать к заданию, — пальцы старика отбивали дробь на столе.

— Завтра отправлюсь, — разглядывая маникюр, небрежно бросила Шимона.

— Сегодня! — рявкнул маг.

Глаза его пылали злобой и желанием придушить пассию. Медленно покачивая бедрами, та продефилировала к двери.

— За деньгами зайду через час.

* * *

Из соседней комнаты слышалось посапывание деда. Стараясь не шуметь, Вашек на цыпочках подкрался к столу и положил на него сложенный вдвое лист бумаги. Записка объяснит деду, куда и зачем ушел его внук.

Прекрасно понимая, что никто его не отпустит на поиски Хранителя, и уж тем более, не зачислит в альфа-отряд, мальчишка пошел на отчаянный шаг — решил сбежать. Ему жутко хотелось самому отыскать новоявленного Хранителя, доказав деду, что давным-давно перестал быть маленьким.

Вашек да дед Лазурий — вот и вся их семья. Мать паренька, дочь Лазурия, умерла при родах, а об отце Вашек ничего не знал. Селла не удосужилась рассказать, от кого понесла. Все, что оставил на память о себе ее возлюбленный — это Вашек, да еще медальон. Спустя восемь лет после рождения мальчика этот самый медальон перекочевал из шкатулки Селлы к нему на шею. Простенький такой, круглый, размером с золотую монету, а внутри надпись из трех слов: «Мечтай и сбудется». С того самого дня, как дед отдал внуку медальон, Вашек никогда не снимал его.

Родился малец крепким, здоровеньким. Да и пока рос, не требовал к себе особого внимания, чем весьма радовал деда. Задатки мага у Вашека проявились рано. В три года он вовсю развлекал сверстников из детского корпуса тем, что заставлял левитировать по кругу игрушки. Отец Лазурий в силу своей занятости не мог уделять внуку много времени, вот и приходилось Вашеку дневать и ночевать в детском корпусе.

К тринадцати годам паренек неплохо освоил телепортацию, и весьма недурно плел боевые заклинания, не говоря уже об элементарных связках. Его собственная жизнь вполне устраивала, только иногда по ночам, тайно от деда, Вашек позволял себе немного поплакать, разговаривая в своих мечтах с родителями. Это единственное, чего сильно хватало — просто поговорить с отцом или матерью. Безнадежное желание обжигало сердце тоскливой волной. В такие ночи Вашек перемещался на крышу замка и, глядя на звездное небо, фантазировал, как здорово бы они жили все вместе — он, мама, папа и дед Лазурий.

Прошмыгнув в дверь, Вашек бесшумно двинулся по коридору. Деда жалко, конечно, он нервничать будет, переживать из-за побега единственного внука, но желание доказать, что он уже вырос, оказалось сильнее. Главное — проскользнуть незамеченным за ворота замка, а оттуда можно и телепортироваться в соседний город. В замке делать этого нельзя — дед вычислит по оставленному следу, куда он смотался, а за стенами магия слабая, коридор точно не останется.

Хвала Владыке, что по дороге никто не встретился, и Вашеку удалось сбежать. Довольно хихикая, парнишка соединил перед лицом кулаки и растворился в воздухе.

litresp.ru

Читать онлайн "Коричневый меч (Песнь молчаливых камней) [litres]" автора Эльтеррус Иар - RuLit

«Подыграй мне, – закатываясь от смеха, попросил Меч. – Давно я так не веселился!»

– Нет, я молчу, мой господин, – сложив перед лицом ладони, я поклонилась оруженосцу.

Судя по реакции Валдека, Меч сказал ему что-то ещё. Бедолага побледнел и закружился на месте.

– Ты ничего не слышала? – Еще немного, и он явно решит, что сошел с ума.

– Нет, мой господин, – с трудом пряча улыбку, ответила я.

И смех и грех. Нехорошо издеваться над человеком, но он так забавно реагирует…

– Да слышу! Слышу! – нервы у оруженосца не выдержали, и он заорал во всю глотку.

«Меч, может хватит? – мне стало жалко кровного брата. – Порезвились, и довольно, а то он и вправду с ума сойдет».

«Хватит так хватит», – нехотя согласился Феликс.

Дай ему волю, он бы еще продолжал.

– Не сердись на Феликса, – я подошла к побратиму и ласково заглянула ему в глаза.

– Кто это – Феликс? – в голосе Валдека звучат угрожающие нотки. – Пусть покажется! Я поговорю с ним по-своему.

– Это Меч Предела, – спокойно ответила я. – Мы с ним всегда мысленно разговариваем, теперь и ты его можешь слышать – наша кровь смешана на его острие.

«Она права, – влез в разговор Меч. – Вы меня слышите, а я вас. Таким образом, сможете общаться через меня».

– Как тебе идея? – спросила я у нахмурившегося Валдека.

– Нормально… Надо бы проверить, как это работает.

– Давай. Ты что-нибудь скажи Мечу, он передаст это мне, а я повторю вслух.

Мечу идея с проверкой тоже понравилась, но ненадолго. Валдек задумался, а потом, хмыкнув, что-то сказал Феликсу. По затянувшемуся молчанию я поняла, что тирада была долгой.

«Феликс, что он просил передать?»

«Чушь всякую», – пробурчал в ответ Меч.

«А именно?» – мне не терпелось узнать мысли Валдека.

«Да ну ее, эту проверку, и так понятно, что он слышит меня», – ушел от ответа Феликс.

«Нет уж! Раз согласился, то говори».

Первым делом я услышала долгую и непонятную фразу – Меч ругался.

«Он сказал, что я тупая железка, безнаказанно треплющая людям нервы. Довольна?»

Мне показалось, что Феликс кое-что упустил, но настаивать на подробностях я не стала.

– Ладно, Валдек, вы квиты с Мечом, – я улыбнулась оруженосцу, тем самым давая ему понять, что Феликс передал его мысли.

– Вот и отлично, – спокойно ответил мой побратим.

– Ребята, давайте жить дружно, – вспомнила я любимую фразу кота Леопольда.

На том и порешили. Время близилось к вечеру, а нам предстоял долгий путь до ближайшего селения. Валдек сказал, что знает, где мы сможем переночевать по-человечески, и повел. Пока мы еще не вышли из леса, я шла рядом с оруженосцем, клятвенно пообещав в случае чего резко уйти за его спину.

Возле коричневых камней сидела дракона и слушала их молчаливое пение. Пели они на самом деле или ей только казалось, Ши’А не знала. Но ей очень хотелось в это верить. Ее дети, ее пятеро малышей… Три сына и две дочери… Как славно они играли в детской, как весело смеялись и возились друг с другом. Ши’А любила наблюдать за забавами малышей. Ла’Рей – самая младшая дочка, голубая драконочка. Ни’Ра – тремя годами старше своей сестры, умница, заботливая девочка. Ее мальчики, отважные и смелые – Кор, Ти’Рей, Уэн’Ши…

Как посмел этот ничтожный человек так поступить с ними? За что? Они же дети… беззащитные, не причинившие никому вреда… Сколько было слияний с Хранителями Меча, и ни разу никто не позволял себе такого. Хватит! Больше она не допустит появления Коричневого Лорда, ей нет больше дела до Владыки Предела. Плевать на весь мир, раз с ее детьми так поступили!

Дракона издала пронзительный крик, полный боли и горечи. Камни в ответ пели:

«Мы любим тебя, мамочка! Любили всегда и будем любить! Не плачь…»

Ши’А с безнадежностью посмотрела на своих заколдованных детей. После того черного дня она перенесла камни на это место – высокогорное плато Вангейской гряды. Запретное место для всех живущих на Регнале. Никто не смеет прийти сюда под страхом смерти. Каждый день дракона прилетала к своим детям вот уже в течение тысячи лет, чтоб побыть с ними наедине.

Безнадежность… Без веры в изменение к лучшему…

Неожиданно дракона почувствовала, как вибрации пси-поля резко изменились. Он вернулся! Коричневый Лорд вернулся! Ши’А окатило жаром гнева. Ее враг снова пришел в их мир!

Он далеко, не здесь, не на Регнале, но дракона все равно уловила его приход. Что ж! Она успеет подготовиться к встрече. Хранитель, так или иначе, начнет ее разыскивать, пусть. Глупец еще не знает, что вместо слияния его ждет смерть.

Ши’А расправила крылья и, взглянув на молчаливые камни, полетела во дворец. Ветер ударил в ее могучую грудь, в висках стучала кровь. Детоубийца вернулся! Дракона обдумывала план действий, и на подлете к дворцу он почти сложился.

www.rulit.me